Глава 8. Развитие мудрости

Отображение колонок
русский Khantibalo
<<Назад
Глава 7. Правильное сосредоточение
Оглавление Далее>>
Эпилог
Перевод Таблица Оригинал
english - Author русский - Khantibalo Комментарии
The Noble Eightfold Path: The Way to the End of Suffering Благородный восьмеричный путь: путь к прекращению страданий
Chapter VIII: The Development of Wisdom [nbsp][nbsp] Глава 8. Развитие мудрости
Though right concentration claims the last place among the factors of the Noble Eightfold Path, concentration itself does not mark the path's culmination. Хотя правильное сосредоточение занимает последнее место среди факторов Благородного восьмеричного пути, само по себе оно не является его кульминацией.
The attainment of concentration makes the mind still and steady, unifies its concomitants, opens vast vistas of bliss, serenity, and power. Достижение сосредоточения делаем ум спокойным и устойчивым, объединяет его составные части, открывает обширные пространства блаженства, спокойствия и силы.
But by itself it does not suffice to reach the highest accomplishment, release from the bonds of suffering. Но самого по себе его не достаточно для достижения высшей цели - освобождения от оков страданий.
To reach the end of suffering demands that the Eightfold Path be turned into an instrument of discovery, that it be used to generate the insights unveiling the ultimate truth of things. Достижение прекращения страданий требует превращения Восьмеричного пути в инструмент исследования, который можно использовать для выработки прозрений, раскрывающих истинную природу явлений.
This requires the combined contributions of all eight factors, and thus a new mobilization of right view and right intention. Это требует совместного вклада всех восьми факторов и следовательно, новой мобилизации правильного взгляда и правильного намерения.
Up to the present point these first two path factors have performed only a preliminary function. До этого момента данные факторы исполняли лишь предварительную функцию.
Now they have to be taken up again and raised to a higher level. Теперь снова нужно обратиться к ним и вывести их на более высокий уровень.
Right view is to become a direct seeing into the real nature of phenomena, previously grasped only conceptually; right intention, to become a true renunciation of defilements born out of deep understanding. Правильный взгляд должен стать прямым наблюдением истинной природы явлений, что ранее было постигнуто лишь концептуально, а правильное намерение должно превратиться в подлинное отрешение от умственных загрязнений, рождённое из глубокого понимания.
Before we turn to the development of wisdom, it will be helpful to inquire why concentration is not adequate to the attainment of liberation. Перед тем как мы обратимся к развитию мудрости, будет полезно разобраться, почему сосредоточения недостаточно для достижения освобождения.
Concentration does not suffice to bring liberation because it fails to touch the defilements at their fundamental level. Причина в том, что ему не удаётся соприкоснуться с умственными загрязнениями на фундаментальном уровне.
The Buddha teaches that the defilements are stratified into three layers: the stage of latent tendency, the stage of manifestation, and the stage of transgression. Будда учит, что загрязнения располагаются в трёх пластах: пласт предрасположенности, пласт проявления и пласт нарушения.
The most deeply grounded is the level of latent tendency (anusaya), where a defilement merely lies dormant without displaying any activity. Наиболее глубоко спрятанным является пласт предрасположенности (anusaya), где загрязнение просто находится в спящем состоянии никак не проявляя свою активность.
The second level is the stage of manifestation (pariyutthana), where a defilement, through the impact of some stimulus, surges up in the form of unwholesome thoughts, emotions, and volitions. Второй пласт - это уровень проявления (pariyuṭṭhāna), когда загрязнение, благодаря воздействию какого-либо стимула, поднимается из глубин в форме неумелых мыслей, эмоций и намерений.
Then, at the third level, the defilement passes beyond a purely mental manifestation to motivate some unwholesome action of body or speech. Затем, на третьем уровне, загрязнение выходит за пределы чисто умственных проявлений и мотивирует какое-то неумелое действие тела или речи.
Hence this level is called the stage of transgression (vitikkama). Поэтому данный уровень называется стадией нарушения (vītikkama).
The three divisions of the Noble Eightfold Path provide the check against this threefold layering of the defilements. Три раздела Благородного восьмеричного пути представляют собой помеху для трёх уровней загрязнений.
The first, the training in moral discipline, restrains unwholesome bodily and verbal activity and thus prevents defilements from reaching the stage of transgression. Первый раздел - совершенствование в нравственности - обуздывает неумелые поступки тела и речи, тем самым предотвращая выход загрязнений на уровень нарушений.
The training in concentration provides the safeguard against the stage of manifestation. Развитие сосредоточения предоставляет защиту против уровня проявления.
It removes already manifest defilements and protects the mind from their continued influx. Оно удаляет уже проявившиеся загрязнения и защищает ум от их продолжающегося притока.
But even though concentration may be pursued to the depths of full absorption, it cannot touch the basic source of affliction — the latent tendencies lying dormant in the mental continuum. Но даже хотя сосредоточение может быть доведено до уровня полной поглощённости, оно не может соприкоснуться с глубинным источником болезни - предрасположенностями, находящимися в спящем состоянии в умственном континууме.
Against these concentration is powerless, since to root them out calls for more than mental calm. Против них сосредоточение бессильно, поскольку искоренение предрасположенностей требует большего, чем просто спокойствия ума.
