Глава 3

Опубликовано khantibalo от 27 июня, 2018 - 09:43
<<Назад
Глава 2
Оглавление Далее>>
Глава 4
Пали - CST Русский - А.В. Парибок Комментарии
3. Paṇāmitavaggo ¶ ГЛАВА ТРЕТЬЯ ¶
1. Seṭṭhadhammapañho ¶ Вопрос 1 (19) ¶
1. "Bhante nāgasena, bhāsitampetaṃ bhagavatā 'dhammo hi, vāseṭṭha, seṭṭho janetasmiṃ diṭṭhe ceva dhamme abhisamparāye cā'ti. Почтенный Нагасена, есть изречение Блаженного: «Знай, Васиштха, дхарма – старшее в людях и в этой жизни, и после смерти»466.
Puna ca 'upāsako gihī sotāpanno pihitāpāyo diṭṭhippatto viññātasāsano bhikkhuṃ vā sāmaṇeraṃ vā puthujjanaṃ abhivādeti paccuṭṭhetī'ti. Однако и тот из мирских почитателей, что обрел слух и не съедет вниз, усвоил воззрение, внял проповеди,– и тот должен стоя и с почтением приветствовать монаха или послушника, даже если это люди-из-толпы.
Yadi, bhante nāgasena, bhagavatā bhaṇitaṃ 'dhammo hi, vāseṭṭha, seṭṭho janetasmiṃ diṭṭhe ceva dhamme abhisamparāye cā'ti, tena hi 'upāsako gihī sotāpanno pihitāpāyo diṭṭhippatto viññātasāsano bhikkhuṃ vā sāmaṇeraṃ vā puthujjanaṃ abhivādeti paccuṭṭhetī'ti yaṃ vacanaṃ, taṃ micchā. Если, почтенный Нагасена, Блаженный сказал: «Знай, Васиштха, дхарма – старшее в людях и в этой жизни, и после смерти», то ложны слова, будто и тот из мирских почитателей, что обрел слух и не съедет вниз, усвоил воззрение, внял проповеди,– и тот должен стоя и с почтением приветствовать монаха или послушника, даже если они – люди-из-толпы.
Yadi 'upāsako gihī sotāpanno pihitāpāyo diṭṭhippatto viññātasāsano bhikkhuṃ vā sāmaṇeraṃ vā puthujjanaṃ abhivādeti paccuṭṭheti', tena hi 'dhammo hi, vāseṭṭha, seṭṭho janetasmiṃ diṭṭhe ceva dhamme abhisamparāye cāti tampi vacanaṃ micchā. Если же и тот из мирских почитателей, что обрел слух и не съедет вниз, усвоил воззрение, внял проповеди,– и тот должен стоя и с почтением приветствовать монаха или послушника, даже если это люди-из-толпы, то ложны слова: «Знай, Васиштха, дхарма – старшее в людях и в этой жизни, и после смерти».
Ayampi ubhato koṭiko pañho tavānuppatto, so tayā nibbāhitabbo"ti. ¶ Вот еще вопрос обоюдоострый; тебе он поставлен, тебе его и решать467. ¶
"Bhāsitampetaṃ, mahārāja, bhagavatā 'dhammo hi, vāseṭṭha, seṭṭho janetasmiṃ diṭṭhe ceva dhamme abhisamparāye cā'ti, 'upāsako ca gihī sotāpanno pihitāpāyo diṭṭhippatto viññātasāsano bhikkhuṃ vā sāmaṇeraṃ vā puthujjanaṃ abhivādeti paccuṭṭheti'. – Есть, государь, изречение Блаженного: «Знай, Васиштха, дхарма – старшее в людях и в этой жизни, и после смерти». Однако и тот из мирских почитателей, кто обрел слух и не съедет вниз, усвоил воззрение, внял проповеди,– и тот должен стоя и с почтением приветствовать монаха или послушника, даже если это люди-из-толпы.
Tattha pana kāraṇaṃ atthi. Но на это есть основание.
Katamaṃ taṃ kāraṇaṃ? ¶ Основание это вот какое: ¶
"Vīsati kho panime, mahārāja, samaṇassa samaṇakaraṇā dhammā dve ca liṅgāni, yehi samaṇo abhivādanapaccuṭṭhānasamānanapūjanāraho hoti. монаха делают монахом двадцать присущих ему свойств и два внешних признака. Поэтому-то и пристало монаха стоя и с почтением приветствовать, чтить и уважать.
