История рождения царевичем Махападумой (mahāpadumajātakavaṇṇanā - №472)

Опубликовано khantibalo от 21 декабря, 2016 - 17:44

Эта история была сказана по поводу Чинчи, безуспешно попытавшейся оклеветать Будду. Будда объясняет, что это произошло уже не первый раз, приводя историю рождения принцем Махападумой. В той жизни Чинча, бывшая тогда второй женой правителя, также оклеветала его.

<<Назад
История рождения птенцом перепёлки (Ваттака джатака, №35)
Оглавление Далее>>
Наставление "за стенами" - tirokuṭṭasuttaṃ (Кхп 7)
Пали - CST Русский - А.В. Парибок Комментарии
[472] 9. Mahāpadumajātakavaṇṇanā ¶
Nādaṭṭhāparato dosanti idaṃ satthā jetavane viharanto ciñcamāṇavikaṃ ārabbha kathesi. "Пока ты сам не убедился..." – это Учитель сказал, пребывая в роще Джеты, по поводу девицы Чинчи, брахманки.
Paṭhamabodhiyañhi dasabalassa puthubhūtesu sāvakesu aparimāṇesu devamanussesu ariyabhūmiṃ okkantesu patthaṭesu guṇasamudayesu mahālābhasakkāro udapādi. После того как Учитель достиг Просветления и стал Десятисильным, у него появилось множество учеников. Бессчетное число богов и людей достигали тогда арийского состояния, ибо источник блага был доступен, и монахам доставались богатые подношения и почёт.
Titthiyā sūriyuggamane khajjopanakasadisā ahesuṃ hatalābhasakkārā. Наставники же иных толков поблёкли, как светлячки при восходе солнца,
Te antaravīthiyaṃ ṭhatvā "kiṃ samaṇo gotamova buddho, mayampi buddhā, kiṃ tasseva dinnaṃ mahapphalaṃ, amhākampi dinnaṃ mahapphalameva, amhākampi detha karothā"ti evaṃ manusse viññāpentāpi lābhasakkāraṃ alabhantā raho sannipatitvā "kena nu kho upāyena samaṇassa gotamassa manussānaṃ antare avaṇṇaṃ uppādetvā lābhasakkāraṃ nāseyyāmā"ti mantayiṃsu. – они никому не стали нужны, о них все забыли, и сколько они ни говорили на улицах: "Не один шраман Гаутама Просветлённый, и мы тоже Просветлённые. Подать ему – большая заслуга, но и нам подать – тоже заслуга не меньшая. Давайте и нам дары!" – люди их не слушали и никакой прибыли и почёта у них так и не было. Тогда они втайне посовещались и решили: "Надо так или иначе оклеветать шрамана Гаутаму, очернить его перед народом, отнять у него подношения, лишить почёта!"
Tadā sāvatthiyaṃ ciñcamāṇavikā nāmekā paribbājikā uttamarūpadharā sobhaggappattā devaccharā viya. Tassā sarīrato rasmiyo niccharanti. Тогда в Шравасти жила некая молодая подвижница брахманского рода по имени Чинча. Она была необыкновенно привлекательна и ослепительно красива – всё тело её светилось, как у небесной девы.
Atheko kharamantī evamāha – "ciñcamāṇavikaṃ paṭicca samaṇassa gotamassa avaṇṇaṃ uppādetvā lābhasakkāraṃ nāsessāmā"ti. И вот один из заговорщиков, что был похитрее, предложил: – Давайте используем Чинчу! Она поможет нам очернить шрамана Гаутаму.
Te "attheso upāyo"ti sampaṭicchiṃsu. – "Вот это дело" – согласились другие.
Atha sā titthiyārāmaṃ gantvā vanditvā aṭṭhāsi, titthiyā tāya saddhiṃ na kathesuṃ. А тут она сама пришла к ним в рощу проповедников и поклонилась. Наставники-заговорщики ей не ответили.
Sā "ko nu kho me doso"ti yāvatatiyaṃ "vandāmi ayyā"ti vatvā "ayyā, ko nu kho me doso, kiṃ mayā saddhiṃ na kathethā"ti āha. – Чем я провинилась? – спрашивает она. – В третий раз я вам кланяюсь, а вы мне даже слова не скажете.
"Bhagini, samaṇaṃ gotamaṃ amhe viheṭhentaṃ hatalābhasakkāre katvā vicarantaṃ na jānāsī"ti. – Разве ты не знаешь, сестрица, как шраман Гаутама потеснил нас? Мы ведь из-за него лишились всех подношений и уважения.
"Nāhaṃ jānāmi ayyā, mayā kiṃ panettha kattabbanti. – Я не знала, почтенные. А что я могу для вас сделать?
