Введение

Опубликовано khantibalo от 18 мая, 2017 - 11:53
Отображение колонок
русский kheminda
<<Назад
Предисловие
Оглавление Далее>>
Глава 1. Патимоккха
english - Thanissaro Bhikkhu русский - kheminda Комментарии
Introduction ¶ Введение ¶
Dhamma-Vinaya was the Buddha's own name for the religion he founded. Дхамма-Виная – имя данное Буддой для религии, которую он основал.
Dhamma — the truth — is what he discovered and pointed out as advice for all who want to gain release from suffering. Дхамма – это истина, которую он открыл и указал в качестве совета для всех желающих получить освобождение от страдания.
Vinaya — discipline — is what he formulated as rules, ideals, and standards of behavior for those of his followers who go forth from home life to take up the quest for release in greater earnestness. Виная – дисциплина – является тем, что сформулировано в виде правил, идеалов и норм поведения для его последователей, тех кто идут дальше, от семейной жизни к принятию поиска освобождения с величайшей серьезностью.
Although this book deals primarily with discipline, we should note at the outset that total training in the Buddha's path requires that Dhamma and Vinaya function together. Хотя эта книга имеет дело в основном с дисциплиной, нам следует отметить, прежде всего, что общая подготовка по пути Будды требует совместного функционирования Дхаммы и Винаи.
In theory they may be separate, but in the person who practices them they merge as qualities developed in the mind and character. ¶ В теории они могут быть разделены, но в личности, что практикует их они сливаются как качества развитые в уме и характере. ¶
"Gotamī, the qualities of which you may know, 'These qualities lead to dispassion, not to passion; to being unfettered and not to being fettered; to shedding and not to accumulating; to modesty and not to arrogance; to contentment and not to discontent; to seclusion and not to entanglement; to aroused energy and not to idleness; to being unburdensome and not to being burdensome': You may definitely hold, 'This is the Dhamma, this is the Vinaya, this is the Teacher's instruction.'" — Cv. X. 5 "Готами, качества о которых возможно ты знала, 'Эти качества ведут к бесстрастию, а не к страсти; к снятию оков и не к закованности в них; к сбрасыванию, и не собиранию; к скромности и не к самовозвеличиванию; к уединению и не к вовлеченности; к возникновению энергии и не к лени; к необременительности и не к обременительности': вы определенно можете считать так, ' это Дхамма, это Виная, это инструкция Учителя'''. - Cv. X. 5
Ultimately, the Buddha said, just as the sea has a single taste, that of salt, so too the Dhamma and Vinaya have a single taste: that of release. В конце концов, Будда сказал, подобно тому, как море имеет один вкус, вкус соли, так же и Дхамма и Виная имеют один вкус: вкус освобождения.
The connection between discipline and release is spelled out in a passage that recurs at several points in the Canon: ¶ Связь между дисциплиной и освобождением прописана в отрывке, который возникает в нескольких местах в Каноне: ¶
"Discipline is for the sake of restraint, restraint for the sake of freedom from remorse, freedom from remorse for the sake of joy, joy for the sake of rapture, rapture for the sake of tranquility, tranquility for the sake of pleasure, pleasure for the sake of concentration, concentration for the sake of knowledge and vision of things as they have come to be, knowledge and vision of things as they have come to be for the sake of disenchantment, disenchantment for the sake of dispassion, dispassion for the sake of release, release for the sake of knowledge and vision of release, knowledge and vision of release for the sake of total unbinding through non-clinging." — Pv. XII. 2 "Дисциплина ради сдержанности, сдержанность ради свободы от угрызений совести, свобода от угрызений совести ради радости, радость ради восторга, восторг ради спокойствия, спокойствие ради удовольствия, удовольствие ради сосредоточения, сосредоточение ради знания и видения вещей такими, какими они являются, знание и видение вещей такими, какими они являются ради разочарования, разочарование ради бесстрастия, бесстрастие ради освобождения, освобождение ради знания и видения освобождения, знание и видение освобождения ради полной не привязанности через не цепляние." - Pv. XII. 2
In establishing his religion of release, though, the Buddha did not simply set out a body of recommendations and rules. Устанавливая свою религию освобождения, Будда однако не просто установил корпус рекомендаций и правил.
He also founded a company (parisā) of followers. Он так же основал компанию (париса) последователей.
This company falls into four main groups: bhikkhus (monks), bhikkhunīs (nuns), lay men, and lay women. Эта компания разделена на четыре группы: бхиккху (монахи), бхиккхуни (монахини), миряне и мирянки.
Although the Buddha saw no need to organize the laity in any manner, he arranged for the bhikkhus and bhikkhunīs — who had given up the entanglements of the household life to devote themselves more fully to the goal of release — to develop into communities. Несмотря на то, что Будда не видел необходимости организовывать мирян каким-либо образом, он организовал монахов и монахинь - отказавшихся от затруднений домохозяйской жизни, ради более полного посвящения себя цели освобождения - ради совершенствования в общинах.
And he saw that they needed, as all communities do, ideals and standards, rules and customs to ensure their stability. Он увидел, что им необходимы, как и всем общинам идеалы и стандарты, правила и обычаи, для обеспечения их стабильности.
This need is what gave rise to the Vinaya. ¶ Эта потребность привела к возникновению Винаи. ¶
In the early years of the Buddha's career, the texts tell us, there was no need to formulate monastic disciplinary rules. В ранние годы жизненного пути Будды, как говорят нам тексты, не было необходимости формулировать монашеские дисциплинарные правила.
All of the bhikkhus in his following — the Community of bhikkhunīs had not yet been started — were men of high personal attainments who had succeeded in subduing many or all of their mental defilements. Все монахи следовали за ним - Сообщество бхиккхуни еще не появилось - были люди высоких личных достижений, преуспевшие в покорении многих или всех своих умственных омрачений.
They knew his teachings well and behaved accordingly. Они хорошо знали его учение и вели себя соответствующим образом.
The Canon tells of how Ven. Sāriputta, one of the Buddha's foremost disciples, asked the Buddha at an early date to formulate a Pāṭimokkha, or code of rules, to ensure that the celibate life the Buddha had founded would last long, just as a thread holding together a floral arrangement ensures that the flowers are not scattered by the wind. Канон говорит нам о том, как достопочтенный. Сарипутта, один из выдающихся учеников Будды, попросил Будду в кратчайшие сроки сформулировать Патимоккху, или кодекс правил, что бы гарантировать, что целомудренная жизнь основанная Буддой будет длиться долго, так же как нить держит вместе цветочные приспособления, и гарантирует, что цветы не будут разбросаны ветром.
The Buddha replied that the time for such a code had not yet come, for even the most backward of the men in the Community at that time had already had their first glimpse of the goal. Будда ответил, что время для такого кодекса еще не пришло, даже для самых отсталых мужчин в сообществе уже имелось свое первое представление о цели.
Only when mental effluents (āsava) made themselves felt in the Community would there be a need for a Pāṭimokkha. ¶ Только когда умственные утечки (асава) дадут о себе знать в сообществе, тогда появится потребность в Патимоккхе. ¶
As time passed, the conditions that provided an opening for the effluents within the Community eventually began to appear. По прошествии времени, условия до такой степени обеспечили открытие для утечек внутри Общины, что в конце концов они стали появляться.
The Bhaddāli Sutta (MN 65) presents the Buddha at a later point in his career listing these conditions as five: ¶ Бхаддали Сутта (МН 65) представляющая Будду на позднем этапе своего жизненного пути перечисляет следующие пять условий: ¶
Ven. Bhaddāli: "Why is it, venerable sir, that there used to be fewer training rules and more bhikkhus established in the knowledge of Awakening? "Учитель, в чём условие, в чём причина, почему прежде было меньше правил [монашеской] тренировки, но больше монахов становились утверждёнными в окончательном знании Пробуждения?
And why is it that there are now more training rules and fewer bhikkhus established in the knowledge of Awakening? В чём условие, в чём причина, почему сейчас больше правил тренировки, но меньше монахов становятся утверждёнными в окончательном знании Пробуждения?
" [Bhaddāli, who has been unwilling to abide by the training rules, seems to be suggesting that the rise in the number of training rules is itself the cause for fewer bhikkhus' attaining Awakening. The Buddha, however, offers a different explanation.] ¶ "[Бхаддали, который не хотел соблюдать правила обучения, кажется предполагает, что увеличение числа правил обучения само по себе является причиной того, что меньшее число бхиккху достигает пробуждения. Будда, однако, предлагает другое объяснение.] ¶
The Buddha: "So it is, Bhaddāli. "Именно так оно, Бхаддали.
When beings have begun to degenerate and the true Dhamma has begun to disappear, there are more training rules and fewer bhikkhus established in the knowledge of Awakening. Когда существа деградируют и подлинная Дхамма исчезает, то тогда имеется больше правил тренировки, но меньше монахов становятся утверждёнными в окончательном знании Пробуждения.
The Teacher does not lay down a training rule for his disciples as long as there are no cases where the conditions that offer a foothold for the effluents have arisen in the Community. Учитель не устанавливает правило тренировки для учеников до тех пор, пока определённые вещи, которые являются основанием для пятен [умственных загрязнений], не проявляются здесь, в Сангхе.
But when there are cases where the conditions that offer a foothold for the effluents have arisen in the Community, then the Teacher lays down a training rule for his disciples so as to counteract those very conditions. ¶ Но когда здесь, в Сангхе, проявляются определённые вещи, которые являются основанием для пятен, то тогда Учитель устанавливает правило тренировки для учеников с целью удержания на расстоянии тех вещей, что являются основой для пятен. ¶
"There are no cases where the conditions that offer a foothold for the effluents have arisen in the Community as long as the Community has not become large. Те вещи, которые являются основанием для пятен, не проявляются здесь, в Сангхе, до тех пор, пока Сангха не достигла величия.
But when the Community has become large, then there are cases where the conditions that offer a foothold for the effluents arise in the Community, and the Teacher then lays down a training rule for his disciples so as to counteract those very conditions... Но когда Сангха достигла величия, то тогда здесь, в Сангхе, проявляются определённые вещи, которые являются основанием для пятен, и тогда Учитель устанавливает правило тренировки для учеников с целью удержания на расстоянии тех вещей, что являются основой для пятен.