What it calls for, beyond the composure and serenity of the unified mind, is wisdom (pañña), a penetrating vision of phenomena in their fundamental mode of being. Что для этого требуется, помимо сдержанности и спокойствия собранного ума, - это мудрость (paññā) - проникновенное наблюдение явлений в их фундаментальной форме существования.
Wisdom alone can cut off the latent tendencies at their root because the most fundamental member of the set, the one which nurtures the others and holds them in place, is ignorance (avijja), and wisdom is the remedy for ignorance. Лишь мудрость способна вырубить предрасположенности у самых их корней, потому что самым фундаментальным членом набора, тем, кто питает остальных и держит их на месте, является неведение (avijjā) и лекарством от него является мудрость.
Though verbally a negative, "unknowing," ignorance is not a factual negative, a mere privation of right knowledge. Хотя оно характеризуется негативным термином "незнание", неведение в реальности не имеет негативной характеристики, это лишь недостаток правильного знания.
It is, rather, an insidious and volatile mental factor incessantly at work inserting itself into every compartment of our inner life. Это скорее коварный и изменчивый умственный фактор, безустанно действующий, вставляя себя в каждую составляющую нашей внутренней жизни.
It distorts cognition, dominates volition, and determines the entire tone of our existence. Он искажает познание, доминирует над намерением и определяет весь тон нашего существования.
As the Buddha says: "The element of ignorance is indeed a powerful element" (SN 14:13). По словам Будды "Элемент неведения - воистину мощный элемент" (СН 14:13).
At the cognitive level, which is its most basic sphere of operation, ignorance infiltrates our perceptions, thoughts, and views, so that we come to misconstrue our experience, overlaying it with multiple strata of delusions. На когнитивном уровне, который является самой примитивной сферой действия, неведение проникает в наше восприятие, наши мысли и взгляды, из-за чего мы неправильно истолковываем наш опыт, набрасывая на него много слоёв заблуждений.
The most important of these delusions are three: the delusions of seeing permanence in the impermanent, of seeing satisfaction in the unsatisfactory, and of seeing a self in the selfless.[66] Из этих заблуждений наиболее важными являются следующие три: считать непостоянное постоянным, считать неудовлетворяющее удовлетворяющим, и видеть личность в безличном.[66]
Thus we take ourselves and our world to be solid, stable, enduring entities, despite the ubiquitous reminders that everything is subject to change and destruction. Поэтому мы считаем себя и окружающий мир твёрдыми, стабильными и устойчивыми сущностями, несмотря на вездесущие напоминания, что всё подвержено изменению и разрушению.
We assume we have an innate right to pleasure, and direct our efforts to increasing and intensifying our enjoyment with an anticipatory fervor undaunted by repeated encounters with pain, disappointment, and frustration. Мы полагаем, что обладаем неотъемлемым правом на удовольствие и направляем свои усилия на увеличение и усиление наших наслаждений с пылом предвкушения, не утихающем даже в результате неоднократной встречи с болью, разочарованием и крушением надежд.
And we perceive ourselves as self-contained egos, clinging to the various ideas and images we form of ourselves as the irrefragable truth of our identity. И мы воспринимаем себя как самосодержащее эго, привязываясь к различным идеям и создаваемым из самих себя образам, как неоспоримую истину нашей идентичности.
Whereas ignorance obscures the true nature of things, wisdom removes the veils of distortion, enabling us to see phenomena in their fundamental mode of being with the vivacity of direct perception. В то время как неведение скрывает истинную природу явлений, мудрость устраняет пелену искажений, позволяя нам увидеть явления в их фундаментальной форме существования с яркостью прямого восприятия.
The training in wisdom centers on the development of insight (vipassana-bhavana), a deep and comprehensive seeing into the nature of existence which fathoms the truth of our being in the only sphere where it is directly accessible to us, namely, in our own experience. Совершенствование в мудрости концентрируется вокруг развития прозрения (vipassanā-bhāvanā), являющееся глубоким и полномаштабным наблюдением природы существования, позволяющее постичь истину нашего существования в единственной сфере, в которой она для нас непосредственно доступна, а именно, в нашем собственном опыте.
Normally we are immersed in our experience, identified with it so completely that we do not comprehend it. Обычно мы погружены в собственный опыт, отождествляя себя с ним в столь полной мере, что мы не осознаём его.
We live it but fail to understand its nature. Мы проживаем его, но нам не удаётся понять его природу.
Due to this blindness experience comes to be misconstrued, worked upon by the delusions of permanence, pleasure, and self. Из-за этой слепоты опыт оказывается неправильно истолкован, над ним уже поработали иллюзии постоянства, удовольствия и личности.
Of these cognitive distortions, the most deeply grounded and resistant is the delusion of self, the idea that at the core of our being there exists a truly established "I" with which we are essentially identified. Из этих когнитивных искажений, самым глубоко укоренившимся и стойким является иллюзия личности, представляющая собой идею о том, что в сердцевине нашего существа находится подлинно устойчивое "я" с которым мы по существу отождествляемся.
This notion of self, the Buddha teaches, is an error, a mere presupposition lacking a real referent. Это понятие личности, по словам Будды, является ошибкой, это всего лишь предположение, у которого нет подлинной основы.
Yet, though a mere presupposition, the idea of self is not inconsequential. Однако, будучи всего лишь предположением, идея личности не лишена последствий.