Katame vīsati samaṇassa samaṇakaraṇā dhammā dve ca liṅgāni? А эти двадцать присущих монаху свойств, которые делают его монахом, и два внешних признака вот какие:
Seṭṭho [seṭṭhabhūmisayo (sī. syā.), seṭṭho yamo (pī.)] dhammārāmo, aggo niyamo, cāro vihāro saṃyamo saṃvaro khanti soraccaṃ ekattacariyā ekattābhirati paṭisallānaṃ hiriottappaṃ vīriyaṃ appamādo sikkhāsamādānaṃ [sikkhāpadhānaṃ (sī. syā.), sukkāvadānaṃ (ka.)] uddeso paripucchā sīlādiabhirati nirālayatā sikkhāpadapāripūritā, kāsāvadhāraṇaṃ, bhaṇḍubhāvo. лучшая сдержанность, высшие обеты, поведение, житье в монастыре, смирение, самоутеснение, терпение, кротость, уединенные скитания, преданность уединению, занятия созерцанием, стыдливость и совестливость, усилие, небеспечливость, изучение трех предметов, оглашение Устава, монашеские беседы, преданность нравственности и прочему, бесприютность, безущербное следование правилам поведения, ношение желтой одежды и бритье головы468.
Ime kho, mahārāja, vīsati samaṇassa samaṇakaraṇā dhammā dve ca liṅgāni. Вот, государь, каковы двадцать присущих монаху свойств, которые делают его монахом, и два его внешних признака.
Ete guṇe bhikkhu samādāya vattati, so tesaṃ dhammānaṃ anūnattā paripuṇṇattā sampannattā samannāgatattā asekkhabhūmiṃ arahantabhūmiṃ okkamati, seṭṭhaṃ bhūmantaraṃ okkamati, arahattāsannagatoti arahati upāsako sotāpanno bhikkhuṃ puthujjanaṃ abhivādetuṃ paccuṭṭhātuṃ. ¶ Для монаха все эти достоинства – обычное его достояние. Обладая такими качествами целиком, неущербно и сполна, он сможет взойти на лучшую, высшую ступень – на ступень опытности469, на ступень, где стоят святые; он приблизился уже к святости. Так что и тому мирскому почитателю, кто обрел слух,– и ему следует стоя и с почтением приветствовать монаха, будь тот хоть человек-из-толпы. ¶
"'Khīṇāsavehi so sāmaññaṃ upagato, natthi me so samayo'ti [taṃ sāmañña"nti (? )] arahati upāsako sotāpanno bhikkhuṃ puthujjanaṃ abhivādetuṃ paccuṭṭhātuṃ. ¶ «И у него, и у сбросивших путы – одно монашество, моё же состояние иное»,– понимая это, и тот мирской почитатель, кто обрел слух, и он должен стоя и с почтением приветствовать монаха, будь тот хоть человек-из-толпы. ¶
"'Aggaparisaṃ so upagato, nāhaṃ taṃ ṭhānaṃ upagato'ti arahati upāsako sotāpanno bhikkhuṃ puthujjanaṃ abhivādetuṃ paccuṭṭhātuṃ. ¶ «Он принадлежит к лучшей из общностей470, я же не принадлежу»,– понимая это, и тот мирской почитатель, кто обрел слух, и он должен стоя и с почтением приветствовать монаха, будь тот хоть человек-из-толпы. ¶
"'Labhati so pātimokkhuddesaṃ sotuṃ, nāhaṃ taṃ labhāmi sotu'nti arahati upāsako sotāpanno bhikkhuṃ puthujjanaṃ abhivādetuṃ paccuṭṭhātuṃ. ¶ «Ему слушать чтение Уставных Начал разрешено, мне – не разрешено»471,– понимая это, и тот мирской почитатель, кто обрел слух, и он должен стоя и с почтением приветствовать монаха, будь тот хоть человек-из-толпы. ¶
"'So aññe pabbājeti upasampādeti jinasāsanaṃ vaḍḍheti, ahametaṃ na labhāmi kātu'nti arahati upāsako sotāpanno bhikkhuṃ puthujjanaṃ abhivādetuṃ paccuṭṭhātuṃ. ¶ «Он постригает и посвящает других, умножая Учение Победителя, а мне это недоступно»,– понимая это, и тот мирской почитатель, кто обрел слух, и он должен стоя и с почтением приветствовать монаха, будь тот хоть человек-из- толпы. ¶