Sace tvaṃ bhagini, amhākaṃ sukhamicchasi, attānaṃ paṭicca samaṇasssa gotamassa avaṇṇaṃ uppādetvā lābhasakkāraṃ nāsehī"ti. ¶ – Если ты хочешь нам помочь, сестрица, сделай так, чтобы о тебе и о шрамане Гаутаме пошли кривотолки, и он лишился бы подношений и почёта. ¶
Sā "sādhu ayyā, mayhameveso bhāro, mā cintayitthā"ti vatvā pakkamitvā itthimāyāsu kusalatāya tato paṭṭhāya sāvatthivāsīnaṃ dhammakathaṃ sutvā jetavanā nikkhamanasamaye indagopakavaṇṇaṃ paṭaṃ pārupitvā gandhamālādihatthā jetavanābhimukhī gacchantī "imāya velāya kuhiṃ gacchasī"ti vutte "kiṃ tumhākaṃ mama gamanaṭṭhānenā"ti vatvā jetavanasamīpe titthiyārāme vasitvā pātova "aggavandanaṃ vandissāmā"ti nagarā nikkhamante upāsakajane jetavane vutthā viya hutvā nagaraṃ pavisati. – Конечно, сделаю. А как – уж это моя забота. Вы не беспокойтесь. И вот до чего она додумалась со своим женским коварством: завела обычай в тот час, когда жители Шравасти возвращались после проповеди из рощи Джеты домой, ходить им навстречу, в рощу, одевшись в нарядное сари, крашенное червецом, с гирляндами и благовониями в руках. – Куда ты идёшь в такую пору? – спрашивали её встречные. – А вам-то что за дело? – отвечала она. Ночевать она оставалась в роще проповедников, что неподалёку от рощи Джеты, а по утрам, когда последователи Просветлённого шли из города, чтобы поклониться Учителю, она нарочно опять попадалась им навстречу, и тем казалось, будто она провела ночь в роще Джеты.
"Kuhiṃ vutthāsī"ti vutte "kiṃ tumhākaṃ mama vutthaṭṭhānenā"ti vatvā māsaḍḍhamāsaccayena pucchiyamānā "jetavane samaṇena gotamena saddhiṃ ekagandhakuṭiyā vutthāmhī"ti āha. – Ты где ночевала? – спрашивали её. – А вам-то что до этого? – отвечала она. А спустя месяц-полтора она однажды ответила на этот вопрос: – Я провела ночь в роще Джеты, в благоуханной келье у шрамана Гаутамы.
Puthujjanānaṃ "saccaṃ nu kho etaṃ, no"ti kaṅkhaṃ uppādetvā temāsacatumāsaccayena pilotikāhi udaraṃ veṭhetvā gabbhinivaṇṇaṃ dassetvā upari rattapaṭaṃ pārupitvā "samaṇaṃ gotamaṃ paṭicca gabbho me laddho"ti andhabāle gāhāpetvā aṭṭhanavamāsaccayena udare dārumaṇḍalikaṃ bandhitvā upari rattapaṭaṃ pārupitvā hatthapādapiṭṭhiyo gohanukena koṭṭāpetvā ussade dassetvā kilantindriyā hutvā sāyanhasamaye tathāgate alaṅkatadhammāsane nisīditvā dhammaṃ desente dhammasabhaṃ gantvā tathāgatassa purato ṭhatvā "mahāsamaṇa, mahājanassa tāva dhammaṃ desesi, madhuro te saddo, suphusitaṃ dantāvaraṇaṃ, ahaṃ pana taṃ paṭicca gabbhaṃ labhitvā paripuṇṇagabbhā jātā, neva me sūtigharaṃ jānāsi, na sappitelādīni, sayaṃ akaronto upaṭṭhākānampi aññataraṃ kosalarājānaṃ vā anāthapiṇḍikaṃ vā visākhaṃ upāsikaṃ vā "imissā ciñcamāṇavikāya kattabbayuttaṃ karohī'ti na vadasi, abhiramituṃyeva jānāsi, gabbhaparihāraṃ na jānāsī"ti gūthapiṇḍaṃ gahetvā candamaṇḍalaṃ dūsetuṃ vāyamantī viya parisamajjhe tathāgataṃ akkosi. Простые люди начали уже подумывать: "Может, оно в самом деле так? " Месяца через три-четыре она стала прикидываться беременной – подвязывать себе на живот всякие тряпки, а поверх надевала красное сари. Вздорные люди додумались, что она понесла от шрамана Готамы. А месяцев через восемь-девять она подвязала себе под красное сари полено, руки и ноги растёрла коровьей челюстью до того, что они вспухли, как у беременных, и, прикинувшись утомлённой, вечером, когда Татхагата, сидя на украшенном сидении наставника в зале для слушания дхармы, проповедовал монахам, явилась туда и сказала: – Ты, великий шраман, народ дхарме учишь, и речи у тебя как мёд сладкие, на языке тают; а сам обрюхатил меня, мне уже рожать скоро. Тебе же ни до чего дела нет – ни где мне рожать, ни где масла взять, да и прочего! Если сам не хочешь обо мне позаботиться, мог бы попросить кого-нибудь – самого царя Кошалы, или Анатхапиндаду, или известную свою мирянку Вишакху! Тебе бы только потешиться с женщиной, а подумать после о ней ты не хочешь! Так она прилюдно обвинила Татхагату, словно навозной лепёшкой в луну запустила, чтобы её замарать. в переводе Махапраджняпарамита-шастры в одном месте это слово переводится как деревянная миска (wooden bowl), а в другом - как деревянное блюдо (woode...
Все комментарии (2)
Tathāgato dhammakathaṃ ṭhapetvā sīho viya abhinadanto "bhagini, tayā kathitassa tathabhāvaṃ vā atathabhāvaṃ vā ahañceva tvañca jānāmā"ti āha. Татхагата прервал свою проповедь и звучно, львиным гласом ответил: – Правду ты сказала или неправду, сестрица, об этом знаем только мы двое, не так ли?