To the contrary, it entails consequences that can be calamitous. Наоборот, она влечёт за собой последствия, которые могут быть вредоносными.
Because we make the view of self the lookout point from which we survey the world, our minds divide everything up into the dualities of "I" and "not I," what is "mine" and what is "not mine." Поскольку мы делаем взгляд на личность точкой, с которой мы рассматриваем мир, наш ум делит всё на двойственности "я" и "не я", "моё" и "не моё".
Then, trapped in these dichotomies, we fall victim to the defilements they breed, the urges to grasp and destroy, and finally to the suffering that inevitably follows. Затем, оказавшись в ловушке этого деления, мы становится жертвами порождаемых ими умственных загрязнений, желаний схватывать и разрушать, и наконец, страданий, которое неизбежно за этим следует.
To free ourselves from all defilements and suffering, the illusion of selfhood that sustains them has to be dispelled, exploded by the realization of selflessness. Дабы освободить себя от всех загрязнений и страдания, подпитывающая их иллюзия личности должна быть рассеяна, разорвана на части путём осознания безличности.
Precisely this is the task set for the development of wisdom. Именно в этом и заключается задача, стоящая перед развитием мудрости
The first step along the path of development is an analytical one. Первый шаг по пути развития является аналитическим.
In order to uproot the view of self, the field of experience has to be laid out in certain sets of factors, which are then methodically investigated to ascertain that none of them singly or in combination can be taken as a self. Дабы искоренить взгляд на личность, сфера опыта должна быть разобрана по определённым наборам факторов, которые затем методически исследуются, дабы убедиться, что ни один из них по отдельности или вместе не могут считаться личностью.
This analytical treatment of experience, so characteristic of the higher reaches of Buddhist philosophical psychology, is not intended to suggest that experience, like a watch or car, can be reduced to an accidental conglomeration of separable parts. Этот аналитический разбор опыта, являющийся яркой характеристикой высших ступеней буддийской философской психологии, не предназначен для того, чтобы предложить идею о возможности сведения опыта, такого как часы или автомобиль, в случайную конгломерацию отдельных частей.
Experience does have an irreducible unity, but this unity is functional rather than substantial; it does not require the postulate of a unifying self separate from the factors, retaining its identity as a constant amidst the ceaseless flux. У опыта есть неуменьшаемая единица, но эта единица скорее функциональная, чем сущностная, она не требует постулата объединяющей личности отдельной от факторов, сохраняющей идентичность в виде константы в бесконечном потоке.
The method of analysis applied most often is that of the five aggregates of clinging (panc'upadanakkhandha): material form, feeling, perception, mental formations, and consciousness.[67] Наиболее часто применяющимся методом анализа является использование пяти совокупностей привязанности (pancupādānakkhandha): материальная форма, чувство, избирательное распознавание, умственные конструкции и сознание.[67]
Material form constitutes the material side of existence: the bodily organism with its sense faculties and the outer objects of cognition. Форма образует материальную часть существования: телесный организм с его органами чувств и внешние объекты познания.
The other four aggregates constitute the mental side. Остальные четыре совокупности образуют умственный аспект.
Feeling provides the affective tone, perception the factor of noting and identifying, the mental formations the volitional and emotive elements, and consciousness the basic awareness essential to the whole occasion of experience. Чувство предоставляет эмоциональный тон, избирательное распознавание - фактор отмечания и идентификации, умственные конструкции - элементы намерения и эмоций, а сознание представляет собой фундаментальное восприятие, абсолютно необходимое для всего события переживания опыта.
The analysis by way of the five aggregates paves the way for an attempt to see experience solely in terms of its constituting factors, without slipping in implicit references to an unfindable self. Анализ с помощью пяти совокупностей прокладывает путь для попытки увидеть опыт исключительно с точки зрения его составляющих факторов, без проникновения незаметных ссылок на необнаруживаемую личность
To gain this perspective requires the development of intensive mindfulness, now applied to the fourth foundation, the contemplation of the factors of existence (dhammanupassana). Для получения этой перспективы требуется развитие интенсивного памятования, в этот раз направленного на четвёртую основу - созерцание факторов существования (dhammanupassana).
The disciple will dwell contemplating the five aggregates, their arising and passing: Практикующий будет пребывать в созерцании пяти совокупностей, их возникновения и исчезновения:
The disciple dwells in contemplation of phenomena, namely, of the five aggregates of clinging. Практикующий пребывает в созерцании явлений, а именно пяти совокупностей привязанности.
He knows what material form is, how it arises, how it passes away; knows what feeling is, how it arises, how it passes away; knows what perception is, how it arises, how it passes away; knows what mental formations are, how they arise, how they pass away; knows what consciousness is, how it arises, how it passes away.[68] Он знает что такое форма, как она возникает, как она исчезает; он знает что такое чувство, как оно возникает, как оно исчезает; он знает что такое избирательное распознавание, как оно возникает, как оно исчезает; он знает что такое умственные конструкции, как они возникают, как они исчезают; он знает что такое сознание, как оно возникает и как оно исчезает.[68]
Or the disciple may instead base his contemplation on the six internal and external spheres of sense experience, that is, the six sense faculties and their corresponding objects, also taking note of the "fetters" or defilements that arise from such sensory contacts: Или практикующий может вместо этого основывать своё созерцание на шести внутренних и шести внешних сферах чувственного опыта, то есть, шесть чувств и их соответствующие объекты, также отмечая оковы или загрязнения, возникающие от таких чувственных контактов:
The disciple dwells in contemplation of phenomena, namely, of the six internal and external sense bases. Ученик пребывает в созерцании явлений, а именно, в шести внутренних и внешних сферах восприятия.