"'Appamāṇesu so sikkhāpadesu samattakārī, nāhaṃ tesu vattāmī'ti arahati upāsako sotāpanno bhikkhuṃ puthujjanaṃ abhivādetuṃ paccuṭṭhātuṃ. ¶ «Он неослабно блюдет бесценные правила поведения, а я им не следую»,– понимая это, и тот мирской почитатель, кто обрел слух, и он должен стоя и с почтением приветствовать монаха, будь тот хоть человек-из-толпы. ¶
"'Upagato so samaṇaliṅgaṃ, buddhādhippāye ṭhito, tenāhaṃ liṅgena dūramapagato'ti arahati upāsako sotāpanno bhikkhuṃ puthujjanaṃ abhivādetuṃ paccuṭṭhātuṃ. ¶ «Он принял монашеский облик, уподобившись в этом Просветленному, а мой облик совсем не таков»,– понимая это, и тот мирской почитатель, кто обрел слух, и он должен стоя и с почтением приветствовать монаха, будь тот хоть человек-из-толпы. ¶
"'Parūḷhakacchalomo so anañjitaamaṇḍito anulittasīlagandho, ahaṃ pana maṇḍanavibhūsanābhirato'ti arahati upāsako sotāpanno bhikkhuṃ puthujjanaṃ abhivādetuṃ paccuṭṭhātuṃ. ¶ «Он подмышки не бреет, не мажется, благоухает только нравственностью472, а у меня в обычае носить украшения и драгоценности»,– понимая это, и тот мирской почитатель, кто обрел слух, и он должен стоя и с почтением приветствовать монаха, будь тот хоть человек-из-толпы. ¶
"Api ca, mahārāja, 'ye te vīsati samaṇakaraṇā dhammā dve ca liṅgāni, sabbepete dhammā bhikkhussa saṃvijjanti, so yeva te dhamme dhāreti, aññepi tattha sikkhāpeti, so me āgamo sikkhāpanañca natthī'ti arahati upāsako sotāpanno bhikkhuṃ puthujjanaṃ abhivādetuṃ paccuṭṭhātuṃ. ¶ И еще, государь. «Все те двадцать свойств, которые делают человека монахом, и два внешних признака у монаха есть. Он и сам имеет их все, и других им научает. А у меня нет ни обладания ими, ни этой возможности учить»,– понимая это, и тот мирской почитатель, кто обрел слух, и он должен стоя и с почтением приветствовать монаха, будь тот хоть человек-из-толпы. ¶
"Yathā, mahārāja, rājakumāro purohitassa santike vijjaṃ adhīyati, khattiyadhammaṃ sikkhati, so aparena samayena abhisitto ācariyaṃ abhivādeti paccuṭṭheti 'sikkhāpako me aya'nti, evameva kho, mahārāja, 'bhikkhu sikkhāpako vaṃsadharo'ti arahati upāsako sotāpanno bhikkhuṃ puthujjanaṃ abhivādetuṃ paccuṭṭhātuṃ. ¶ Еще, государь. Скажем, если царевич у придворного жреца выучился науке и узнал, каков кшатрийский долг, то он и позже, уже став помазанным на царство царем, приветствует учителя стоя и с почтением: «Ведь это он меня научил». Вот точно так же, государь, понимая, что перед ним – учитель, носитель унаследованного знания, и тот мирской почитатель, кто обрел слух, и он должен стоя и с почтением приветствовать монаха, будь тот хоть человек-из-толпы. ¶
"Api ca, mahārāja, imināpetaṃ pariyāyena jānāhi bhikkhubhūmiyā mahantataṃ asamavipulabhāvaṃ. А еще вот с какой стороны, государь, ты можешь убедиться в величии и несравненном достоинстве монашеской ступени:
Yadi, mahārāja, upāsako sotāpanno arahattaṃ sacchikaroti, dveva tassa gatiyo bhavanti anaññā tasmiṃ yeva divase parinibbāyeyya vā, bhikkhubhāvaṃ vā upagaccheyya. если, государь, обретший слух мирской почитатель достигает святости, то перед ним только две дороги, и не более: либо в тот же день уйти в покой, либо принять монашество473.