Āma, samaṇa, tayā ca mayā ca ñātabhāvenetaṃ jātanti. ¶ – Да, шраман. Только мы с тобою об этом и знаем, больше никто. ¶
Tasmiṃ khaṇe sakkassa bhavanaṃ uṇhākāraṃ dassesi. В этот миг Шакру стало припекать снизу на его троне,
So āvajjamāno "ciñcamāṇavikā tathāgataṃ abhūtena akkosatī"ti ñatvā "imaṃ vatthuṃ sodhessāmī"ti catūhi devaputtehi saddhiṃ āgami. и он, сосредоточась, понял, в чём дело: "Девица Чинча, брахманка, возводит напраслину на Татхагату". Он решил немедля прояснить дело и явился к ним вместе с четырьмя богами своего окружения.
Devaputtā mūsikapotakā hutvā dārumaṇḍalikassa bandhanarajjuke ekappahāreneva chindiṃsu, pārutapaṭaṃ vāto ukkhipi, dārumaṇḍalikaṃ patamānaṃ tassā pādapiṭṭhiyaṃ pati, ubho aggapādā chijjiṃsu. Боги обернулись мышами и мигом перегрызли верёвки, на которых держалось полено; порыв ветра распахнул подол сари, полено свалилось прямо на ноги Чинче и отбило ей пальцы.
Manussā uṭṭhāya "kāḷakaṇṇi, sammāsambuddhaṃ akkosasī"ti sīse kheḷaṃ pātetvā leḍḍudaṇḍādihatthā jetavanā nīhariṃsu. "Злодейка негодная, вздумала ославить Татхагату!" – зашумели люди, оплевали её, закидали грязью, палками и выгнали из рощи Джеты.
Athassā tathāgatassa cakkhupathaṃ atikkantakāle mahāpathavī bhijjitvā vivaramadāsi, avīcito aggijālā uṭṭhahi. Когда она скрылась с глаз Татхагаты, земная твердь под нею треснула и раскололась, из Ада Незыби взметнулось пламя,
Sā kuladattiyaṃ kambalaṃ pārupamānā viya gantvā avīcimhi nibbatti. окутало её, словно одеялом, и унесло прямо в Ад.
Aññatitthiyānaṃ lābhasakkāro parihāyi, dasabalassa bhiyyosomattāya vaḍḍhi. Почёту и подношений злокозненным наставникам нимало не прибыло, убавилось даже, а учение Десятисильного только укрепилось.
Punadivase dhammasabhāyaṃ kathaṃ samuṭṭhāpesuṃ "āvuso, ciñcamāṇavikā evaṃ uḷāraguṇaṃ aggadakkhiṇeyyaṃ sammāsambuddhaṃ abhūtena akkositvā mahāvināsaṃ pattā"ti. На следующий день в зале для слушания дхармы завязался такой разговор: – Почтенные! Девица-брахманка Чинча осмелилась возвести поклёп на Истиннопросветлённого, а он человек бесконечно достойный и больше любого другого заслуживает поклонения. Потому она себя и ввергла в погибель.
Satthā āgantvā "kāya nuttha, bhikkhave, etarahi kathāya sannisinnā"ti pucchitvā "imāya nāmā"ti vutte "na, bhikkhave, idāneva, pubbepi esā maṃ abhūtena akkositvā mahāvināsaṃ pattā"ti vatvā atītaṃ āhari. ¶ Учитель пришёл и спросил: – О чём это вы сейчас беседуете, монахи? Монахи сказали. – Не только теперь, о монахи, но и прежде она возвела на меня поклёп и тоже себя погубила", – произнёс Учитель и рассказал о былом. ¶
Atīte bārāṇasiyaṃ brahmadatte rajjaṃ kārente bodhisatto tassa aggamahesiyā kucchimhi nibbatti, phullapadumasassirikamukhattā panassa "padumakumāro"tveva nāmaṃ kariṃsu. "Некогда в Варанаси правил царь Брахмадатта. Бодхисаттва родился тогда сыном его главной супруги. Нарекли его царевичем Падмой, что значит Лотос, за то, что лицо его красотою было подобно расцветшему лотосу.
So vayappatto takkasilāyaṃ gantvā sabbasippāni uggaṇhitvā āgami. Повзрослев, он изучил все искусства.
Athassa mātā kālamakāsi. И вот мать его скончалась.
Rājā aññaṃ aggamahesiṃ katvā puttassa uparajjaṃ adāsi. Царь взял себе в главные супруги другую женщину, а сына назначил наследником.
Aparabhāge rājā paccantaṃ kupitaṃ vūpasametuṃ aggamahesiṃ āha "bhadde, idheva vasa, ahaṃ paccantaṃ kupitaṃ vūpasametuṃ gacchāmī"ti vatvā "nāhaṃ idheva vasissāmi, ahampi gamissāmī"ti vutte yuddhabhūmiyā ādīnavaṃ dassetvā "yāva mamāgamanā anukkaṇṭhamānā vasa, ahaṃ padumakumāraṃ yathā tava kattabbakiccesu appamatto hoti, evaṃ āṇāpetvā gamissāmī"ti vatvā tathā katvā gantvā paccāmitte palāpetvā janapadaṃ santappetvā paccāgantvā bahinagare khandhāvāraṃ nivāsesi. Случилось, что в одном округе взбунтовались подданные. Царь отправился их усмирять и сказал жене: – Милая, я уезжаю усмирить бунт, а ты оставайся дома. – Нет, господин, я не хочу оставаться, я поеду с тобой, – попросила жена. Царь описал ей тяготы похода и все опасности и наказал: – Жди меня и не скучай. Я велел царевичу Падме исполнять всё, что ты пожелаешь. Усмирил царь бунтовщиков, навёл в округе порядок и, возвратившись, остановился лагерем перед городом.