He knows the eye and forms, the ear and sounds, the nose and odors, the tongue and tastes, the body and tangibles, the mind and mental objects; and he knows as well the fetter that arises in dependence on them. Он знает глаз и формы, ухо и звуки, нос и запахи, язык и вкусы, тело и ощутимые предметы, ум и объекты ума, и он знает также окову, возникающую в зависимости от них.
He understands how the unarisen fetter arises, how the arisen fetter is abandoned, and how the abandoned fetter does not arise again in the future.[69] Он понимает как возникает невозникшая окова, как положить конец возникшей окове и как окова, которой положили конец, не возникает вновь в будущем.[69]
The view of self is further attenuated by examining the factors of existence, not analytically, but in terms of their relational structure. Взгляд с точки зрения личности ещё больше ослабляется путём исследования факторов существования, но не аналитическим путём, а с точки зрения их взаимосвязанной структуры.
Inspection reveals that the aggregates exist solely in dependence on conditions. Анализ показывает, что совокупности существуют исключительно в зависимости от условий.
Nothing in the set enjoys the absolute self-sufficiency of being attributed to the assumed "I." Ничто в их наборе не обладает абсолютной самодостаточностью существа, приписываемой воображаемому "я".
Whatever factors in the body-mind complex be looked at, they are found to be dependently arisen, tied to the vast net of events extending beyond themselves temporally and spatially. На какой бы фактор в телесно-умственном комплексе мы не посмотрели, оказывается, что все они возникают в зависимости от условий, привязанные к обширной сети событий, распространяющихся за пределы их самих во пространстве-времени.
The body, for example, has arisen through the union of sperm and egg and subsists in dependence on food, water, and air. Например, тело возникло благодаря слиянию яйцеклетки и сперматозоида, и его жизнь зависит от пищи, воды и воздуха.
Feeling, perception, and mental formations occur in dependence on the body with its sense faculties. Чувство, избирательное распознавание и умственные конструкции возникают в зависимости от тела с его органами чувств.
They require an object, the corresponding consciousness, and the contact of the object with the consciousness through the media of the sense faculties. Они требуют объекта, соответствующего вида сознания и контакта объекта с сознанием посредством органа чувств.
Consciousness in its turn depends on the sentient organism and the entire assemblage of co-arisen mental factors. Сознание в свою очередь зависит от живого организма и всей совокупности взаимообуславливающих умственных факторов.
This whole process of becoming, moreover, has arisen from the previous lives in this particular chain of existences and inherit all the accumulated kamma of the earlier existences. Более того, сам процесс становления возник из прошлых жизней в этой конкретной цепи существований и наследует всю накопленную карму прошлых жизней.
Thus nothing possesses a self-sufficient mode of being. Следовательно, ничто не обладает самодостаточной формой существования.
All conditioned phenomena exist relationally, contingent and dependent on other things. Все обусловленные явления существуют в зависимости друг от друга, завися и полагаясь на другие вещи.
The above two steps — the factorial analysis and the discernment of relations — help cut away the intellectual adherence to the idea of self, but they lack sufficient power to destroy the ingrained clinging to the ego sustained by erroneous perception. Два вышеописанных шага - анализ по факторам и обнаружение взаимосвязей - позволяют отсечь интеллектуальную приверженность идее личности, но они не обладают достаточной силой, чтобы уничтожить вросшую привязанность к эго, поддерживаемую ошибочным восприятием.
To uproot this subtle form of ego-clinging requires a counteractive perception: direct insight into the empty, coreless nature of phenomena. Дабы искоренить эту тонкую форму эго-привязанности необходимо противодействующее восприятие: прямое прозрение в пустую, бессущностную природу явлений.
Such an insight is generated by contemplating the factors of existence in terms of their three universal marks — impermanence (aniccata), unsatisfactoriness (dukkhata), and selflessness (anattata). Такое прозрение порождается путём созерцания факторов существования с точки зрения их трёх всеобъемлющих характеристик - непостоянства (aniccata), неудовлетворённости (dukkhata) и безличности (anattata).
Generally, the first of the three marks to be discerned is impermanence, which at the level of insight does not mean merely that everything eventually comes to an end. Обычно, первой из трёх характеристик, которую нужно разглядеть, является непостоянство, которое на уровне прозрения не означает лишь то, что всему со временем придёт конец.
At this level it means something deeper and more pervasive, namely, that conditioned phenomena are in constant process, happenings which break up and perish almost as soon as they arise. На этом уровне оно означает нечто более глубокое и масштабное, а именно, что обусловленные явления пребывают в постоянном процессе, в событиях, которые разрушаются и исчезают почти сразу же после возникновения.
The stable objects appearing to the senses reveal themselves to be strings of momentary formations (sankhara); the person posited by common sense dissolves into a current made up of two intertwining streams — a stream of material events, the aggregate of material form, and a stream of mental events, the other four aggregates. Устойчивые объекты, представляющиеся органам чувств, раскрываются в форме вереницы кратковременных конструкций (saṅkhāra); человек, постулируемый здравым смыслом, растворяется, превращаясь в поток, созданный из двух взаимосвязанных "потоков" - поток материальных событий (форма как совокупность) и поток умственных событий (остальные четыре совокупности).