When the Community possesses great material gains... great status... a large body of learning... Те вещи, которые являются основанием для пятен, не проявляются здесь, в Сангхе, до тех пор, пока Сангха не достигла высшей точки в [получении] мирских обретений…
When the Community is long-standing, then there are cases where the conditions that offer a foothold for the effluents arise in the Community, and the Teacher then lays down a training rule for his disciples so as to counteract those very conditions." Те вещи, которые являются основанием для пятен, не проявляются здесь, в Сангхе, до тех пор, пока Сангха не достигла великой учёности…Те вещи, которые являются основанием для пятен, не проявляются здесь, в Сангхе, до тех пор, пока Сангха не достигла длительной славы… и тогда Учитель устанавливает правило тренировки для учеников с целью удержания на расстоянии тех вещей, что являются основой для пятен.
Thus the rules themselves were not the cause for degeneracy in the Community, and the conditions that provided a foothold for the effluents were not themselves effluents. Таким образом, сами правила не были причиной деградации в Общине, и условия давшие опору утечкам (т.е. пятнам умственных загрязнений), не были самими утечками.
Rather, the growing complexity of the Community provided the opportunity for bhikkhus to act on the basis of their defilements in a growing variety of ways, and the rules — although they could not prevent any of the five conditions — had to become correspondingly complex to counteract the opportunities those conditions provided for unenlightened behavior. ¶ Скорее, растущая усложненность Общины предоставила возможность бхиккху действовать на основе своих омрачений во всё большем разнообразии способов, а так же правил – хотя они не могли предотвратить любые из пяти условий – ставших соответственно усложненными для противодействия возможностям этих условий предоставленных для непросветленного поведения. ¶
Even when these conditions did arise, though, the Buddha did not set out a full code at once. Даже когда эти условия возникли, однако Будда не изложил весь кодекс сразу.
Instead, he formulated rules one at a time in response to events. Вместо этого он формулировал правила по одному реагируя на событие.
The considerations that went into formulating each rule are best illustrated by the events surrounding the formulation of the first. ¶ Решения, которые вошли в разработку каждого правила, лучше всего иллюстрируются событиями окружающими формулировку первого правила ¶
Ven. Sudinna, the story goes, had strong faith in the Buddha and had ordained after receiving his parents' grudging consent. История о Дост. Судинне начинается с того, что они имел сильную веру в Будду и принял постриг после согласия своих родителей.
He was their only child and, though married, was childless. Он был единственным ребенком, и хотя был в браке, все же не имел детей.
His parents, fearing that the government would confiscate their property at their death if it had no heir, devised various schemes to lure Ven. Sudinna back to the lay life, but to no avail. Его родители боялись, что правительство конфискует их имущество, после их смерти, если оно не будет иметь наследника, ими были разработаны различные схемы что бы заманить достопочтенного Судинну обратно в мирскую жизнь, но безрезультатно.
Finally, his mother realized that he was firm in his intention to stay a bhikkhu and so asked him at least to have intercourse with his former wife so that their property would have an heir. Наконец его мать поняла, что он имел твердое намерение остаться бхиккху и попросила его по крайней мере совершить совокупление с его прежней женой, для того что бы их имущество имело наследника.
Ven. Sudinna consented, took his wife into the forest, and had intercourse three times. ¶ Достопочтенный Судинна согласился, взял свою жену в лес, и совокупился с ней три раза. ¶
Immediately he felt remorse and eventually confessed his deed to his fellow bhikkhus. Он сразу же почувствовал раскаяние и в конце концов признался в своем поступке своим братьям бхиккху.
Word reached the Buddha, who called a meeting of the Community, questioned Ven. Sudinna, and gave him a rebuke. Слова достигли Будды, после чего он созвал Общину, спросил Дост. Судинну, и сделал ему выговор.
The rebuke fell into two major parts. Этот выговор был разделен на две основные части.
In the first part, the Buddha reminded Ven. Sudinna of his position as a samaṇa — a monk or contemplative — and that his behavior was unworthy of his position. В первой части, Будда напомнил Дост. Судинне о его позиции в качестве Саманы - монаха-созерцателя - и что подобное поведение недостойно его положения.
Also, the Buddha pointed out to him the aims of the teaching and noted that his behavior ran counter to them. Кроме того Будда указал ему цели учения и отметил, что его поведение идет вразрез с ними.
The implication here was that Ven. Sudinna had not only acted inconsistently with the content of the teaching, but had also shown callous disregard for the Buddha's compassionate aims in making the Dhamma known. ¶ Смысл здесь в том, что Дост. Судинна, не только действовал непоследовательно по отношению к содержанию учения, но также показал полное пренебрежение к сострадательным целям Будды заключающимся в том, что бы сделать Дхамму известной. ¶
"'Worthless man, it is unseemly, out of line, unsuitable, and unworthy of a contemplative; improper and not to be done... "Никчемный человек, это непристойно, недопустимо, неподобающе; и недостойно созерцателя; неправильно и не должно быть сделано....
Haven't I taught the Dhamma in many ways for the sake of dispassion and not for passion; for unfettering and not for fettering; for freedom from clinging and not for clinging? Разве я не учил Дхамме разными путями ради бесстрастия, а не для страсти; для освобождения от оков, а не для заключения в них; для освобождения от привязанности, а не для привязанности?
Yet here, while I have taught the Dhamma for dispassion, you set your heart on passion; while I have taught the Dhamma for unfettering, you set your heart on being fettered; while I have taught the Dhamma for freedom from clinging, you set your heart on clinging. ¶ Но здесь, в то время как я учил Дхамме для бесстрастия, ты утвердил свое сердце в страсти; в то время как я учил Дхамме для освобождения от оков, ты утвердил свое сердце в заключение в них, в то время как я учил Дхамме для свободы от привязанности, ты утвердил свое сердце в привязанности. ¶
"'Worthless man, haven't I taught the Dhamma in many ways for the fading of passion, the sobering of intoxication, the subduing of thirst, the destruction of attachment, the severing of the round, the ending of craving, dispassion, cessation, unbinding? “Никчемный человек, разве не учил я Дхамме разными путями ради затухания страсти, отрезвления от опьянения, подавления жажды, уничтожения привязанности, разрывания круга, завршения желания, бесстрастия, угасания, освобождения?
Haven't I in many ways advocated abandoning sensual pleasures, comprehending sensual perceptions, subduing sensual thirst, destroying sensual thoughts, calming sensual fevers? Разве я разными путями не выступал за отказ от чувственных удоловольствий, постижение чувственного восприятия, подавление чувственной жажды, уничтожение чувственных мыслей, успокоение чувственного жара?
Worthless man, it would be better that your penis be stuck into the mouth of a poisonous snake than into a woman's vagina. Никчемный человек, было бы лучше, если бы твой член застрял во рту ядовитой змеи, чем во влагалище женщины.
It would be better that your penis be stuck into the mouth of a black viper than into a woman's vagina. Было бы лучше, если бы твой член застрял во рту черной гадюки, чем во влагалище женщины.
It would be better that your penis be stuck into a pit of burning embers, blazing and glowing, than into a woman's vagina. Было бы лучше, если бы твой член застрял в яме с горящими головешками, пылающими и сияющими, чем во влагалище женщины.
Why is that? И почему же?
For that reason you would undergo death or death-like suffering, but you would not on that account, at the break-up of the body, after death, fall into deprivation, the bad destination, the abyss, hell. По той причине, что вы подверглись бы смерти, или страданию подобному смерти, но вы бы в отличие от этого случая после распада тела, после смерти, не пали бы в область лишения, плохой удел, нижнюю сферу, ад.
But for this reason you would, at the break-up of the body, after death, fall into deprivation, the bad destination, the abyss, hell... ¶ Но в данном случае после распада тела, после смерти, падете в область лишения, плохой удел, нижнюю сферу, ад... ¶
"'Worthless man, this neither inspires faith in the faithless nor increases the faithful. "Никчемный человек, это ни вдохновляет верой неверующих, ни увеличивает у верующих.
Rather, it inspires lack of faith in the faithless and wavering in some of the faithful.'" ¶ Скорее вдохновляет отсутствие веры у неверующих и колебания у верующих"". ¶
The second part of the rebuke dealt in terms of personal qualities: those that a bhikkhu practicing discipline is to abandon, and those he is to develop. ¶ Вторая часть выговора рассматривает личные качества: те, что бхиккху практикующий дисциплину должен отбросить, и те, что должен развить. ¶
"Then the Blessed One, having in many ways rebuked Ven. Sudinna, having spoken in dispraise of being burdensome, demanding, arrogant, discontented, entangled, and indolent; in various ways having spoken in praise of being unburdensome, undemanding, modest, content, scrupulous, austere, gracious, self-effacing, and energetic; having given a Dhamma talk on what is seemly and becoming for bhikkhus, addressed the bhikkhus." ¶ "Тогда, Благословенный, упрекнув во многих отношениях Дост. Судинну, осуждая обременительность, требовательность, высокомерность, недовольство, запутанность, и лень; различными способами восхвалил необременительность, нетребовательность, скромность, удовлетворенность, скрупулезность, строгость, милостивость, умеренность, и энергичность; дав лекцию Дхаммы о том, что является подобающим и приличествующим для бхиккху, обратился к монахам." ¶
This was where the Buddha formulated the training rule, after first stating his reasons for doing so. ¶ Именно здесь Будда сформулировал правило воспитания, после первого высказывания причин для этого действия. ¶
"'In that case, bhikkhus, I will formulate a training rule for the bhikkhus with ten aims in mind: the excellence of the Community, the comfort of the Community, the curbing of the impudent, the comfort of well-behaved bhikkhus, the restraint of effluents related to the present life, the prevention of effluents related to the next life, the arousing of faith in the faithless, the increase of the faithful, the establishment of the true Dhamma, and the fostering of discipline.'" ¶ "" По этой причине, бхиккху, я формулирую правило воспитания для бхиккху с десятью целями в уме: совершенство Общины, комфорт Общины, сдерживание бесстыдных, комфорт благонравных бхиккху, сдерживание пятен загрязнений связанных с текущей жизнью, предотвращение пятен загрязнений связанных со следующей жизнью, пробуждение веры у неверующих, установление истинной Дхаммы, и поощрение дисциплины."" ¶
These reasons fall into three main types. Эти причины выпали в три основных типа.
The first two are external: 1) to ensure peace and well being within the Community itself, and 2) to foster and protect faith among the laity, on whom the bhikkhus depend for their support. Первые два внешние: 1) обеспечение покоя и благополучия внутри самой Общины, и 2) Способствовать и защищать веру среди мирян, от чьей поддержки зависят бхиккху.
(The origin stories of the various rules depict the laity as being very quick to generalize. One bhikkhu misbehaves, and they complain, "How can these Sakyan-son monks do that?") (Оригинальные истории различных правил изображают мирян как людей очень скорых к обобщению. Один бхиккху дурно вёл себя, и они пожаловались, "Как могут эти сыны Шакьев так поступать?")