Bodhisatto pitu āgatabhāvaṃ ñatvā nagaraṃ alaṅkārāpetvā rājagehaṃ paṭijaggāpetvā ekakova tassā santikaṃ agamāsi. ¶ Узнав, что отец возвращается, бодхисаттва велел украсить город, сам пошёл с обходом по царскому дворцу и один, без провожатых, заглянул в покои к царице. ¶
Sā tassa rūpasampattiṃ disvā paṭibaddhacittā ahosi. А она, увидев, какой он красавец, голову потеряла.
Bodhisatto taṃ vanditvā "amma, kiṃ amhākaṃ kattabba"nti pucchi. Бодхисаттва поклонился ей и сказал: – Что тебе нужно, матушка?
Atha naṃ "ammāti maṃ vadasī"ti uṭṭhāya hatthe gahetvā "sayanaṃ abhiruhā"ti āha. – Не надо называть меня матерью, лучше взойди со мною на ложе!
"Kiṃkāraṇā"ti? – Зачем это?
"Yāva rājā na āgacchati, tāva ubhopi kilesaratiyā ramissāmā"ti. – Насладимся любовью, пока царь не вернулся.
"Amma, tvaṃ mama mātā ca sasāmikā ca, mayā sapariggaho mātugāmo nāma kilesavasena indriyāni bhinditvā na olokitapubbo, kathaṃ tayā saddhiṃ evarūpaṃ kiliṭṭhakammaṃ karissāmī"ti. – Ты мне, почтенная, и впрямь вместо матери, да ещё ты и замужем, а я на замужних сроду не смотрел с вожделением. Нет, на это я не склонюсь, грязно это.
Sā dve tayo vāre kathetvā tasmiṃ anicchamāne "mama vacanaṃ na karosī"ti āha. Та опять за своё, но бодхисаттва наотрез отказался. – Так ты меня не послушаешься?
"Āma, na karomī"ti. – Нет, не послушаюсь.
"Tena hi rañño kathetvā sīsaṃ te chindāpessāmī"ti. – Смотри, я пожалуюсь на тебя царю. Он тебе голову снимет.
Mahāsatto "tava ruciṃ karohī"ti vatvā taṃ lajjāpetvā pakkāmi. ¶ – Поступай, как знаешь, – сказал он, пристыдил её и ушёл. ¶
Sā bhītatasitā cintesi "sace ayaṃ paṭhamaṃ pitu ārocessati, jīvitaṃ me natthi, ahameva puretaraṃ kathessāmī"ti bhattaṃ abhuñjitvā kiliṭṭhalomavatthaṃ nivāsetvā sarīre nakharājiyo dassetvā "kuhiṃ devīti rañño pucchanakāle "gilānā'ti katheyyāthā"ti paricārikānaṃ saññaṃ datvā gilānālayaṃ katvā nipajji. Она же перепугалась: "Если он раньше меня доложит царю, царь предаст меня смерти. Надо его упредить". И она отказалась от пищи, оделась в грязное платье, исцарапала себе лицо и наказала служанкам: "Если царь обо мне спросит, скажите, что я-де занемогла". Она легла и притворилась, будто ей нездоровится.
Rājāpi nagaraṃ padakkhiṇaṃ katvā nivesanaṃ āruyha taṃ apassanto "kuhiṃ devī"ti pucchitvā "gilānā"ti sutvā sirigabbhaṃ pavisitvā "kiṃ te devi, aphāsuka"nti pucchi. А царь совершил обход города и пришёл во дворец. Не видя царицы, он спросил, что с нею. Слуги сказали, что ей неможется. Царь пошёл в опочивальню и спрашивает: – Что с тобой, государыня?
Sā tassa vacanaṃ asuṇantī viya hutvā dve tayo vāre pucchitā "mahārāja, kasmā kathesi, tuṇhī hohi, sasāmikaitthiyo nāma mādisā na hontī"ti vatvā "kena tvaṃ viheṭhitāsi, sīghaṃ me kathehi, sīsamassa chindissāmī"ti vutte "kaṃsi tvaṃ, mahārāja, nagare ṭhapetvā gato"ti vatvā "padumakumāra"nti vutte "so mayhaṃ vasanaṭṭhānaṃ āgantvā 'tāta, mā evaṃ karohi, ahaṃ tava mātā'ti vuccamānopi 'ṭhapetvā maṃ añño rājā natthi, ahaṃ taṃ gehe karitvā kilesaratiyā ramissāmī'ti maṃ kesesu gahetvā aparāparaṃ luñcitvā attano vacanaṃ akarontiṃ maṃ pātetvā koṭṭetvā gato"ti āha. ¶ Та не отвечает, будто и не слышит его. Он второй раз спросил, третий... Наконец она ответила: – Не спрашивай, государь, помолчи лучше. Знал бы ты, каково мне, мужней жене, пришлось! – Говори сразу, кто тебя обидел? Я ему голову отрублю. – Кого ты, государь, вместо себя в городе оставил? – Царевича Падму. – Он самый и есть. Пришёл ко мне и говорит: "Если кто царь здесь, так это я. Я беру тебя себе в наложницы". Уж как я его уговаривала: "Не делай так, дорогой, я ведь тебе мать" – не помогло. Начал меня за волосы таскать, да не осилил. Избил и ушёл. ¶
Rājā anupaparikkhitvāva āsīviso viya kuddho purise āṇāpesi "gacchatha, bhaṇe, padumakumāraṃ bandhitvā ānethā"ti. Царь не стал разбираться, раздулся со злости, как кобра, и приказал слугам: "Схватите и приведите ко мне царевича Падму".