When impermanence is seen, insight into the other two marks closely follows. Когда непостоянство становится наблюдаемым, вскоре за ним следует прозрение и в другие две характеристики.
Since the aggregates are constantly breaking up, we cannot pin our hopes on them for any lasting satisfaction. Поскольку совокупности постоянно разрушаются, мы не можем возлагать на них свои надежды в поиске какого-либо длительного удовлетворения.
Whatever expectations we lay on them are bound to be dashed to pieces by their inevitable change. Какие бы ожидания мы ни возлагали на них, им суждено быть разбитыми вдребезги по причине неизбежной изменчивости совокупностей.
Thus when seen with insight they are dukkha, suffering, in the deepest sense. Следовательно, будучи наблюдаемыми с помощью прозрения, они оказываются страданием (dukkha) в глубочайшем смысле этого слова.
Then, as the aggregates are impermanent and unsatisfactory, they cannot be taken as self. Затем, поскольку совокупности являются непостоянными и неудовлетворяющими, их нельзя считать собой.
If they were self, or the belongings of a self, we would be able to control them and bend them to our will, to make them everlasting sources of bliss. Если бы они были нами или принадлежали нам, мы бы смогли контролировать их и крутить их как угодно по своему желанию, сделав их вечными источниками блаженства.
But far from being able to exercise such mastery, we find them to be grounds of pain and disappointment. Но и близко не подходя к возможности такого владения совокупностями мы обнаруживаем в них причину боли и разочарования.
Since they cannot be subjected to control, these very factors of our being are anatta: not a self, not the belongings of a self, just empty, ownerless phenomena occurring in dependence on conditions. Поскольку их нельзя поставить под контроль, эти самые факторы нашего существа являются безличными (anatta), не являясь мной или принадлежащими мне, а лишь пустыми, не имеющими собственника явлениями, происходящими в зависимости от условий.
When the course of insight practice is entered, the eight path factors become charged with an intensity previously unknown. Когда практикующий приступает к практике развития прозрения, восемь факторов пути обретают ранее невиданную интенсивность.
They gain in force and fuse together into the unity of a single cohesive path heading towards the goal. Они набирают силы и сливаются вместе в единицу одного сплочённого пути, ведущего к цели.
In the practice of insight all eight factors and three trainings co-exist; each is there supporting all the others; each makes its own unique contribution to the work. В практике прозрения все восемь факторов и три вида обучения сосуществуют; каждый в нём поддерживает все остальные, каждый делает свой уникальный вклад в работу.
The factors of moral discipline hold the tendencies to transgression in check with such care that even the thought of unethical conduct does not arise. Факторы нравственности столь тщательно удерживают под контролем тенденции к нарушению, что даже мысль о безнравственном поведении не возникает.
The factors of the concentration group keep the mind firmly fixed upon the stream of phenomena, contemplating whatever arises with impeccable precision, free from forgetfulness and distraction. Факторы группы сосредоточения удерживают ум крепко зафиксированным на потоке явлений, созерцая все, что возникает с безупречной точностью, лишённой забывчивости и отвлечений.
Right view, as the wisdom of insight, grows continually sharper and deeper; right intention shows itself in a detachment and steadiness of purpose bringing an unruffled poise to the entire process of contemplation. Правильный взгляд, будучи мудростью прозрения, становится всё острее и глубже; правильное намерение проявляется в отрешении и устойчивости цели, принося непоколебимое равновесие всему процессу созерцания.
Insight meditation takes as its objective sphere the "conditioned formations" (sankhara) comprised in the five aggregates. Медитация прозрения берёт в качестве своей объективной сферы "обусловленные конструкции" (saṅkhāra), содержащиеся в пяти совокупностях.
Its task is to uncover their essential characteristics: the three marks of impermanence, unsatisfactoriness, and selflessness. Её задачей является раскрыть их сущностные характеристики: непостоянство, неудовлетворённость и безличность.
Because it still deals with the world of conditioned events, the Eightfold Path in the stage of insight is called the mundane path (lokiyamagga). Поскольку он всё ещё имеет дело с миром обусловленных явлений, Восьмеричный путь на этапе прозрения называется мирским путём (lokiyamagga).
This designation in no way implies that the path of insight is concerned with mundane goals, with achievements falling in the range of samsara. Это обозначение ни в коем случае не говорит о том, что путь прозрения связан с мирскими целями, с достижениями, лежащими в пределах сансары.
It aspires to transcendence, it leads to liberation, but its objective domain of contemplation still lies within the conditioned world. Он стремится к превосходству, он ведёт к освобождению, но его объективная область созерцания всё равно лежит в пределах обусловленного мира.
However, this mundane contemplation of the conditioned serves as the vehicle for reaching the unconditioned, for attaining the supramundane. Однако это мирское созерцание обусловленного служит средством для достижения необусловленного, надмирского.
When insight meditation reaches its climax, when it fully comprehends the impermanence, unsatisfactoriness, and selflessness of everything formed, the mind breaks through the conditioned and realizes the unconditioned, Nibbana. Когда медитация прозрения достигает своего пика, когда она полностью познаёт непостоянство, неудовлетворённость и безличность всего конструированного, ум прорывается через обусловленное и осознаёт необусловленное - Ниббану.