The third type of reason, though, is internal: The rule is to help restrain and prevent mental effluents within the individual bhikkhus. Третий тип причины, хотя и внутренний: Правило помогающее сдерживать и предотвращать умственные пятна загрязнений, внутри отдельных бхиккху.
Thus the rules aim not only at the external well being of the Community but also at the internal well being of the individual. Таким образом эти правила имеют целью не только внешнее благополучие Общины, но также внутреннее благополучие индивидов.
This latter point soon becomes apparent to anyone who seriously tries to keep to the rules, for they foster mindfulness and circumspection in one's actions, qualities that carry over into the training of the mind. ¶ Этот последний пункт вскоре становится очевидным каждому, кто серьезно пытается держать обеты, для способствования своей осознанности и осмотрительности в собственных действиях, качествах которые переносятся в воспитании ума. ¶
Over the course of time the Buddha formulated more than 200 major and minor rules, forming the Pāṭimokkha that was recited fortnightly in each Community of bhikkhus. В течение времени Будда сформулировала более 200 главных и малых правил, сформировав Патимоккху, которая декламировавшуюся раз в две недели, в каждой Общине бхиккху.
In addition, he formulated many other minor rules that were memorized by those of his followers who specialized in the subject of discipline, but nothing is known for sure of what format they used to organize this body of knowledge during his lifetime. ¶ В дополнение он сформулировал много других малых правил, которые были запомнены его последователями специализировавшимися на субьекте дисциплины, но ничего не известно наверняка, о том, какой формат они использовали для организации этого корпуса знаний в течение его жизни. ¶
After his total nibbāna, though, his followers made a concerted effort to establish a standard canon of Dhamma and Vinaya, and the Pali Canon as we know it began to take shape. После его полной Ниббаны, хотя его последователи сделали совместное усилие, для установления стандартного канона Дхаммы и Винаи, и Палийского канона, как мы знаем, он стал принимать форму.
The Vinaya was organized into two main parts: 1) the Sutta Vibhaṅga, the 'Exposition of the Text' (which from here on we will refer to simply as the Vibhaṅga), containing almost all the material dealing with the Pāṭimokkha rules; and 2) the Khandhakas, or Groupings, which contain the remaining material organized loosely according to subject matter. Виная была переорганизована в две главные части: 1) Сутта Вибханга, 'Изложение Текста' (на который с этого момента мы будем ссылаться как на Вибхангу), содержит почти весь материал имеющий дело с правилами патимоккхи; и 2) Кхандаки, или Группы, которые содержат оставшийся материал свободно организованный согласно предмету.
The Khandhakas themselves are divided into two parts, the Mahāvagga, or Greater Chapter, and the Cullavagga, or Lesser Chapter. Сами Кхандаки разделены на две части, Махавагга, или Большая Глава, и Чуллавагга, или Малая Глава.
Historians estimate that the Vibhaṅga and Khandhakas reached their present form in approximately the 2nd century B. C. E. , and that the Parivāra, or Addenda — a summary and study guide — was added a few centuries later, closing the Vinaya Piṭaka, the part of the Canon dealing with discipline. Историки подсчитали, что Вибханга и Кхандаки достигли своей настоящей формы примерно во 2ом веке до Н.Э., и что Паривара или Дополнение - это краткое изложение и методическое пособие, которые было добавлено через два столетия позже, закрыв Виная Питаку, часть Канона имеющую дело с дисциплиной.
Because the purpose of this volume is to translate and explain the Pāṭimokkha, we are most directly concerned with the Vibhaṅga. Так как цель этого тома это перевод и обьяснение Патимоккхи, мы наиболее прямо связаны с Вибхангой.
It is organized as follows: The rules in the Pāṭimokkha are presented one by one, each rule preceded by an origin story relating the events leading up to its formulation. Она организована следующим образом: правила Патимоккхи представлены одно за другим, каждое правило предшествует оригинальной истории связанной с событиями ведущими к его формулированию.
In some instances a rule went through one or more reformulations, in which case an additional story is provided for each amendment to show what prompted it. В некоторых примерах правило проходит через одну или более переформулировок, по этой причине предоставлены дополнительные истории для каждой поправки, что бы показать, что побудило её создание.
With each new formulation of a rule, any previous formulations were automatically rescinded. С каждой новой формулировкой правила, любые предыдущие формулировки были автоматически отменены.
Otherwise, the added restrictions or allowances contained in the reformulations would have been rendered meaningless. В противном случае, добавленные ограничения или разрешения содержащиеся в переформулировках были бы бесмысленными.
Thus, the final formulation of the rule is the authoritative one, with the earlier formulations holding only historical interest. Таким образом последняя формулировка правила является авторитетной, с ранними формулировками содержащими только исторический интерес.
After the final statement of the rule is a word-analysis (pada-bhājaniya), which explains in detail most of the important terms in the rule. После окончательной формулировки правила идёт слово-анализ (пада - бхаджания) подробно обьясняющий большинство важных терминов в правиле.
For many of the rules this analysis includes one or more "wheels," or tables, giving the contingencies connected with the rule, working out all their possible permutations and passing judgment as to what penalty, if any, each permutation entails. Для многих из этих правил, этот анализ включает один или более "кругов" или таблиц, дающих непредвиденные обстоятельства связанные с этим правилом, разработаны все их возможные перестановки и вынесенные решения относительно того, какое наказание, если таковое имеется влечёт за собой каждая перестановка.
For example, the discussion of the first rule contains a wheel that gives all the objects with which a person might have sexual intercourse, lists them against the variables of the sort of intercourse and whether or not the bhikkhu involved gives his consent, and announces the penalty for each possible combination of factors. ¶ Например обсуждение первого правила содержит круг, дающий все объекты, с которыми человек мог бы иметь половое сношение, перечисляя их начиная с различных видов полового акта и был или нет бхиккху вовлечён дав своё согласие, и далее объявляется наказание за каждую возможную комбинацию факторов. ¶
Following the word-analysis for each rule is a section of non-offense clauses, listing extenuating circumstances under which a bhikkhu would be exempted from the penalty imposed by the rule. ¶ После слово-анализа для каждого правила есть раздел положений без нарушений, перечисляющий смягчающие обстоятельства, при которых бхиккху будет свободен от наказания назначенного правилом. ¶
Finally, for the major rules, there is the Vinita-vatthu, or Precedents, listing various cases related to the rule and giving verdicts as to what penalty, if any, they entail. ¶ Наконец, для главных правил есть Винита-ваттху или прецеденты, перечисляющие различные случаи, связанные с правилом и дающие вердикты относительно того, что является наказанием, если они влекут его за собой. ¶
The Vibhaṅga forms the basis for most of the explanations of the training rules given in this volume. Вибханга составляет основу для большинства объяснений правил воспитания данных в этом томе.
However, there are many questions on which the Vibhaṅga is silent or unclear. Тем не менее, имеется много вопросов, на которые Вибханга не даёт ответов, или даёт неясные.
To answer these questions, I have turned either to the Khandhakas or to the commentarial literature that has grown up around the Vinaya over the course of the centuries. Чтобы ответить на эти вопросы, я обращался либо к Кхандакам либо к комментаторской литературе, которой обросла Виная в течение столетий.
The primary works I have consulted are these: ¶ Основные работы, по которым я консультировался таковы: ¶
1) The Samanta-pāsādikā — "The Thoroughly Inspiring" — (from here on referred to as the Commentary), a commentary on the Vinaya Piṭaka compiled in the 5th century C. E. by Bhadantācariya Buddhaghosa, who based his work on ancient commentaries. 1) Саманта-пасадика - "Тщательное воодушевление" - (отсюда и впредь упоминается как Комментарий), комментарий к Виная Питаке составленный в 5 веке Н.э. Бхадантачарьей Буддхагосой, который опирался в своей работе на древние комментарии.
The originals for these ancient commentaries may have been brought to Sri Lanka from India and translated into Sinhalese, but frequent references throughout the commentaries to places and people in Sri Lanka show that much of the material in the commentaries was composed in Sri Lanka. Оригиналы для этих древних комментариев возможно были принесены в Шри Ланку с Индии, и переведены на Сингальский, но частые отсылки на протяжении комментариев к местам и людям Шри Ланки, показывают, что большинство материала в комментариях было составлено в Шри Ланке.
From internal evidence in Buddhaghosa's writings — he compiled commentaries on a major portion of the Canon — historians have estimated that the ancient commentaries were collected over a span of several centuries and closed in approximately the 4th century C. E. Buddhaghosa's work thus contains material much older than his date would indicate. Из внутренних свидетельств в записях Буддхагосы - он составил комментарии из основной части Канона - историки предположили, что древние комментарии были собраны в течение определенного периода нескольких столетий и закрыты примерно в 4 веке н.э. таким образом, работа Буддхагосы содержит материал намного более древний, чем указывают в его датировке.
By Buddhaghosa's time a belief had grown up that the ancient commentaries were the work of the Buddha's immediate disciples and thus indisputably conveyed the true intent of the Canon. Во времена Буддхагосы возросла вера в то, что древние комментарии были работой непосредственно учеников Будды, и таким образом, бесспорно, передали истинное намерение Канона.
However, as we shall see below, the ancient commentaries themselves did not make such exalted claims for themselves. ¶ Однако, как мы увидим ниже, сами древние комментарии сами не делают таких возвышенных заявлений. ¶
Still, the existence of this belief in the 5th century placed certain constraints on Buddhaghosa's work. Тем не менее, существование этой веры в 5 веке разместило определенные ограничения на работу Буддхагосы.
At points where the ancient commentaries conflicted with the Canon, he had to write the discrepancies off as copier's mistakes or else side with the commentaries against the Canon. В местах где древние комментарии вступали в противоречие с Каноном, он должен был написать расхождения, как от скопированных ошибок, или же со стороны комментариев против Канона.
At a few points, such as his explanation of Pc 9, he provides arguments effectively demolishing the ancient commentaries' interpretation but then backs off, saying that the ancient commentaries must be right because their authors knew the Buddha's intentions. В некоторых точках, таких как объяснение Pc 9 он даёт аргументы эффективно разрушающие древнюю комментаторскую интерпретацию, но затем отступает, говоря что древние комментарии возможно правы, так как их автор знал намерения Будды.
Perhaps pressure from the elder bhikkhus at the Mahāvihāra in Anurādhapura — the place where the ancient commentaries had been preserved and where Buddhaghosa was allowed to do his work — was what made him back off in this way. Возможно давление со стороны старших бхиккху Махавихары в Анурадхапуре, месте где древние комментарии были сохранены и где было дано разрешение сделать его работу - таким образом было тем, что заставило его отступить.