Te nagaraṃ avattharantā viya tassa gehaṃ gantvā taṃ bandhitvā paharitvā pacchābāhaṃ gāḷhabandhanaṃ bandhitvā rattakaṇaveramālaṃ gīvāyaṃ paṭimuñcitvā vajjhaṃ katvā ānayiṃsu. Слуги разбежались по городу, пришли к Падме в дом, схватили его, побили, заломили за спину руки, связали их крепко-накрепко, повесили на шею гирлянду цветов канаверы, как вешают смертникам, когда ведут их на казнь, и погнали пинками во дворец.
So "deviyā idaṃ kamma"nti ñatvā "bho purisā, nāhaṃ rañño dosakārako, nipparādhohamasmī"ti vilapanto āgacchati. "Царица оговорила меня", – понял он и с горечью стал объяснять: "Люди, я ни в чём не провинился перед царём! Я невиновен!"
Sakalanagaraṃ saṃkhubbhitvā "rājā kira mātugāmassa vacanaṃ gahetvā mahāpadumakumāraṃ ghātāpesī"ti sannipatitvā rājakumārassa pādamūle nipatitvā "idaṃ te sāmi, ananucchavika"nti mahāsaddena paridevi. Весь город пришёл в волнение: "Говорят, царь по оговору жены хочет казнить царевича Падму!" Люди сбежались к царевичу, повалились ему в ноги и в голос запричитали: – Не заслужил ты этого, господин!
Atha naṃ netvā rañño dassesuṃ. Наконец привели его к царю.
Rājā disvāva cittaṃ niggaṇhituṃ asakkonto "ayaṃ arājāva rājalīḷaṃ karoti, mama putto hutvā aggamahesiyā aparajjhati, gacchatha naṃ corapapāte pātetvā vināsaṃ pāpethā"ti āha. Царь при виде Падмы разъярился пуще прежнего: – Царя вздумал из себя строить! На супругу мою покусился! Ступайте, сбросьте его в пропасть, куда бросают разбойников.
Mahāsatto "na mayhaṃ, tāta, evarūpo aparādho atthi, mātugāmassa vacanaṃ gahetvā mā maṃ nāsehī"ti pitaraṃ yāci. – Нет за мной никаких прегрешений, отец! Не губи меня по женскому наговору! – взмолился Великий.
So tassa kathaṃ na gaṇhi. ¶ Но отец его и слушать не стал. ¶
Tato soḷasasahassā antepurikā "tāta mahāpadumakumāra, attano ananucchavikaṃ idaṃ laddha"nti mahāviravaṃ viraviṃsu. Тут все шестнадцать тысяч царских танцовщиц зарыдали в голос: "Не заслужил ты этого, любезный царевич, не заслужил ты, наш Падма!"
Sabbe khattiyamahāsālādayopi amaccaparijanāpi "deva, kumāro sīlācāraguṇasampanno vaṃsānurakkhito rajjadāyādo, mā naṃ mātugāmassa vacanaṃ gahetvā anupaparikkhitvāva vināsehi, raññā nāma nisammakārinā bhavitabba"nti vatvā satta gāthā abhāsiṃsu – ¶ Кшатрии, советники, челядь – все просили царя: "Государь, царевич ведь благонравен и добродетелен, он продолжит твой род, он преемник твой на престоле. Не губи его по оговору женщины, разберись сначала. Ведь царю следует действовать осмотрительно!" И они произнесли: ¶
106."Nādaṭṭhā parato dosaṃ, aṇuṃ thūlāni sabbaso; ¶ "Пока ты сам не убедился В чужой вине – большой иль малой, ¶
Issaro paṇaye daṇḍaṃ, sāmaṃ appaṭivekkhiya. ¶ Ты назначать не можешь кары. Сначала нужно разобраться! ¶
107."Yo ca appaṭivekkhitvā, daṇḍaṃ kubbati khattiyo; ¶ Кто налагает наказанье, Не рассмотрев, как должно, дело, ¶
Sakaṇṭakaṃ so gilati, jaccandhova samakkhikaṃ. ¶ Слепцу подобен, что глотает Еду с козявками и сором. ¶
108."Adaṇḍiyaṃ daṇḍayati, daṇḍiyañca adaṇḍiyaṃ; ¶ Наказывающий безвинных И попускающий виновным. ¶
Andhova visamaṃ maggaṃ, na jānāti samāsamaṃ. ¶ Он как слепец, что по ухабам В путь без поводыря пустился. ¶
109."Yo ca etāni ṭhānāni, aṇuṃ thūlāni sabbaso; ¶ Но кто во всяком деле лично, В большом и малом, разберётся ¶
Sudiṭṭhamanusāseyya, sa ve voharitu marahati. ¶ И досконально всё узнает – Тот может выносить сужденье. ¶
110."Nekantamudunā sakkā, ekantatikhiṇena vā; ¶ Ни неизменным снисхожденьем, Ни непреклонностью суровой ¶
Attaṃ mahante ṭhapetuṃ, tasmā ubhayamācare. ¶ К величию нельзя подняться – Их нужно сочетать умело. ¶
111."Paribhūto mudu hoti, atitikkho ca veravā; ¶ Ведь слишком мягким помыкают, А слишком строгий ненавистен, ¶
Etañca ubhayaṃ ñatvā, anumajjhaṃ samācare. ¶ И обе крайности опасны. Держаться лучше середины. ¶
112."Bahumpi ratto bhāseyya, duṭṭhopi bahu bhāsati; ¶ Один присочинит в запале, Другой оговорит по злобе, ¶
Na itthikāraṇā rāja, puttaṃ ghātetumarahasī"ti. [1] Нет, из-за женщины, владыка, Ты убивать не должен сына".