Acalā hi sā, mahārāja, pabbajjā, mahatī accuggatā, yadidaṃ bhikkhubhūmī"ti. Незыблемо, государь, посвящение, велика и возвышенна монашеская эта ступень.
"Ñāṇagato, bhante nāgasena, pañho sunibbeṭhito balavatā atibuddhinā tayā, na yimaṃ pañhaṃ samattho añño evaṃ viniveṭhetuṃ aññatra tavādisena buddhimatā"ti. ¶ – Да, почтенный Нагасена, понят, поистине разрешен этот вопрос твоим мощным и острым умом. Никто, кроме человека, подобного тебе дарованием, не смог бы так распутать этот вопрос474. ¶
Seṭṭhadhammapañho paṭhamo. ¶
2. Sabbasattahitapharaṇapañho ¶ Вопрос 2 (20) ¶
2. "Bhante nāgasena, tumhe bhaṇatha 'tathāgato sabbasattānaṃ ahitamapanetvā hitamupadahatī'ti. Почтенный Нагасена, вы утверждаете: «Татхагата никому не причиняет зла и всем делает добро».
Puna ca bhaṇatha aggikkhandhūpame dhammapariyāye bhaññamāne 'saṭṭhimattānaṃ bhikkhūnaṃ uṇhaṃ lohitaṃ mukhato uggata'nti. И еще утверждаете: «Когда он в проповеди рассказал притчу о костре, у шестидесяти монахов горлом пошла горячая кровь»475.
Aggikkhandhūpamaṃ, bhante, dhammapariyāyaṃ desentena tathāgatena saṭṭhimattānaṃ bhikkhūnaṃ hitamapanetvā ahitamupadahitaṃ. Рассказав в проповеди притчу о костре, Татхагата не сделал этим шестидесяти монахам добра, почтенный, но причинил зло.
Yadi, bhante nāgasena, tathāgato sabbasattānaṃ ahitamapanetvā hitamupadahati, tena hi aggikkhandhūpame dhammapariyāye bhaññamāne saṭṭhimattānaṃ bhikkhūnaṃ uṇhaṃ lohitaṃ mukhato uggatanti yaṃ vacanaṃ, taṃ micchā. Если, почтенный Нагасена, «Татхагата никому не причиняет зла и всем делает добро», то ложны слова: «Когда он в проповеди рассказал притчу о костре, у шестидесяти монахов горлом пошла горячая кровь».
Yadi aggikkhandhūpame dhammapariyāye bhaññamāne saṭṭhimattānaṃ bhikkhūnaṃ uṇhaṃ lohitaṃ mukhato uggataṃ, tena hi tathāgato sabbasattānaṃ ahitamapanetvā hitamupadahatīti tampi vacanaṃ micchā. Если, «когда он в проповеди рассказал притчу о костре, у шестидесяти монахов горлом пошла горячая кровь», то ложны слова, будто «Татхагата никому не причиняет зла и всем делает добро».
Ayampi ubhato koṭiko pañho tavānuppatto, so tayā nibbāhitabbo"ti. ¶ Вот еще вопрос обоюдоострый. Тебе он поставлен, тебе его решать. ¶
"Tathāgato, mahārāja, sabbasattānaṃ ahitamapanetvā hitamupadahati, aggikkhandhūpame dhammapariyāye bhaññamāne saṭṭhimattānaṃ bhikkhūnaṃ uṇhaṃ lohitaṃ mukhato uggataṃ, tañca pana na tathāgatassa katena, tesaṃ yeva attano katenā"ti. ¶ – Верно, государь, что Татхагата никому не причиняет зла и всем делает добро. Верно также, что, когда он в проповеди рассказал притчу о костре, у шестидесяти монахов горлом пошла горячая кровь. Но произошло это не вследствие действий Татхагаты, а только вследствие их собственных действий. ¶
"Yadi, bhante nāgasena, tathāgato aggikkhandhūpamaṃ dhammapariyāyaṃ na bhāseyya, api nu tesaṃ uṇhaṃ lohitaṃ mukhato uggaccheyyāti, – А если, почтенный Нагасена, Татхагата не произнес бы проповеди и не рассказал притчу о костре, пошла бы у них горлом горячая кровь?
na hi, mahārāja, micchāpaṭipannānaṃ tesaṃ bhagavato dhammapariyāyaṃ sutvā pariḷāho kāye uppajji, tena tesaṃ pariḷāhena uṇhaṃ lohitaṃ mukhato uggata"nti. – Нет, государь. Они неистинно следовали Учению; от слушания проповеди Блаженного у них внутри сделалось жжение, а из-за этого жжения горячая кровь горлом пошла.