At any rate, only on points where the different ancient commentaries were silent or gave divergent opinions did he feel free to express his own. ¶ Во всяком случае, только в тех местах, где древние комментарии молчали или давали противоречивые мнения, он чувствовал себя свободно, чтобы выразить собственное. ¶
2) The Kaṅkhā-vitaraṇī — "The Subjugator of Uncertainty" — (the K/Commentary), a commentary on the Pāṭimokkha also compiled by Buddhaghosa. 2) Канкха-витарини - "Покоритель неопределенности" - (К/Комментарий), комментарий к Патимоккхе составленный Буддхагосой.
Although this work is largely a synopsis of material in the Commentary, it contains some independent material, in particular a system of classifying the offenses under each training rule into their component factors. Хотя эта работа в значительной степени является кратким обзором данных в комментарии, она содержит некоторые независимые материалы, в частности систему классификации нарушений по каждому правилу воспитания в их составные факторы.
It also contradicts the Commentary from time to time, suggesting that it may have been based on a commentarial tradition different from the one underlying the Commentary. ¶ Она также время от времени противоречит комментарию, предполагая, что возможно она было составлена на основе комментаторской традиции отличной от лежащей в основе Комментария. ¶
3) The Sārattha-dīpanī — "The Essence-Meaning Illustrator" — (the Sub-commentary), a sub-commentary on the Commentary, written in Sri Lanka in the 12th century C. E. by a Ven. Sāriputta, the first Mahāsāmin, or head of the Sri Lankan Saṅgha, after that Saṅgha was reformed and unified under the patronage of King Parakrāmabāhu I. 3) Сараттха-дипани - "Иллюстратор сущностного значения" - (Подкомментарий), подкомментарий на комментарий, написанный на Шри Ланке в 12 веке Н.Э. дост. Сарипуттой, первым Махасамином, или главой Шри-Ланкийской Сангхи, после этого Сангха была преобразована и объединена под покровительством Короля Паракрамабаху I.
This work not only explains the Commentary but also deals with points in the Canon itself, sometimes indicating passages where the Commentary has deviated from the Canon. Эта работа не только объясняет Комментарий, но также имеет дело с местами в самом Каноне, иногда указывая места где Комментарий отклонился от Канона.
It also quotes as authoritative the judgments of three ancient texts — the Gaṇṭhipadas, which are no longer extant — and of Ven. Buddhadatta, a scholar of the 4th century C. E. who wrote two extant Vinaya guides. Он также цитирует в качестве авторитета суждения трех древних текстов - Гантхипады, которые более не сохранились - и Дост. Буддхадатту, ученого 4 века н.э. написавшего два сохранившихся руководства по Винае.
4) The Vimati-vinodanī — "The Remover of Perplexity" — (the V/Sub-commentary), another 12th-century sub-commentary, written in southern India by a Ven. Kassapa, who also wrote the Mohavicchedanī, a synopsis of the Abhidhamma Piṭaka and Buddhaghosa's commentaries on it. ¶ 4) Вимати-винодани - "Удалитель недоумения" - (В/Под-комментарий), другой под-комментарий 12 века, написанный в южной Индии Дост. Кассапой, написавшим также Мохавиччедани, конспект к Абхидхамма Питаке и к комменатриям Буддагосы на неё. ¶
5) The Kaṅkhā-vitaraṇī-purāṇa-ṭīkā and the Kaṅkhā-vitaraṇī-abhinava-ṭīkā — the old and new sub-commentaries to the K/Commentary — (Old K/Sub-commentary and New K/Sub-commentary). 5) Канкха-витарани-пурана-тика и Канкха-витарани-абхинава-тика - старые и новые под-комментарии к К/Комментарию - (Старый К/Под-комментарий и Новый К/Под-Комментарий).
The first, which appears to be missing some passages, was written by an unnamed author during the Anurādhapura period, which predates the time of the Ven. Sāriputta mentioned above. Первый, который видимо потерял некоторые отрывки, был написан безымянным автором, в течение периода Анурадхапуры, предшествующего времени Дост. Сарипутты, упомянутого выше.
The second — whose full name is the Vinayattha-mañjūsā Līnapakāsanī, "The Chest for the Meaning of the Discipline, the Clarifier of Subtle Meaning" — was written by Ven. Buddhanāga, a student of Ven. Sāriputta. Второй - чьё полное название Винаяттха-манджуса Линапакасани, "Шкатулка Значений Дисциплины, Прояснитель Тонкого Значения" - была написан Дост. Будданагой, учеником Дост. Сарипутты. mañjūsā - шкатулка (для драгоценностей). исправил
Все комментарии (2)
Both works comment not only on the K/Commentary but also on the Commentary and the Canon. ¶ Обе работы комментируют не только К/Комментарий, но также Комментарий и Канон. ¶
6) The Attha-yojanā — "The Interpretation of the Meaning" — (the A/Sub-commentary), a sub-commentary that, unlike the works of Vens. Sāriputta, Kassapa, and Buddhanāga, does little more than analyze the language of the Commentary. 6) Атта-йоджана - "Интерпретация значения" - (А/Под-комментарий), под-комментарий, который в отличие от работ достопочтенных Сарипутты, Кассапы и Будданаги - делает немного больше, чем анализ языка Комментария.
This was written in the 15th century C. E. by a Chieng Mai grammarian named Ven. Ñāṇakitti Он был написан в 15м веке Н.Э. Чиангмайским грамматистом по имени Дост. Нянакитти.
From here on "the ancient commentaries" will denote the original commentaries that Buddhaghosa had to work with, and "the commentaries" all seven works listed above. ¶ С этого момента "древние комментарии" будут обозначать оригинальные комментарии, с которыми работал Буддхагоса, и "комментарии" всех семи работ перечисленных выше. ¶
In addition to the Canon and the commentaries, I have referred to the texts listed in the Bibliography. В дополнение к Канону и комментариям, Я сослался на тексты перечисленные в Библиографии.
Three of these deserve special mention here. ¶ Три из них заслуживают специального упоминания здесь. ¶
1) The Pubbasikkhā-vaṇṇanā, a large compendium of rules from the Canon and the Commentary, compiled in 1860 by Phra Amarabhirakkhit (Amaro Koed), a pupil of King Rāma IV. 1) Пуббасиккха-ваннана, большой справочник правил из Канона и Комментарий, составленный в 1860 Пхра Амарабхираккхит (Амаро Коэд), учеником Короля Рамы IV.
This was the first comprehensive Vinaya guide compiled for use in the Dhammayut sect, which was founded by Rāma IV while he was still a monk. Это было первое обширное руководство по Винае, составленное для использования сектой Дхаммают, основанной Рамой IV когда, он был ещё монахом.
Although this book was officially supplanted by the Vinaya-mukha (see below), many Communities in Thailand, especially among the Kammaṭṭhāna forest tradition, still prefer it as more authoritative. Хотя эта книга официально была вытеснена Виная-Мукхой (смотрите ниже), много общин в Таиланде, в особенности среди лесной традиции Камматтхана, всё ещё предпочитают её, как более авторитетную.
The book contains a minimum of explanatory material, but it does occasionally provide interpretations of the Canon that cannot be traced directly to the Commentary. Книга содержит минимальное количество пояснительного материала, но иногда даёт объяснения Канона, которые не могут быть прослежены напрямую до комментария.
Many of these interpretations were carried over into the Vinaya-mukha, so a bhikkhu practicing in Thailand would be well advised to know them. Многие из этих объяснений были перенесены в Виная-мукху, так как бхиккху практикующим в Таиланде было бы благоразумно знать их.
Thus I have made reference to them wherever relevant. ¶ Таким образом я сделал ссылки к ним, где уместно. ¶
2) The Vinaya-mukha, a guide to the Vinaya written in Thai in the early 20th century by Prince Vajirañāṇavarorasa, a son of King Rāma IV who ordained as a bhikkhu and eventually held the position of Supreme Patriarch of the Thai Saṅgha for many years. 2) Виная-мукха, руководство к Винае написанное на тайском на начале 20го столетия Принцом Ваджираньянаварорасой, сыном Короля Рамы IV постриженным в бхиккху и в итоге занимавшим много лет положение Верховного Патриарха Тайской Сангхи.
This work he wrote as part of his attempt both to create a centralized, bhikkhu-administered ecclesiastical organization for the Thai Saṅgha and to unite its two major sects. Эту работу он написал, как часть своей попытки, как для создать централизованную, управляемую бхиккху духовную организацию для Тайской Сангхи, так и для объединяния двух главных сект.
The attempt at unification failed, but the attempt at centralization succeeded, and the book is still used as the official textbook on Vinaya for the examinations run by the Thai Council of Elders. Попытка объединения провалилась, но попытка централизации удалась, и книга всё ещё используется в качестве официального учебника по Винае для экзаменов проводимых Тайским Советом Старейшин.
Prince Vajirañāṇa in his interpretations often disagrees openly not only with the commentaries, but also with the Vibhaṅga itself. Принц Ваджираньяна в своих интерпретациях часто открыто не соглашался не только с комментариями, но также с самой Вибхангой.
Some of his disagreements with the commentaries are well taken, some not. ¶ Некоторые из его несогласий с комментариями хорошо обоснованы, некоторые нет. ¶
I include the book here both for the valuable suggestions it makes for dealing with unclear points in the older texts and because it is taken as authoritative through much of Thailand. Я включаю эту книгу здесь как для ценных предложений имеющих дело с неясными местами в старших текстах и потому что является авторитетной в большей части Таиланда.
It has been translated into English, as The Entrance to the Vinaya, but the translation is so flawed that I have chosen to translate anew all the passages I quote from it. ¶ Она была переведена на английский, в качестве вступления к Винае, но перевод настолько испорчен, что я решил перевести заново все отрывки, которые я цитировал. ¶
3) The Book of Discipline, a translation of almost the entire Vinaya Piṭaka into English by Miss I. B. Horner. 3) Книга дисциплины перевод почти всей Виная Питаки на английский мисс И.Б. Хорнер.
Although I have learned much from Miss Horner's work, there are points where my translations and conclusions differ from hers. Хотя я узнал много из работы Мисс Хорнер, имеются места, где переводы и заключения отличаются от её.
Because many readers will want to check the information in this book against hers, I have marked these points with a "(§)." Так как многие читатели захотят проверить информацию в этой книги против её, Я пометил эти места “(§).”