Evaṃ nānākāraṇehi kathentāpi amaccā attano kathaṃ gāhāpetuṃ nāsakkhiṃsu. Но какие доводы советники ни приводили, они не смогли убедить царя.
Bodhisattopi yācanto attano kathaṃ gāhāpetuṃ nāsakkhi. И бодхисаттва сам молил царя – и тоже понапрасну.
Andhabālo pana rājā "gacchatha naṃ corapapāte khipathā"ti āṇāpento aṭṭhamaṃ gāthamāha – ¶ Упрямый царь приказал вновь: "Ступайте, сбросьте его со скалы, как разбойника". ¶
113."Sabbova loko ekato, itthī ca ayamekikā; ¶ "Я вижу, вы здесь сговорились, А женщине никто не верит. ¶
Tenāhaṃ paṭipajjissaṃ, gacchatha pakkhipatheva ta"nti. [2] Один лишь я не сомневаюсь. Скорее сбросьте его в пропасть!"
Evaṃ vutte soḷasasahassāsu rājaitthīsu ekāpi sakabhāvena saṇṭhātuṃ nāsakkhi, sakalanagaravāsino bāhā paggayha kanditvā kese vikirayamānā vilapiṃsu. Услышав этот приказ, ни одна из шестнадцати тысяч царских танцовщиц не смогла сдержать вопль горя. Все горожане зарыдали, стали ломать руки и рвать на себе волосы.
Rājā "ime imassa papāte khipanaṃ paṭibāheyyu"nti saparivāro gantvā mahājanassa paridevantasseva naṃ uddhaṃpādaṃ avaṃsiraṃ katvā gāhāpetvā papāte khipāpesi. "Как бы они не помешали казнить его", – подумал царь. Он сам направился со свитой к обрыву и, не внимая ничьим воплям, приказал сбросить сына в пропасть вниз головой.
Athassa mettānubhāvena pabbate adhivatthā devatā "mā bhāyi mahāpadumā"ti taṃ samassāsetvā ubhohi hatthehi gahetvā hadaye ṭhapetvā dibbasamphassaṃ pharāpetvā otaritvā pabbatapāde patiṭṭhitanāgarājassa phaṇagabbhe ṭhapesi. Но та великая сила доброты, что исходила от бодхисаттвы, не дала ему погибнуть. Дух пропасти взлетел к нему и со словами "Не бойся, великий Падма!" подхватил его обеими руками, взял к себе на грудь, бережно опустил его к подножию горы и осторожно посадил на капюшон владыки Нагов – ведь та гора была их царством.
Nāgarājā bodhisattaṃ nāgabhavanaṃ netvā attano yasaṃ majjhe bhinditvā adāsi. Царь Нагов отвёл Бодхисаттву в свой дворец и разделил с ним слуг своих и власть.
So tattha ekasaṃvaccharaṃ vasitvā "manussapathaṃ gamissāmī"ti vatvā "kataraṃ ṭhāna"nti vutte "himavantaṃ gantvā pabbajissāmī"ti āha. Прожил он у Нагов целый год, а потом решил вернуться в мир людей. – Куда тебя доставить? – спросил царь Нагов. – Я стану отшельником в Гималаях, – сказал бодхисаттва.
Nāgarājā "sādhū"ti taṃ gahetvā manussapathe patiṭṭhāpetvā pabbajitaparikkhāre datvā sakaṭṭhānameva gato. Царь Нагов с ним согласился, отнёс его в людской мир, снабдил всем, что надобно подвижнику, и там его покинул.
Sopi himavantaṃ pavisitvā isipabbajjaṃ pabbajitvā jhānābhiññaṃ nibbattetvā vanamūlaphalāhāro tattha paṭivasati. ¶ А бодхисаттва удалился в Гималаи, по древнему обычаю стал там подвижником. Он научился созерцанию, обрёл чудесные способности и зажил там, поддерживая жизнь корнями и плодами. ¶
Atheko bārāṇasivāsī vanacarako taṃ ṭhānaṃ patto mahāsattaṃ sañjānitvā "nanu tvaṃ deva, mahāpadumakumāro"ti vatvā "āma, sammā"ti vutte taṃ vanditvā katipāhaṃ tattha vasitvā bārāṇasiṃ gantvā rañño ārocesi "deva, putto te himavantapadese isipabbajjaṃ pabbajitvā paṇṇasālāyaṃ vasati, ahaṃ tassa santike vasitvā āgato"ti. Однажды на охоте туда забрёл какой-то житель Варанаси. Он узнал Великого: – Господин, ты не царевич ли великий Падма? – Да, это я, приятель. Тот поклонился бодхисаттве, пожил у него некоторое время, а когда вернулся в Варанаси, доложил царю: – Государь, твой сын живёт по древнему обычаю отшельником в Гималаях, там у него шалаш. Я сам с ним прожил не один день.
"Paccakkhato te diṭṭho"ti? – Своими ли глазами ты его видел?– спросил царь.
"Āma devā"ti. – Да, господин.
Rājā mahābalakāyaparivuto tattha gantvā vanapariyante khandhāvāraṃ bandhitvā amaccagaṇaparivuto paṇṇasālaṃ gantvā kañcanarūpasadisaṃ paṇṇasāladvāre nisinnaṃ mahāsattaṃ disvā vanditvā ekamantaṃ nisīdi. Царь отправился туда с большим отрядом войнов. На опушке леса он поставил лагерь, а дальше пошёл сам с советниками и увидел наконец Великого, сиявшего как золотое изваяние. Тот сидел у входа в свой шалаш. Царь поздоровался и сел с ним рядом,
Amaccāpi vanditvā paṭisanthāraṃ katvā nisīdiṃsu. а за царём и советники учтиво приветствовали бодхисаттву и тоже расселись.