It sees Nibbana with direct vision, makes it an object of immediate realization. Он видит Ниббану прямым зрением, делая её объектом непосредственного осознания.
The breakthrough to the unconditioned is achieved by a type of consciousness or mental event called the supramundane path (lokuttaramagga). Прорыв к необусловленному достигается с помощью вида сознания или умственного события, называемого надмирским путём (lokuttaramagga).
The supramundane path occurs in four stages, four "supramundane paths," each marking a deeper level of realization and issuing in a fuller degree of liberation, the fourth and last in complete liberation. Надмирской путь происходит в виде четырёх стадий, четырёх "надмирских путей", каждый из которых отмечает более глубокий уровень осознания и приводит к всё более полной степени освобождения, а четвёртый и последний - полное освобождение.
The four paths can be achieved in close proximity to one another — for those with extraordinarily sharp faculties even in the same sitting — or (as is more typically the case) they can be spread out over time, even over several lifetimes.[70] Четыре пути могут быть достигнуты в тесной близости друг к другу - для тех, кто обладает необычно чёткими способностями восприятия, даже за одну сессию медитации, или (как обычно бывает), они могут быть распределены во времени, даже на несколько жизней.[70]
The supramundane paths share in common the penetration of the Four Noble Truths. У надмирских путей общим фактором является постижение четырёх благородных истин.
They understand them, not conceptually, but intuitively. Они понимаются не концептуально, а интуитивно.
They grasp them through vision, seeing them with self-validating certainty to be the invariable truths of existence. На этом уровне четыре истины постигаются путём зрения, смотря на них с уверенностью на основе личной проверки, и показывающей их как неизменные истины существования.
The vision of the truths which they present is complete at one moment. Представляемый надмирскими путями образ истин является полным в одно мгновение.
The four truths are not understood sequentially, as in the stage of reflection when thought is the instrument of understanding. Четыре истины понимаются не последовательно, как это имеет место на стадии размышления, при котором инструментом понимания является мышление.
They are seen simultaneously: to see one truth with the path is to see them all. Они наблюдаемы одновременно: видеть одну истину с помощью пути, значит видеть их все. я так понял, что path относится здесь к надмирскому пути
Все комментарии (1)
As the path penetrates the four truths, the mind exercises four simultaneous functions, one regarding each truth. По мере того, как путь постигает четыре истины, ум исполняет четыре одновременные функции, по одной в отношении каждой истины.
It fully comprehends the truth of suffering, seeing all conditioned existence as stamped with the mark of unsatisfactoriness. Он полностью постигает истину страдания, наблюдая всё обусловленное существование как имеющее печать неудовлетворительности.
At the same time it abandons craving, cuts through the mass of egotism and desire that repeatedly gives birth to suffering. В то же время он отбрасывает жажду, прорубая путь сквозь массу эгоизма и желаний, которые беспрестанно порождают страдания.
Again, the mind realizes cessation, the deathless element Nibbana, now directly present to the inner eye. Также ум осознаёт прекращение, т.е. бессмертный элемент Ниббаны, который в этот момент непосредственно наблюдаем внутренним зрением.
And fourthly, the mind develops the Noble Eightfold Path, whose eight factors spring up endowed with tremendous power, attained to supramundane stature: right view as the direct seeing of Nibbana, right intention as the mind's application to Nibbana, the triad of ethical factors as the checks on moral transgression, right effort as the energy in the path-consciousness, right mindfulness as the factor of awareness, and right concentration as the mind's one-pointed focus. И, в чётвёртых, ум совершенствует Благородный восьмеричный путь, чьи 8 факторов возрастают, будучи наделёнными огромной силой, достигнув надмирского уровня: правильный взгляд в качестве непосредственного наблюдения Ниббаны, правильное намерение как рвение ума к Ниббане, тройка этических факторов как контроль за моральными проступками, правильное усилие в качестве силы в сознании пути, правильное памятование в качестве фактора осведомлённости и правильное сосредоточение как точка однонаправленности ума.
This ability of the mind to perform four functions at the same moment is compared to a candle's ability to simultaneously burn the wick, consume the wax, dispel darkness, and give light.[71] Эта способность ума исполнить в одно мгновение четыре функции сравнивается со способностью свечи одновременно жечь фитиль, потреблять парафин, рассеивать тьму и давать свет.[71]
The supramundane paths have the special task of eradicating the defilements. У надмирских путей есть особая задача по искоренению умственных загрязнений.
Prior to the attainment of the paths, in the stages of concentration and even insight meditation, the defilements were not cut off but were only debilitated, checked and suppressed by the training of the higher mental faculties. До достижения путей на стадиях сосредоточения и даже медитации прозрения загрязнения не отсекаются, а лишь ослабляются, обуздываются и подавляются благодаря развитию возвышенных умственных способностей.
Beneath the surface they continued to linger in the form of latent tendencies. Они продолжают скрываться под поверхностью в форме предрасположенности.
But when the supramundane paths are reached, the work of eradication begins. Но когда достигаются надмирские пути, начинается работа по искоренению.