Anyone curious as to which interpretation is correct should check the passages in question against the primary sources listed in the Bibliography at the back of this book. ¶ Любой интересующийся, чья интерпретация правильна, должен проверить отрывки в вопросе против главных источников указанных в Библиографии в конце этой книги. ¶
Disagreements among the texts. Разногласия среди текстов.
There are two levels of difficulty in trying to collate all these various texts. Имеется два уровня сложности в попытке сопоставления всех этих различных текстов.
The first is that the Canon and Commentary, in Pali, exist in four major printed editions: Thai, Burmese, Sri Lankan, and European (printed by the Pali Text Society (PTS)). Первая в том, что канон и комментарий на языке Пали, существует в четырёх различных печатных изданиях: Тайском, Бирманском, Шри Ланкийском, и Европейском (напечатанном Обществом Палийских Текстов (PTS)).
Although these editions are largely in agreement, they occasionally differ in ways that can have an important practical impact. Хотя все эти издания в большей степени в согласии, они иногда различаются в местах важное практическое влияние.
Thus, where the editions differ, I have had to choose the reading that seems most reasonable and consistent with the rest of the Canon. Таким образом, там, где издания различаются, я выбрал прочтение которое кажется наиболее разумным и совместимым с остальной частью Канона.
In some cases, this has meant adopting a reading followed in only one edition against a reading followed in all the others (see, for example, the discussions under Sg 3 & 4). В некоторых случаях, это означает адаптацию прочтения следующего только в одном издании против прочтения следующего во всех других (см. например обсуждение под Сг3 и 4).
Where different readings seem equally reasonable, I have given the alternative readings as well. ¶ Там где разные прочтения кажутся одинаково разумными, я даю также альтернативное прочтение. ¶
In using the principle of internal consistency here, I am following the Great Standards that — as the Mahāparinibbāna Sutta (DN 16) reports — the Buddha formulated at Bhoganagara shortly before his passing away: ¶ Здесь я использую принцип внутренней согласованности, я следую Великим Стандартам сформулированным - как передаётся в Махапариниббана Сутте (ДН 16) - Буддой в Бхоганагаре перед его уходом: ¶
"There is the case where a bhikkhu says this: 'In the Blessed One's presence have I heard this, in the Blessed One's presence have I received this: This is the Dhamma, this is the Vinaya, this is the Teacher's instruction.' "Имеется случай, когда бхиккху говорит следующее: "Лицом к лицу с Благословенным, я слышал следующее, лицом к лицу я получил это: Это Дхамма, Это Виная, это инструкция Учителя."
His statement is neither to be approved nor scorned. Его утверждение не должно ни подтверждаться, ни презираться.
Without approval or scorn, take careful note of his words and make them stand against the Suttas and tally them against the Vinaya. Без подтверждения, или презрения, тщательно учтите его слова и противопоставьте их Суттам и соотнесите их с Винаей.
If, on making them stand against the Suttas and tallying them against the Vinaya, you find that they don't stand with the Suttas or tally with the Vinaya, you may conclude: 'This is not the word of the Blessed One; this bhikkhu has misunderstood it' — and you should reject it. Если противопоставив их Суттам и соотнеся с Винаей, вы обнаружите, что они не сходятся с Суттами или не соотносятся с Винаей, вы можете заключить:"Это не слова Благословенного;этот бхиккху неправильно понял их" - и вы должны отклонить это.
But if... they stand with the Suttas and tally with the Vinaya, you may conclude: 'This is the word of the Blessed One; this bhikkhu has understood it rightly.'" ¶ Но если... они сходятся с Суттами и соотносятся с Винаей, вы можете заключить: "Это слово Благословенного; этот бхиккху понял это правильно." ¶
[The same criteria are to be used when the bhikkhu cites as his authority a Community with well-known leading elders; a monastery with many learned elders who know the tradition, who have memorized the Dhamma, the Vinaya, and the Mātikā (the precursor to the Abhidhamma as we know it); or a single elder who knows the tradition.] ¶ [Тот же критерий используется, когда бхиккху цитирует в качестве авторитета Общину с хорошо известными, выдающимися старейшинами; монастырь с многими обученными старейшинами, знающими традицию, запомнившими Дхамму, Винаю, и Матику (Предтечу Абхидхаммы, как мы его знаем); или одного старейшину знающего традицию.] ¶
In other words, the determining factor in deciding a correct understanding is not personal authority but consistency. Другими словами, определяющий фактор в решении правильного понимания, это не личный авторитет, но последовательность.
Only if a statement stands up under comparison with what is known of the Canon should it be accepted as true Dhamma or Vinaya. Только если заявление подходит под сравнение с тем, что известно как канон, в этом случае оно должно быть принято как истинная Дхамма и Виная.
This standard was enunciated when the texts were still orally transmitted, but applied to our situation at present it means that we cannot take the assumed reliability of a particular printed edition as definitive. Этот стандарт был провозгшлашён когда тексты всё ещё передавались устно, но принимались к нашей ситуации в настоящем, это означает, что мы не можем принять предполагаемую надёжность конкретного распечатанного издания, как окончательную.
If a certain reading seems more consistent than its alternatives with what is known of the rest of the Canon, then — regardless of the edition in which it is found — it should be preferred. Если определённые толкования кажутся более последовательными, чем их альтернативы с тем, что известно как остальная часть канона, тогда - несмотря на издание, в котором оно найдено - оно должно быть предпочтительнее.
If two variant readings seem equally consistent with the known Canon, they may both be treated with respect. ¶ Если два варианта толкования кажутся одинаково последовательными с известным Каноном, они оба могут рассматриваться с уважением. ¶
The second level of difficulty in dealing with differences among the texts is that there are points on which the Vibhaṅga is at variance with the wording of the Pāṭimokkha rules, and the commentaries are at variance with the Canon. Второй уровень сложности в решении разногласий среди текстов в том, что имеются места, в отношении которых Вибханга находится в противоречии с формулировкой правил Патимоккхи, и комментариев расходящихся с каноном.
This forces us to decide which strata of the texts to take as definitive. Это заставляет нас решить, какие слои текста взять в качестве окончательных.
As far as discrepancies between the Vibhaṅga and the rules are concerned, the following passage in the Cullavagga (X.4) suggests that the Buddha himself gave preference to the way the bhikkhus worked out the rules in the Vibhaṅga: ¶ Что касается расхождений между Вибхангой и связанными правилами, следующий пассаж в Чулавагге (X.4), говорит о том, что сам Будда дал предпочтение пути бхиккху разработанному правилами Вибханги: ¶
"As she was standing to one side, Mahāpajāpatī Gotamī said to the Blessed One: 'Venerable sir, those rules of training for the bhikkhunīs that are in common with those for the bhikkhus, venerable sir: What line of conduct should we follow in regard to them? '" “Стоя на по одну сторону, Махападжапати Готами, сказала Благословенному: “Достопочтенный, эти правила обучения для биккуни общие с теми, что для бикку: Какой линии поведения должны мы следовать в отношении них?”
'Those rules of training for the bhikkhunīs, Gotamī, that are in common with those for the bhikkhus: As the bhikkhus train themselves, so should you train yourselves'.... (emphasis added)." “Те правила обучения для биккуни, Готами, что являются общими с теми, что для бикку: Также как бикку обучают себя, так и вы должны обучать себя”… (акцент добавлен).
'And those rules of training for bhikkhunīs that are not in common with those for bhikkhus: What line of conduct should we follow in regard to them? ' “И те правила обучения для биккуни, Готами, что не являются общими с теми, что для бикку, Достопочтенный: Какой линии поведения должны мы следовать в отношении них?”
"'Those rules of training for the bhikkhunīs, Gotamī, that are not in common with those for the bhikkhus: Train yourselves in them as they are formulated.'" ¶ “Те правила обучения для биккуни, Готами, что не являются общими с теми, что для бикку: обучайте себя в них, так как они сформулированы” ¶
This passage implies that already in the time of the Buddha the bhikkhus had begun working out a way to interpret the rules that in some cases was not exactly in line with the way the Buddha had originally formulated them. Из этого отрывка следует, что уже во времена Будды, бикку начали разрабатывать способ интерпретации, который в некоторых случаях, не совсем соответствовал тому, как Будда изначально сформулировал их.
Some people have read this passage as suggesting that the Buddha, though resigned to this development, was displeased with it. Некоторые люди читая этот отрывок, предполагали, что Будда хотя и смирился с этой разработкой, всё же был недоволен ей.
This, however, would contradict the many passages in the Canon where the Buddha speaks in high praise of Ven. Upāli, the foremost of his bhikkhu disciples in terms of his knowledge of Vinaya, who was responsible for teaching the rules to the other bhikkhus and who was largely responsible for the shape of the Vinaya as we now have it. Это, однако, противоречило бы многим отрывкам в каноне, в которых Будда высоко оценивал Дост. Упали, главного из его учеников бикку в знании Винаи, ответственного за обучение правилам других бикку, а также ответственного в значительной степени за облик Винаи, в том виде, в которой мы её сегодня имеем.
It seems more likely that the Buddha in this passage is simply saying that, to avoid unnecessary controversy, the way the bhikkhus had worked out the implications of the rules was to be accepted as is. ¶ Более вероятным кажется что Будда в этом отрывке просто говорит это для того, что бы избежать ненужных споров, а способ которым бхиккху разработали подтекст этих правил был принят как есть. ¶
Because this development eventually led to the Vibhaṅga, we can be fairly confident that in adhering to the Vibhaṅga we are acting as the Buddha would have us do. Поскольку это развитие в конечном итоге привело к Вибханге, мы можем быть достаточно уверены в том, что, соблюдая Вибхангу, мы действуем так, как Будда заставил бы нас.
And when we check the few places where the Vibhaṅga deviates from the wording of the rules, we find that almost invariably it has tried to reconcile contradictions among the rules themselves, and between the rules and the Khandhakas, so as to make the Vinaya a more coherent whole. И когда мы проверяем несколько мест, в которых Вибханга отклоняется от формулировки правил, мы обнаруживаем, что почти всегда она пыталась примирить противоречия между самими правилами и между правилами и кхандаками, для того, чтобы сделать Винаю более Когерентным целым.
This is particularly true with rules that touch on Community transactions. Это особенно верно в отношении правил, касающихся урегулирований Сообщества.
Apparently, many of these rules were formulated before the general patterns for transactions were finalized in the Khandhakas. По-видимому, многие из этих правил были сформулированы до того, как в Кхандаках были завершены общие шаблоны урегулирований.