Bodhisattopi rājānaṃ paṭipucchitvā paṭisanthāramakāsi. Бодхисаттва заговорил с отцом, предложил ему плодов.
Atha naṃ rājā "tāta, mayā tvaṃ gambhīre papāte khipāpito, kathaṃ sajīvitosī"ti pucchanto navamaṃ gāthamāha – ¶ – Сынок, тебя ведь на моих глазах швырнули в пропасть. Как ты уцелел? – спросил царь. ¶
114."Anekatāle narake, gambhīre ca suduttare; ¶ – Ведь ты же в пропасть сброшен был, Что глубиной во много пальм. ¶
Pātito giriduggasmiṃ, kena tvaṃ tattha nāmarī"ti. [3] В отвесный, гибельный провал. Скажи, как смог ты уцелеть?
Tatoparaṃ – ¶
115."Nāgo jātaphaṇo tattha, thāmavā girisānujo; ¶ – Меня тогда могучий наг, Что обитает под горой ¶
Paccaggahi maṃ bhogehi, tenāhaṃ tattha nāmariṃ. ¶ На сгибы тела подхватил – Вот почему я уцелел. ¶
116."Ehi taṃ paṭinessāmi, rājaputta sakaṃ gharaṃ; ¶ – Царевич, я сюда пришёл, Чтобы вернуть тебя домой. ¶
Rajjaṃ kārehi bhaddante, kiṃ araññe karissasi. ¶ Я царство отдаю тебе. К чему тебе лесная жизнь? ¶
117."Yathā gilitvā baḷisaṃ, uddhareyya salohitaṃ; ¶ – Попав однажды на крючок, Я с кровью выдернул его ¶
Uddharitvā sukhī assa, evaṃ passāmi attanaṃ. ¶ И, выдернув, безмерно рад. Теперь к покою я стремлюсь. ¶
118."Kiṃ nu tvaṃ baḷisaṃ brūsi, kiṃ tvaṃ brūsi salohitaṃ; ¶ – Что называешь ты крючком? И что ты кровью здесь зовёшь? ¶
Kiṃ nu tvaṃ ubbhataṃ brūsi, taṃ me akkhāhi pucchito. ¶ И как ты выдернул его? Ответь мне, я прошу тебя. ¶
119."Kāmāhaṃ baḷisaṃ brūmi, hatthiassaṃ salohitaṃ; ¶ – Утехи были мне крючком, Имущество при них – как кровь. ¶
Cattāhaṃ ubbhataṃ brūmi, evaṃ jānāhi khattiyā"ti. Я, выдернув, отринул их. Так это надо понимать.
– Imāsu pañcasu ekantarikā tisso gāthā bodhisattassa, dve rañño. [4]
"Iti kho, mahārāja, mayhaṃ rajjena kiccaṃ natthi, tvaṃ pana dasa rājadhamme akopetvā agatigamanaṃ pahāya dhammena rajjaṃ kārehī"ti mahāsatto pitu ovādaṃ adāsi. – Нет, государь, власть мне не нужна. А ты не отступай от десяти обязанностей царских, не сворачивай на неверные пути, правь в согласии с дхармой. Так наставил Великий отца.
So rājā roditvā paridevitvā nagaraṃ gacchanto antarāmagge amacce pucchi. Царь поплакал, погоревал и отправился домой. В дороге он спросил советников:
"Ahaṃ kaṃ nissāya evarūpena ācāraguṇasampannena puttena viyogaṃ patto"ti? – Объясните мне, кто толкнул меня расстаться с таким добродетельным сыном?
"Aggamahesiṃ, devā"ti. – Ваша главная супруга, государь.
Rājā taṃ uddhaṃpādaṃ gāhāpetvā corapapāte khipāpetvā nagaraṃ pavisitvā dhammena rajjaṃ kāresi. ¶ И царь велел сбросить её в пропасть вниз головой. Вступил он в город и начал править праведно. ¶
Satthā imaṃ dhammadesanaṃ āharitvā "evaṃ, bhikkhave, pubbepesā maṃ akkositvā mahāvināsaṃ pattā"ti vatvā – ¶ Рассказав эту историю, Учитель повторил: – Как видите, монахи, не только ныне, но и прежде она возвела на меня поклёп и оттого погибла. ¶
120."Ciñcamāṇavikā mātā, devadatto ca me pitā; ¶ – Здесь Чинча мачехой была, А Девадатта был отцом, ¶
Ānando paṇḍito nāgo, sāriputto ca devatā; ¶ Ананда – мудрым нагом был, А Шарипутра – духом гор. ¶
Rājaputto ahaṃ āsiṃ, evaṃ dhāretha jātaka"nti. Я ж был тогда царевичем,Так это и запомните.
– Osānagāthāya jātakaṃ samodhānesi. И (так) он отождествил перерождения.
Mahāpadumajātakavaṇṇanā navamā. ¶
[1] Tattha nādaṭṭhāti na adisvā.
Paratoti parassa.
Sabbasoti sabbāni.
Aṇuṃthūlānīti khuddakamahantāni vajjāni.