Insofar as they bind us to the round of becoming, the defilements are classified into a set of ten "fetters" (samyojana) as follows: (1) personality view, (2) doubt, (3) clinging to rules and rituals, (4) sensual desire, (5) aversion, (6) desire for fine-material existence, (7) desire for immaterial existence, (8) conceit, (9) restlessness, and (10) ignorance. В степени, в которой они привязывают нас к кругу становления, умственные загрязнения классифицируются с помощью следующего набора оков (saṃyojana): (1) убеждение в индивидуальности, (2) неуверенность, (3) привязанность к обетам и ритуалам, (4) чувственное желание, (5) недоброжелательность, (6) желание существования в тонкоматериальном мире, (7) желание нематериального существования, (8) самомнение, (9) неугомонность и (10) неведение.
The four supramundane paths each eliminate a certain layer of defilements. Каждый из четырёх надмирских путей уничтожает определённый слой умственных загрязнений.
The first, the path of stream-entry (sotapatti-magga), cuts off the first three fetters, the coarsest of the set, eliminates them so they can never arise again. Путь вхождения в поток (sotāpatti-magga), первый из этой четвёрки, уничтожает первые три оковы, наиболее грубые из всего набора, разрушая их до такой степени, что они не могут возникнуть снова.
"Personality view" (sakkaya-ditthi), the view of a truly existent self in the five aggregates, is cut off since one sees the selfless nature of all phenomena. "Убеждение в индивидуальности" (sakkāya-diṭṭhi), представление о наличии подлинно существующей личности в пяти совокупностях, отсекается с момента обнаружения безличной природы всех явлений.
Doubt is eliminated because one has grasped the truth proclaimed by the Buddha, seen it for oneself, and so can never again hang back due to uncertainty. Неуверенность уничтожается, поскольку практикующий постиг провозглашённую Буддой истину, увидел её лично и поэтому никогда не может отлынивать из-за неуверенности.
And clinging to rules and rites is removed since one knows that deliverance can be won only through the practice of the Eightfold Path, not through rigid moralism or ceremonial observances. А привязанность к обетам и ритуалам уничтожается, поскольку практикующий знает, что освобождение может быть достигнуто только через практику благородного восьмеричного пути, а не путём закостенелого морализма или исполнения ритуалов.
The path is followed immediately by another state of supramundane consciousness known as the fruit (phala), which results from the path's work of cutting off defilements. За путём немедленно следует другое состояние надмирского сознания, называемое плодом (phala), возникающий в результате работы пути по уничтожению умственных загрязнений.
Each path is followed by its own fruit, wherein for a few moments the mind enjoys the blissful peace of Nibbana before descending again to the level of mundane consciousness. Каждому пути соответствует его собственный плод, в течение которого ум на несколько мгновений испытывает блаженное умиротворение Ниббаны до возвращения назад на уровень мирского сознания.
The first fruit is the fruit of stream-entry, and a person who has gone through the experience of this fruit becomes a "stream-enterer" (sotapanna). Первым плодом является плод вхождения в поток и человек, прошедший через опыт данного плода становится "вошедшим в поток" (sotāpanna).
He has entered the stream of the Dhamma carrying him to final deliverance. Он вошёл в поток Дхаммы, несущий его к окончательному освобождению.
He is bound for liberation and can no longer fall back into the ways of an unenlightened worldling. Освобождение является его уделом и достигший этого плода уже не может скатиться к поведению непросветлённого простолюдина.
He still has certain defilements remaining in his mental makeup, and it may take him as long as seven more lives to arrive at the final goal, but he has acquired the essential realization needed to reach it, and there is no way he can fall away. В его умственной сфере ещё присутствуют некоторые загрязнения и для такого практикующего может потребоваться целых семь жизней до достижения конечной цели, но он обрёл осознание, необходимое для её достижения, и никоим образом он может сойти с этого пути.
An enthusiastic practitioner with sharp faculties, after reaching stream-entry, does not relax his striving but puts forth energy to complete the entire path as swiftly as possible. Достигнув "вхождение в поток" старательный практикующий с чёткими способностями восприятия не ослабляет своего старания, а прикладывает усилия для завершения всего пути как можно быстрее.
He resumes his practice of insight contemplation, passes through the ascending stages of insight-knowledge, and in time reaches the second path, the path of the once-returner (sakadagami-magga). Он возобновляет практику созерцания, предназначенную для развития прозрения, проходит через возрастающие уровни знания прозрения и со временем достигает второго пути, пути возвращающегося однажды (sakadāgāmī-magga).
This supramundane path does not totally eradicate any of the fetters, but it attenuates the roots of greed, aversion, and delusion. Этот надмирской путь не уничтожает полностью какие-либо оковы, но он ослабляет корни алчности, ненависти и невежества.
Following the path the meditator experiences its fruit, then emerges as a "once-returner" who will return to this world at most only one more time before attaining full liberation. Вслед за путём практикующий испытывает плод, после которого он превращается в "возвращающегося однажды", который вернётся в этот мир максимум ещё один раз до достижения полного освобождения.
But our practitioner again takes up the task of contemplation. Но наш практикующий вновь берётся за работу по созерцанию.
At the next stage of supramundane realization he attains the third path, the path of the non-returner (anagami-magga), with which he cuts off the two fetters of sensual desire and ill will. На следующей стадии надмирского постижения он достигает третьего пути, пути невозвращения (anāgāmī-magga), с помощью которого уничтожаются две оковы - чувственное желание и недоброжелательность.