Thus, after the patterns were established, the compilers of the Vibhaṅga were sometimes forced to deviate from the wording of the original rules to bring them into line with the patterns. ¶ Таким образом, после того, как были установлены шаблоны, составители Вибханги иногда вынуждены были отклоняться от формулировки исходных правил, для того, чтобы привести их в соответствие с шаблонами. ¶
As for contradictions between the Commentary and the Vibhaṅga, this is a more controversial area, with two extremes of thought. Что касается противоречий между комментарием и Вибхангой, это более спорная область, с двумя крайностями мнений.
One is to reject the Commentary entirely, as it is not the Buddha's word, for modern historical scholarship has shown decisively that it contains material dating many hundreds of years after the Buddha's passing away. Одно из них - полностью отказаться от комментариев, поскольку это не слово Будды, современная историческая наука показала, что он содержит материал, датируемый многими сотнями лет после ухода Будды.
The other extreme is to accept the Commentary as superseding the Vibhaṅga entirely, in line with the traditional belief that grew up around it: that it was composed at the First Council to express the true intent of those who composed the Vibhaṅga and yet somehow were unable to put what they really meant to say into the Canon itself. Другая крайность заключается в том, чтобы принять Комментарий как полностью заменяющий Вибхангу в соответствии с традиционным верованием, которое росло вокруг него: что он был составлен на Первом соборе, чтобы выразить истинное намерение составителей Вибханги, и все же каким-то образом не смог вложить то, что они действительно хотели сказать в самом каноне.
Although exponents of each extreme can cite traditional sources in their defense, neither extreme complies with the two sets of Great Standards — the one mentioned above, the other below — that the Buddha formulated for judging what is and is not allowable under the Vinaya, and what does and does not count as Dhamma-Vinaya in the first place. ¶ Хотя экспоненты каждой крайности могут ссылаться на традиционные источники в своей защите, ни одни из них не соответствует двум установкам Великих стандартов - один был упомянут выше, а другой ниже, о том, что Будда сформулировал для суждения о том, что разрешено и неразрешено Винаей, и что прежде всего считается и не считается Дхаммой-Винаей . ¶
In support of the first extreme, it is possible to cite the origin story to NP 15, which quotes the Buddha as saying, "What has not been formulated (as a rule) should not be formulated, and what has been formulated should not be rescinded, but one should dwell in conformity and in accordance with the rules that have been formulated." ¶ В поддержку первой крайности можно привести оригинальную историю к NP 15, цитирующую Будду, говорящего: "То, что не было сформулировано (как правило), не следует формулировать, и то, что было сформулировано, не должно быть отменено, но следует жить в соответствии и в согласно сформулированным правилам ". ¶
From this statement, it is possible to argue that the Commentary has no legislative authority at all. Из этого заявления можно утверждать, что Комментарий не имеет вообще никакой законодательной власти .
One of its most controversial aspects — and this applies to the Sub-commentary as well — is a tendency not only to explain passages in the Canon but also to extrapolate from them, assigning prohibitions and allowances in areas that the Canon did not cover. Один из его наиболее противоречивых аспектов - и это относится также и к комментарию, - это тенденция не только объяснять отрывки в каноне, но и экстраполировать их, назначая запреты и разрешения в тех областях, которые канон не освещал.
This would appear to be in violation of the above statement. Это, по-видимому, нарушает вышеуказанное утверждение.
However, we must remember that the rules formulated by the Buddha include not only prohibitions but also allowances. Однако мы должны помнить, что правила, сформулированные Буддой, включают не только запреты, но и разрешения.
As the Dhamma-Vinaya has spread to many nations, encountering new cultures, and has endured over time, encountering new technologies, the question has often arisen: Is everything not allowed prohibited? Поскольку Дхамма-Виная распространилась среди многих народов, сталкивалась с новыми культурами и со временем пережила новые технологии, часто возникал вопрос: всё ли, что не разрешено является запрещенным?
Is everything not prohibited allowed? Всё ли, что не запрещено разрешено?
Either position carried to its extreme would create huge problems in the practice. Любая позиция, доведенная до предела, создаст огромные проблемы в практике.
To say that everything not allowed is prohibited would prevent bhikkhus from utilizing many harmless conveniences; to say that everything not prohibited is allowed would give countless defilements free rein. ¶ Сказав, что все, что не разрешено, является запрещенным, не позволит бхиккху использовать множество безвредных удобств; Сказать, что все, что не запрещено, является разрешённым даст полную свободу бесчисленным загрязнениям. ¶
The Buddha, however, had enough foresight to see that, over the course of many centuries, new situations would arise that had not existed in his lifetime, and there would be a need to extend the principles of the Vinaya to cover those situations as well. Однако у Будды было достаточно предвидения, чтобы увидеть, что в течение многих столетий возникнут новые ситуации, которых не было в его жизни, и возникнет необходимость в расширении принципов Винаи, для того чтобы охватить эти ситуации.
Thus, Mv. VI. 40.1 reports that he established the following four guidelines for judgment — called the Great Standards (not to be confused with the Great Standards given in DN 16 and mentioned above) — for judging cases not mentioned in the rules: Таким образом, МВ VI. 40.1 сообщает, что он установил следующие четыре руководства для приговора - известных как "Великие стандарты" (не путать с "Великими стандартами", указанными в ДН 16, а также упомянутыми и выше) - для оценки случаев, не упомянутых в правилах:
"Bhikkhus, whatever I have not objected to, saying, 'This is not allowable,' if it conforms with what is not allowable, if it goes against (literally, "preempts") what is allowable, that is not allowable for you. ¶ "Бхиккху, что бы я ни опротестовал, говоря:" Это недопустимо ", если оно соответствует тому, что недопустимо, если оно противоречит (в буквальном смысле, "вытесняет") то, что допустимо, что недопустимо для вас. ¶ себе для памяти: Tena kho pana samayena bhikkhūnaṃ kismiñci kismiñci ṭhāne kukkuccaṃ uppajjati— “kiṃ nu kho bhagavatā anuññātaṃ, kiṃ ananuññātan”ti? ...
Все комментарии (1)
"Whatever I have not objected to, saying, 'This is not allowable,' if it conforms with what is allowable, if it goes against what is not allowable, that is allowable for you. ¶ "Что бы я не возразил, говоря:" Это не допустимо, , если оно соответствует тому, что допустимо, если оно противоречит тому, что недопустимо, то это допустимо для вас. ¶
"And whatever I have not permitted, saying, 'This is allowable,' if it conforms with what is not allowable, if it goes against what is allowable, that is not allowable for you. ¶ "И что бы я не разрешил, говоря: "Это допустимо", если оно соответствует тому, что недопустимо, если оно противоречит тому, что допустимо, это недопустимо для вас. ¶
"And whatever I have not permitted, saying, 'This is allowable,' if it conforms with what is allowable, if it goes against what is not allowable, that is allowable for you." — Mv. VI. 40.1 "И что бы я не разрешил, говоря: "Это допустимо", если оно соответствует допустимому, если оно противоречит тому, что недопустимо, это допустимо для вас ". — МВ. VI. 40.1
Thus it is easy to see that the Commentary and Sub-commentary, in extrapolating from the rules in the Canon to assign new prohibitions and allowances, are simply exercising their right to apply these Great Standards. Таким образом, легко увидеть, что комментарий и под- комментарий, экстраполируя правила канона на назначение новых запретов и разрешений, просто осуществляют свое право применять эти Великие Стандарты.
The question in weighing these commentaries, then, is not whether they have the right to extrapolate from the Canon to formulate prohibitions and allowances, but whether they have applied these Standards in a wise and appropriate way. Вопрос о весе этих комментариев, не о том, имеют ли они право экстраполировать из Канона для формулирования запретов и разрешений, но о том, применили ли они эти Стандарты разумным и соответствующим образом.
We ourselves will have recourse to these Standards in the course of this book, both to evaluate the judgments of the commentaries and to determine how the principles of Vinaya apply to new situations today. ¶ Мы сами прибегаем к этим Стандартам в ходе этой книги, , как для оценки суждений комментариев, так и для определения того, как принципы Винаи применяются к новым ситуациям сегодня. ¶
The second extreme, however, argues that we have no right to pass judgment on the authority of the Commentary at all. Вторая крайность, , однако, утверждает, что мы не имеем права вообще судить о авторитете Комментария.
This position, however, runs counter to the principle of consistency espoused in the Great Standards mentioned in DN 16 (and discussed above) for judging what is and isn't the word of the Buddha. Эта позиция, однако, противоречит принципу согласованности, закрепленному в Великих Стандартах, упомянутых в ДН 16 (и обсужденному выше) для суждения о том, что является и ,что не является словом Будды.
Just as variant readings in the Canon should be judged for consistency with what is already known of the Canon, explanations of the Canon given by later teachers have to be judged for their consistency with the known Canon as well. ¶ Точно так же, как различные прочтения в Каноне должны оцениваться в соответствии с тем, что уже известно из Канона, объяснения Канона, данные поздними учителями, должны оцениваться по их соответствию с известным в Каноне. ¶
This point is borne out by three important passages in the texts. Этот момент подтверждается тремя важными отрывками в текстах.
One is the narrative of the Second Council, during which the bhikkhus of Vesālī defended ten practices on the grounds that they had learned them from their teachers. Во-первых, это повествование Второго собора, в течение которого бхиккху Весали защищали десять обычаев на том основании, что они узнали их от своих учителей.
The elders who judged the case, though, insisted on evaluating the practices in terms of whether they adhered to the Canon. Старейшины, которые судили дело, хотя, настаивали на оценке практики, с точки зрения того, придерживались ли они канона.
The primary point of controversy — the question of whose authority was greater, the Canon's or the teachers' — was point six: ¶ Основной пункт спора — Вопрос о том, чей авторитет был выше, Канона или учителей' - было пунктом шесть: ¶
"'The practice of what is habitual, sir — is it allowable? ' "Практика привычного, достопочтенный - допустима ли она? '
"'What is the practice of what is habitual, my friend? ' " Что за практика, которая является привычной, мой друг? '
"'To practice (thinking), this is the way my preceptor habitually practiced; this is the way my teacher habitually practiced — is this allowable? ' " Практиковать (думать), таким образом как мой инструктор привык практиковать; таким образом как мой учитель привык практиковать - это допустимо? '
"'The practice of what is habitual is sometimes allowable, sometimes not.'" — Cv. XII. 2.8 "Практика привычного иногда допускается, иногда нет" - Чв. XII. 2,8
What this means, as the elders showed in their conduct of the meeting, is that one's teacher's and preceptor's practices are to be followed only when in accordance with the Canon. ¶ Что это означает, как показали старейшины в ходе их встречи, это то, что практика учителя и инструктора должна соблюдаться только тогда, когда она в соответствии с каноном. ¶
The second passage is the discussion of the Great Standards in the Commentary to DN 16, which concludes that the commentaries are to be accepted only where they are in agreement with the Canon. Второй отрывок - обсуждение "Великих стандартов" в комментарий к ДН 16, который заключает, что комментарии должны приниматься только тогда, когда они согласуются с Каноном.