Sāmaṃ appaṭivekkhiyāti parassa vacanaṃ gahetvā attano paccakkhaṃ akatvā pathavissaro rājā daṇḍaṃ na paṇaye na paṭṭhapeyya.
Mahāsammatarājakālasmiñhi satato uttari daṇḍo nāma natthi, tāḷanagarahaṇapabbājanato uddhaṃ hatthapādacchedanaghātanaṃ nāma natthi, pacchā kakkhaḷarājūnaṃyeva kāle etaṃ uppannaṃ, taṃ sandhāya te amaccā "ekanteneva parassa dosaṃ sāmaṃ adisvā kātuṃ na yutta"nti kathentā evamāhaṃsu. ¶
Yo ca appaṭivekkhitvāti mahārāja, evaṃ appaṭivekkhitvā dosānucchavike daṇḍe paṇetabbe yo rājā agatigamane ṭhito taṃ dosaṃ appaṭivekkhitvā hatthacchedādidaṇḍaṃ karoti, so attano dukkhakāraṇaṃ karonto sakaṇṭakaṃ bhojanaṃ gilati nāma, jaccandho viya ca samakkhikaṃ bhuñjati nāma.
Adaṇḍiyanti yo adaṇḍiyaṃ adaṇḍapaṇetabbañca daṇḍetvā daṇḍiyañca daṇḍapaṇetabbaṃ adaṇḍetvā attano rucimeva karoti, so andho viya visamaṃ maggaṃ paṭipanno, na jānāti samāsamaṃ, tato pāsāṇādīsu pakkhalanto andho viya catūsu apāyesu mahādukkhaṃ pāpuṇātīti attho.
Etāni ṭhānānīti etāni daṇḍiyādaṇḍiyakāraṇāni ceva daṇḍiyakāraṇesupi aṇuṃthūlāni ca sabbāni sudiṭṭhaṃ disvā anusāseyya, sa ve voharituṃ rajjamanusāsituṃ arahatīti attho. ¶
Attaṃ mahante ṭhapetunti evarūpo anuppanne bhoge uppādetvā uppanne thāvare katvā attānaṃ mahante uḷāre issariye ṭhapetuṃ na sakkotīti attho.
Mudūti mudurājā raṭṭhavāsīnaṃ paribhūto hoti avaññāto, so rajjaṃ niccoraṃ kātuṃ na sakkoti.
Veravāti atitikkhassa pana sabbepi raṭṭhavāsino verino hontīti so veravā nāma hoti.
Anumajjhanti anubhūtaṃ mudutikhiṇabhāvānaṃ majjhaṃ samācare, amudu atikkho hutvā rajjaṃ kāreyyāti attho.
Na itthikāraṇāti pāpaṃ lāmakaṃ mātugāmaṃ nissāya vaṃsānurakkhakaṃ chattadāyādaṃ puttaṃ ghātetuṃ nārahasi, mahārājāti. ¶
[2] Tattha tenāhanti yena kāraṇena sabbo loko ekato kumārasseva pakkho hutvā ṭhito, ayañca itthī ekikāva, tena kāraṇena ahaṃ imissā vacanaṃ paṭipajjissaṃ, gacchatha taṃ pabbataṃ āropetvā papāte khipathevāti. ¶
[3] Tattha anekatāleti anekatālappamāṇe.
Nāmarīti na amari. ¶
[4] Tattha paccaggahi manti pabbatapatanakāle devatāya pariggahetvā dibbasamphassena samassāsetvā upanītaṃ maṃ paṭiggaṇhi, gahetvā ca pana nāgabhavanaṃ ānetvā mahantaṃ yasaṃ datvā "manussapathaṃ maṃ nehī"ti vutto maṃ manussapathaṃ ānesi.
Ahaṃ idhāgantvā pabbajito, iti tena devatāya ca nāgarājassa ca ānubhāvena ahaṃ tattha nāmarinti sabbaṃ ārocesi. ¶
Ehīti rājā tassa vacanaṃ sutvā somanassappatto hutvā "tāta, ahaṃ bālabhāvena itthiyā vacanaṃ gahetvā evaṃ sīlācārasampanne tayi aparajjhiṃ, khamāhi me dosa"nti pādesu nipatitvā "uṭṭhehi, mahārāja, khamāma te dosaṃ, ito paraṃ puna mā evaṃ anisammakārī bhaveyyāsī"ti vutte "tāta, tvaṃ attano kulasantakaṃ setacchattaṃ ussāpetvā rajjaṃ anusāsanto mayhaṃ khamasi nāmā"ti evamāha. ¶
Uddharitvāti hadayavakkādīni asampattameva taṃ uddharitvā sukhī assa.
Evaṃ passāmi attananti attānaṃ mahārāja, evaṃ ahampi puna sotthibhāvappattaṃ gilitabaḷisaṃ purisamiva attānaṃ passāmīti.
"Kiṃ nu tva"nti idaṃ rājā tamatthaṃ vitthārato sotuṃ pucchati.
Kāmāhanti pañca kāmaguṇe ahaṃ.
Hatthiassaṃ salohitanti evaṃ hatthiassarathavāhanaṃ sattaratanādivibhavaṃ "salohita"nti brūmi.
Cattāhanti cattaṃ ahaṃ, yadā taṃ sabbampi cattaṃ hoti pariccattaṃ, taṃ dānāhaṃ "ubbhata"nti brūmi.
<<Назад
История рождения птенцом перепёлки (Ваттака джатака, №35)
Оглавление Далее>>
Наставление "за стенами" - tirokuṭṭasuttaṃ (Кхп 7)

Редакция перевода от 21.12.2017 19:24