From that point on he can never again fall into the grip of any desire for sense pleasure, and can never be aroused to anger, aversion, or discontent. С этого момента он ни при каких условиях не может попасть в лапы какого-либо желания чувственных удовольствий и ничто не может возбудить в нём злобу, ненависть или недовольство.
As a non-returner he will not return to the human state of existence in any future life. Будучи невозвращающимся он никогда не вернётся к человеческому состоянию в какой-либо будущей жизни.
If he does not reach the last path in this very life, then after death he will be reborn in a higher sphere in the fine-material world (rupaloka) and there reach deliverance. Если он не достигает в этой жизни последнего пути, то после смерти он переродится на высоком уровне мира тонких форм (rūpaloka) и там достигнет окончательного освобождения.
But our meditator again puts forth effort, develops insight, and at its climax enters the fourth path, the path of arahatship (arahatta-magga). Но наш практикующий снова прикладывает усилия, развивает прозрение и на его высшей точке входит на четвёртый путь, путь архатства (arahatta-magga).
With this path he cuts off the five remaining fetters — desire for fine-material existence and desire for immaterial existence, conceit, restlessness, and ignorance. Вместе с этим путём он уничтожает оставшиеся пять оков - желание существования в мире тонких форм, желание бесформенного существования, самомнение, неугомонность и неведение.
The first is the desire for rebirth into the celestial planes made accessible by the four jhanas, the planes commonly subsumed under the name "the Brahma-world." Первое в этом списке представляет собой желание перерождения в мирах богов, становящееся возможным благодаря четырём джханам. Эти уровни существования обычно охватываются понятием "миры Брахм".
The second is the desire for rebirth into the four immaterial planes made accessible by the achievement of the four immaterial attainments. Второе состоит в желании перерождения в четырёх бесформенных сферах, которые становятся доступными путём достижения бесформенных состояний.
Conceit (mana) is not the coarse type of pride to which we become disposed through an over-estimation of our virtues and talents, but the subtle residue of the notion of an ego which subsists even after conceptually explicit views of self have been eradicated. Самомнение (māna) не означает здесь грубую форму гордости, к которой мы становимся склонными из-за переоценки своих достоинств и талантов, оно означает тонкие остатки концепции эго, выживающие даже после уничтожения концептуально явных взглядов на личность.
The texts refer to this type of conceit as the conceit "I am" (asmimana). В текстах этот тип самомнения упоминается как взгляд "я есть" (asmimāna).
Restlessness (uddhacca) is the subtle excitement which persists in any mind not yet completely enlightened, and ignorance (avijja) is the fundamental cognitive obscuration which prevents full understanding of the Four Noble Truths. Неугомонность (uddhacca) является тонким возбуждением, существующим в любом уме, не достигшем полного просветления, а неведение (avijjā) является фундаментальным когнитивным омрачением, препятствующим полному пониманию четырёх благородных истин.
Although the grosser grades of ignorance have been scoured from the mind by the wisdom faculty in the first three paths, a thin veil of ignorance overlays the truths even in the non-returner. Хотя грубые формы неведения были вычищены из ума способностью мудрости на первых трёх путях, тонкая пелена неведения покрывает истины даже у невозвращающегося.
The path of arahatship strips away this last veil of ignorance and, with it, all the residual mental defilements. Путь архатства срывает эту последнюю пелену неведения и вместе с ней все оставшиеся умственные загрязнения.
This path issues in perfect comprehension of the Four Noble Truths. Этот путь приводит к совершенному пониманию четырёх благородных истин.
It fully fathoms the truth of suffering; eradicates the craving from which suffering springs; realizes with complete clarity the unconditioned element, Nibbana, as the cessation of suffering; and consummates the development of the eight factors of the Noble Eightfold Path. Он полностью постигает истину страдания; уничтожает жажду, из которой возникает страдание; с совершенной ясностью осознаёт необусловленный элемент - Ниббану, как прекращение страдания; и завершает развитие восьми факторов Благородного восьмеричного пути.
With the attainment of the fourth path and fruit the disciple emerges as an arahant, one who in this very life has been liberated from all bonds. С достижением четвёртого пути и плода практикующий становится арахантом, тем, кто в этой самой жизни освободился от всех пут.
The arahant has walked the Noble Eightfold Path to its end and lives in the assurance stated so often in the formula from the Pali canon: "Destroyed is birth; the holy life has been lived; what had to be done has been done; there is no coming back to any state of being." Арахант прошёл Благородный восьмеричный путь до конца и живёт в убеждённости, описываемой в столь часто встречающейся в палийском каноне формуле: "Уничтожено рождение, прожита целомудренная жизнь, сделано то, что надлежало сделать, больше не будет возвращения к какому-либо уровню существования".
The arahant is no longer a practitioner of the path but its living embodiment. Арахант более не является практикующим путь, он является его живым воплощением.
Having developed the eight factors of the path to their consummation, the Liberated One lives in the enjoyment of their fruits, enlightenment and final deliverance. Развив до совершенства восемь факторов пути, освободившийся человек живёт, наслаждаясь его плодами, просветлением и окончательным освобождением.
<<Назад
Глава 7. Правильное сосредоточение
Оглавление Далее>>
Эпилог

Редакция перевода от 14.02.2019 20:54