Apparently the teachers who compiled the ancient commentaries took a more modest view of their authority than did the elders of the Mahāvihāra at the time of Buddhaghosa, and did not pretend to supersede the Canon as the final word on what is and is not true Dhamma and Vinaya. ¶ По-видимому, учителя, которые составляли древние комментарии, приняли более скромный взгляд на свою власть, чем старейшины Махавихары во времена Буддхагосы, и не претендовали на то, чтобы заменить Канон последним словом о том, что есть и, что не является истинной Дхаммой и Винаей. ¶
The third passage, a discussion in the Commentary to Pr 1, further elaborates this point by listing four levels of Vinaya, in descending order of authority: the level found in the Canon, the level based on the four Great Standards given in Mv. VI. 40.1, the level found in the Commentary, and the level based on one's personal opinion. Третий отрывок, обсуждение в комментарии к Пр 1, далее уточняет этот момент, перечисляя четыре уровня Винаи, в порядке убывания авторитетности: уровень, найденный в Каноне, уровень, основанный на четырех Великих Стандартах, приведенных в Mв. VI. 40,1, уровень, найденный в комментарии, и уровень, основанный на личном мнении.
Any disagreement among these sources, this passage notes, should be settled by siding with the opinion of the higher authority. Этот отрывок отмечает, что любое несогласие между этими источниками, должно быть урегулировано стороной с мнением более высокого авторитета.
Thus the Commentary to the Vinaya puts itself only on the third level of authority, adding that not all of the Commentary qualifies even for that level. Таким образом, Комментарий к Винае ставит себя только на третий уровень авторитетности, добавив, что не все комментарии соответствуют даже этому уровню.
The opinions of Vinaya experts after the first generation of commentators, even though included in the Commentary, count only as personal opinion. Мнения экспертов Винаи после первого поколения комментаторов, хотя и включены в Комментарий, считаются только личным мнением.
At present there is no way of knowing for sure which opinions are first-generation and which are not, although the opinions of Sri Lankan Vinaya experts named in the Commentary would obviously fall in the latter category. ¶ В настоящее время нет никакого способа точно узнать, какие мнения являются первым поколением, а какие нет, хотя мнения экспертов по Винае из Шри-Ланки, упомянутые в комментарии, очевидно, попадут в позднюю категорию. ¶
Some may object that to pass judgment on the Commentary is to lack respect for the tradition, but actually it is because of respect for the compilers of the Vibhaṅga that I make the following assumptions in checking the Commentary against the Vibhaṅga: ¶ Некоторые могут возразить, что вынесение суждения по Комментарию заключается в отсутствии уважения к традиции, но на самом деле из-за уважения к составителям Вибханги, я делаю следующие предположения при проверке комментария к Вибханге: ¶
1) The compilers of the Vibhaṅga were intelligent enough to be consistent within the discussion of each rule. 1) Составители Вибханги были достаточно умны,для того, чтобы быть последовательными в обсуждении каждого правила.
Any explanation based on the premise that they were not consistent should give way to an explanation showing that they were. ¶ Любое объяснение, основанное на предпосылке, что они несовместимы, должно уступить место объяснению, показывающему, что они были. ¶
2) The compilers were well enough acquainted with the contingencies surrounding each rule that they knew which factors were and were not crucial in determining what is and is not an offense. 2) Составители были достаточно хорошо знакомы с непредвиденными обстоятельствами, связанными с каждым правилом, так как они знали, какие факторы имели или не имели решающего значения для определения того, что является и, что не является нарушением.
Any explanation that adds or subtracts factors from those mentioned in the Vibhaṅga should give way to one that follows the Vibhaṅga's analysis. ¶ Любое объяснение, которое добавляет или вычитает факторы из тех, что упомянуты в Вибханге, должно уступить место тому, что следует за анализом Вибханги. ¶
3) The compilers, in reporting the precedents in the Vinita-vatthu — the cases the Buddha judged against an existing rule — were careful enough to include all the important factors bearing on the judgment. 3) Составители, сообщая о прецедентах в Винита-ваттху — случаях, в которых Будда осуждал против существующего правила — были достаточно осторожны, чтобы включить все важные факторы, влияющие на суждение.
Any explanation that requires rewriting the precedents, adding extra details extraneous to the Vibhaṅga to account for the judgment, should give way to an explanation that can make sense out of the precedents as they are reported and in terms of the analyses presented elsewhere in the Vibhaṅga. ¶ Любое объяснение, требующее перезаписи прецедента, добавляя дополнительные сведения чуждые Вибханге, для оценки суждения,должно уступить место объяснению, могущему иметь смысл из прецедентов, так как они сообщаются, так и с точки зрения анализа, представленного повсюду в Вибханге. ¶
It's not that I take any joy in arguing with the Commentary. Дело не в том, что я с удовольствием спорю с комментарием.
In fact, wherever possible, I have been happy to give it the benefit of the doubt, and on many points I am very much in its debt. Фактически, где это возможно, я был счастлив дать ему преимущество от сомнений, И по многим пунктам я перед ним в большом долгу.
Still, now that Buddhism is coming to the West, I feel it is time to stop and take stock of the tradition and to check the later traditions against the earliest sources. Тем не менее, теперь, когда буддизм приходит на Запад, я чувствую, что пришло время остановиться и подвести итоги традиции и проверить более поздние традиции против самых ранних источников.
This is especially important in a way of thought and life that, from the very beginning, has appealed to reason and investigation rather than to blindly accepted authority. Это особенно важно для мышления и жизни, с самого начала, обратиться к разуму и исследованию, а не к слепо принятому авторитету.
In doing this, I am simply following a pattern that has repeated itself through the history of the Theravādin tradition: that of returning to the original principles whenever the religion reaches an historic turning point. ¶ При этом, я просто следую модели, которая сама повторялась в истории традиции Тхеравады: в возвращении к первоначальным принципам всякий раз, когда религия достигает исторического поворотного момента. ¶
There is, of course, a danger in being too independent in interpreting the tradition, in that strongly held opinions can lead to disharmony in the Community. Есть, конечно, опасность быть слишком независимым в толковании традиции, в том, что решительные мнения могут привести к дисгармонии в Сообществе.
Thus in evaluating the Commentary against the Canon, I do not want to imply that my conclusions are the only ones possible. Таким образом, при оценке комментария к Канону, я не хочу подразумевать, что мои выводы являются единственными возможными.
Important points may have slipped my attention or escaped my grasp. Важные моменты, возможно, ускользнули от моего внимания или избежали моего понимания.
For this reason, even in instances where I think that the Commentary does not do justice to the Vibhaṅga, I have tried to give a faithful account of the important points from the Commentary so that those who wish to take it as their authority may still use this book as a guide. По этой причине, даже в тех случаях, в которых я считаю, что Комментарий не осуждает Вибхангу, я попытался точно рассказать о важных моментах из Комментария, так чтобы те, кто желает принять его в качестве своего авторитета, всё ещё могли использовать книгу в качестве руководства.
If there are any points on which I am mistaken, I would be pleased if knowledgeable people would correct me. ¶ Если есть какие-то моменты, в которых я ошибаюсь, я был бы рад, если бы знающие люди меня поправили. ¶
At the same time, I hope that this book will show that there are many areas on which the Vibhaṅga is unclear and lends itself to a variety of equally valid interpretations. В то же время, Я надеюсь, что эта книга покажет, что существует много мест, в которых Вибханга неясна и поддается различным равнозначным интерпретациям.
For proof of this, we need only look at the various traditions that have developed in the different Theravādin countries, and even within each country. Для доказательства этого нам нужно только взглянуть на различные традиции, сложившиеся в разных странах Тхеравады и даже внутри каждой страны.
For some reason, people who may be very tolerant of different interpretations of the Dhamma can be very intolerant of different interpretations of the Vinaya, getting into heated arguments over minor issues having very little to do with the training of the mind. ¶ По некоторым причинам люди, которые могут быть очень терпимы к различным интерпретациям Дхаммы, могут быть очень нетерпимы к различным интерпретациям Винаи, вступая в горячие споры по незначительным вопросам, имеющим очень мало общего с тренировкой ума. ¶
I have tried to make the point throughout this book that any interpretation based on a sound reading of the Canon should be respected: that each bhikkhu should follow the interpretations of the Community in which he is living, as long as they do not conflict with the Canon, so as to avoid conflict over minor matters in daily life; and that he should also show respect for the differing interpretations of other Communities where they too do not conflict with the Canon, so as to avoid the pitfalls of pride and narrow-mindedness. ¶ В этой книге я старался подчеркнуть, что следует уважать любую интерпретацию, основанную на правильном прочтении Канона: что каждый бхиккху должен следовать интерпретациям сообщества, в котором он живет, до тех пор, пока они не противоречат канону,для того чтобы избежать конфликта по мелочам в повседневной жизни; и он также должен проявлять уважение к различным интерпретациям других сообществ, в которых они также не вступают в противоречие канону, для избегания ловушек гордости и ограниченности мышления. ¶
This is especially true now that monasteries of different nationalities are taking root in close proximity to one another in the West. Это особенно верно для настоящего времени, когда монастыри разных национальностей укореняются на западе в непосредственной близости друг от друга.
In the past, Thais, Burmese, and Sri Lankans could look down on one another's traditions without causing friction, as they lived in separate countries and spoke different languages. В прошлом тайцы, бирманцы и шриланкийцы могли смотреть свысока на традиции друг друга, не вызывая трений, поскольку они жили в разных странах и говорили на разных языках.
Now, however, we have become neighbors and have begun to speak common languages, so we must be especially careful not to waste what little time we have in the celibate life on minor disagreements. ¶ Однако теперь мы стали соседями и стали говорить на общих языках, поэтому мы должны быть особенно осторожны, чтобы не тратить то малое время, которое мы имеем в безбрачной жизни, на мелкие разногласия. ¶
My aim throughout this book has been practical. Моя цель на протяжении всей этой книги была практичной.
I have avoided dealing with academic issues concerning the authenticity and reliability of the tradition, and instead have tried simply to report and explain what the tradition has to say. Я избегал академических вопросов, касающихся подлинности и надежности традиции, и вместо этого попытался просто сообщить и объяснить то, что имеет традиция.
Of course, I have had to be selective. Конечно, я должен был быть избирательным.
Whatever the unconscious factors that have influenced my choice of material, the conscious considerations shaping this book are briefly as follows: ¶ Какие бы бессознательные факторы не повлияли на мой выбор материала, сознательные соображения, формирующие эту книгу, вкратце сводятся к следующему: ¶
We are dealing primarily with rules, but rules are not the only way to express disciplinary norms, and the texts we are surveying express their norms in a variety of forms: as rules, principles, models, and virtues. В первую очередь мы имеем дело с правилами, но правила - это не единственный способ выражения дисциплинарных норм, а исследуемые нами тексты выражают свои нормы в различных формах: в виде правил, принципов, моделей и достоинств.
The different forms are best suited for different purposes. Различные формы лучше всего подходят для разных целей.
Principles, models, and virtues are meant as personal, subjective standards and tend to be loosely defined. Принципы, модели и достоинства подразумеваются в качестве личных, субъективных стандартов и имеют тенденцию быть слабо определенными.
Their interpretation and application are left to the judgment of the individual. Их интерпретация и применение оставлены на усмотрение индивида.
Rules are meant to serve as more objective standards. Правила призваны служить более объективными стандартами.
To work, they must be precisely defined in a way acceptable to the Community at large. Для работы они должны быть точно определены таким образом, чтобы это было приемлемо для сообщества в целом.
The compilers of the Canon, recognizing this need, provided definitions for most of the terms in the rules, and the authors of the commentaries continued this task, carrying it out with even greater thoroughness. Составители канона, признавая эту необходимость, предоставили определения для большинства терминов в правилах, и авторы комментариев продолжили эту задачу, выполняя ее с еще большей тщательностью.
Thus much of this book, in reporting these texts, is concerned with the definition of terms. ¶ Таким образом, большая часть этой книги, освещая эти тексты, связана с определением терминов. ¶
This need for precision, though, accounts for the weakness of rules in general as universal guides to behavior. Эта потребность в точности, тем не менее, объясняет слабость правил в целом в качестве универсального руководства к поведению.
First, there is the question of where to draw the line between what is and is not an infraction of the rule. Во-первых, возникает вопрос о том, где провести черту между тем, что является и не является нарушением правила.
A clear break-off point is needed because rules — unlike principles — deal in two colors: black and white. Необходима четкая точка разрыва, потому что правила, в отличие от принципов, имеют два цвета: черный и белый.
In some cases, it is difficult to find a clear break-off point that corresponds exactly to one's sense of what is right and wrong, and so it is necessary to include the areas of gray either with the white or the black. В некоторых случаях трудно найти четкую точку разрыва, которая точно соответствует чувству того, что правильно и что неправильно, и поэтому необходимо включать области серого либо с белым, либо с черным.
In general, but not always, the Vibhaṅga's position is to include the gray with the white, and to rely on the principles of the Dhamma to encourage the individual bhikkhu to stay away from the gray. ¶ В целом, но не всегда, позиция Вибханги состоит в том, чтобы включать серое с белым и полагаться на принципы Дхаммы, чтобы побудить индивидуального бхиккху держаться подальше от серого. ¶
Take, for instance, the rule against masturbation. Взять, к примеру, правило против мастурбации.
The Vibhaṅga limits this rule to forbidding only those forms of masturbation that aim at ejaculation, for if it had drawn the line anywhere else, it would have become an offense for a bhikkhu simply to scratch himself. Вибханга ограничивает это правило запретом только тех форм мастурбации, которые нацелены на семяизвержение, поскольку, если бы оно провело черту где-либо еще, это стало бы нарушением для бхиккху, просто почесавшего себя.
Thus self-stimulation that does not aim at ejaculation is not an offense, although in many cases it is clearly against the spirit of the Dhamma. Таким образом, самостимуляция, которая не направлена на эякуляцию, не является нарушением, хотя во многих случаях она явно противоречит духу Дхаммы.
The Vinaya-mukha notes, disapprovingly, a number of older Vinaya guides that like to dwell on these areas of gray and seem to delight in figuring out ways to avoid an offense by working around the letter of the rules. Виная-мукха с неодобрением отмечает ряд более старых руководств Винаи, которые любят останавливаться на этих серых областях и, кажется, получают удовольствие от поиска способов избегнуть нарушений, обходя букву правил.
In this book I am taking a different tack: Under those rules that include large areas of gray with the white, I have noted a few relevant principles from the Dhamma to spell out a wise policy with regard to the gray areas — not to reformulate the rule, but simply as a reminder that, as noted above, the Vinaya without the Dhamma does not suffice as a guide to the goal. ¶ В этой книге я придерживаюсь другого подхода: в соответствии с теми правилами, которые включают большие области серого с белым, я отметил несколько важных принципов Дхаммы, чтобы изложить мудрую политику в отношении серых областей, а не переформулировать правило, но просто как напоминание о том, что, как отмечено выше, Виная без Дхаммы не достаточна в качестве руководства к цели. ¶
Second, there is the drawback that a large body of rules demands two tactics of interpretation that can, on occasion, prove mutually exclusive. Во-вторых, существует недостаток, заключающийся в том, что большой свод правил требует двух тактик толкования, которые иногда могут оказаться взаимоисключающими.
On the one hand there is the need for logical consistency in applying basic principles across all the rules so as to lend authority to the system as a whole, at the same time making it easy to understand and memorize. С одной стороны, существует необходимость в логической последовательности в применении основных принципов ко всем правилам, с тем чтобы придать авторитет системе в целом, одновременно облегчая ее понимание и запоминание.
On the other hand there is the need to give reasonable weight to the particular constellation of factors surrounding each individual rule. С другой стороны, необходимо придать разумный вес конкретному сочетанию факторов, окружающих каждое отдельное правило.
The first approach runs the risk of sacrificing common sense and the human context of the rules; the second, the risk of appearing inconsistent and arbitrary. Первый подход рискует пожертвовать здравым смыслом и человеческим контекстом правил; второй, рискует появлением противоречий и своевольностей.
Although the compilers of the Vibhaṅga are consistent within the discussion of each rule, they take each rule on a case by case basis and do not always come to the same conclusions when analyzing rules that, on the surface, might seem to merit parallel treatment. Хотя составители Вибханги последовательны в обсуждении каждого правила, они принимают каждое правило в каждом конкретном случае и не всегда приходят к одним и тем же выводам при анализе правил, могущих на первый взгляд показаться параллельными.
In other words, when the demands of reasonableness conflict with the demands of logical consistency in a narrow sense, their consistency lies in consistently choosing the reasonable approach. Другими словами, когда требования разумности противоречат требованиям логической последовательности в узком смысле, их последовательность заключается в последовательном выборе разумного подхода.
Under the major rules, they provide enough examples in the Vinita-vatthu to bolster the case for their interpretive strategy. Согласно основным правилам, в Винита-ваттху достаточно примеров для подкрепления аргументацией в пользу их интерпретирующей стратегии.
Under the minor rules, they leave it to the reader to ponder their strategy for himself. Согласно второстепенным правилам, они оставляют читателю обдумывать свою стратегию для себя.
This approach places heavy demands on each bhikkhu, in that a reasonable system is harder to memorize than a narrowly logical one, but in the long run it aids in the maturity and sensitivity of the bhikkhu who is willing to learn from the Vibhaṅga, and in the livability of the Vinaya as a whole. ¶ Этот подход предъявляет высокие требования к каждому бхиккху, поскольку разумную систему труднее запомнить, чем узко логическую, но в конечном итоге она помогает зрелости и чувствительности бхиккху, готовому учиться у Вибханги, и в жизнеспособности Винаи в целом. ¶
A third drawback resulting from the need for precision in rules is that the more precisely a rule is defined to suit a particular time and place, the less well it may fit other times and places. Третий недостаток, вытекающий из необходимости точности правил, состоит в том, что чем точнее правило определяется в соответствии с определенным временем и местом, тем менее оно может подходить для других времен и мест.
The compilers of the Canon, in order to make up for this weakness, thus provided the origin stories and precedents to show the type of situation the rule was intended to prevent, providing principles and models that indicate the spirit of the rule and aid in applying it to differing contexts. Составители Канона, чтобы восполнить эту слабость, таким образом предоставили исходные истории и прецеденты, чтобы показать тип ситуации, в которой правило было предназначено предотвращать, предоставляя принципы и модели, которые указывают на дух правила и помощь в применении его в разных контекстах.
In writing this book I have often made reference to these stories, to give this added dimension. ¶ При написании этой книги я часто ссылался на эти истории, чтобы придать это дополнительное измерение. ¶
Admittedly, the stories do not always make for inspiring reading. По общему признанию, истории не всегда делают для вдохновляющего чтения.
For example, instead of reading about bhikkhus accepting a meal at a donor's house and then uplifting the donor with a talk on Dhamma, we read about Ven. Udāyin accepting a meal at the dwelling of a bhikkhunī who was his former wife, and the two of them sitting there exposing their genitals to each other. Например, вместо того, чтобы читать о том, что бхиккху принимают еду в доме жертвователя, а затем поднимают жертвователя разговором о Дхамме, мы читаем о дост. Удайне принимающем еду в доме бхиккхуни, бывшей женой, сидящих там, выставляя свои гениталии друг другу.
Still, the stories do remind us that the more inspiring stories we read in the discourses took place in a very real human world, and they also reveal the insight and understated wit of those who framed and interpreted the rules. Тем не менее, истории действительно напоминают нам, что более вдохновляющие истории, которые мы читаем в беседах, имели место быть в очень реальном человеческом мире, и они также раскрывают проницательность и преуменьшение остроумия тех, кто формулировал и интерпретировал правила.
The element of wit here is especially important, for without it there is no true understanding of human nature, and no intelligent system of discipline. ¶ Элемент остроумия здесь особенно важен, потому что без него нет истинного понимания человеческой природы и разумной системы дисциплины. ¶
Finally, in compiling this book, I have tried to include whatever seems most worth knowing for the bhikkhu who aims at fostering the qualities of discipline in his life — so as to help train his mind and live in peace with his fellow bhikkhus — and for anyone who wants to support and encourage the bhikkhus in that aim. ¶ Наконец, при составлении этой книги я постарался включить то, что кажется наиболее ценным для бхиккху, стремящегося воспитывать в своей жизни качества дисциплины - для помощи тренировки своего ума и жизни в мире со своими собратьями-бхиккху - и для любого, желающего поддержать и вдохновить бхиккху в этой цели. ¶
<<Назад
Предисловие
Оглавление Далее>>
Глава 1. Патимоккха

Редакция перевода от 04.02.2020 16:57