"Tena hi, bhante nāgasena, tathāgatasseva katena tesaṃ uṇhaṃ lohitaṃ mukhato uggataṃ, tathāgato yeva tattha adhikāro tesaṃ nāsanāya, yathā nāma, bhante nāgasena, ahi vammikaṃ paviseyya, athaññataro paṃsukāmo puriso vammikaṃ bhinditvā paṃsuṃ hareyya, tassa paṃsuharaṇena vammikassa susiraṃ pidaheyya, atha tattheva so assāsaṃ alabhamāno mareyya, nanu so, bhante, ahi tassa purisassa katena maraṇappatto"ti. – Раз так, почтенный Нагасена, то кровь у них горлом пошла именно из-за действий Татхагаты. Только Татхагата в ответе за их погибель. Скажем, почтенный, сидит в муравейнике змея476. Пришел тут какой-то человек, которому понадобились муравьиные яйца477, и разворотил муравейник, чтобы набрать их. Пока копал, он завалил выход из муравейника, и змея задохлась. Змея ведь умерла из-за действия этого человека, не так ли, почтенный?
"Āma mahārājā"ti. – Да, государь.
"Evameva kho, bhante nāgasena, tathāgato yeva tattha adhikāro tesaṃ nāsanāyā"ti. ¶ – Вот точно так же, почтенный Нагасена, только Татхагата ответствен за их погибель. ¶
"Tathāgato, mahārāja, dhammaṃ desayamāno anunayappaṭighaṃ na karoti, anunayappaṭighavippamutto dhammaṃ deseti, evaṃ dhamme desīyamāne ye tattha sammāpaṭipannā, te bujjhanti. Проповедуя, Татхагата свободен от пристрастий и предубеждений, государь; он проповедует беспристрастно и непредубежденно. Кто, слушая его проповедь, истинно ей следуют – пробудятся,
Ye pana micchāpaṭipannā, te patanti. те же, кто неистинно следуют, сорвутся.
Yathā, mahārāja, purisassa ambaṃ vā jambuṃ vā madhukaṃ vā cālayamānassa yāni tattha phalāni sārāni daḷhabandhanāni, tāni tattheva accutāni tiṭṭhanti, yāni tattha phalāni pūtivaṇṭamūlāni dubbalabandhanāni, tāni patanti. Скажем, государь, когда кто-то трясет манговое дерево, или гвоздичное дерево478, или медовое дерево479, то с сочными, крепко держащимися на ветке плодами ничего не сделается, они так и останутся висеть, зато сорвутся плоды с подгнившими черешками, слабо держащиеся на ветке.
Evameva kho, mahārāja, tathāgato dhammaṃ desayamāno anunayappaṭighaṃ na karoti, anunayappaṭighavippamutto dhammaṃ deseti, evaṃ dhamme desīyamāne ye tattha sammāpaṭipannā, te bujjhanti. Вот точно так же, государь, проповедуя, Татхагата свободен от пристрастий и предубеждений, он проповедует беспристрастно и непредубежденно. Кто, слушая его проповедь, истинно ей следуют – пробудятся,
Ye pana micchāpaṭipannā, te patanti. ¶ те же, кто неистинно следуют, сорвутся. ¶
"Yathā vā pana, mahārāja, kassako dhaññaṃ ropetukāmo khettaṃ kasati, tassa kasantassa anekasatasahassāni tiṇāni maranti. Или, скажем, государь, когда пахарь, готовясь высадить рисовую рассаду, вспахивает поле, то при вспашке попутно погибают многие сотни тысяч травинок.
Evameva kho, mahārāja, tathāgato paripakkamānase satte bodhento [bodhetuṃ (sī.)] anunayappaṭighavippamutto dhammaṃ deseti, evaṃ dhamme desīyamāne ye tattha sammāpaṭipannā, te bujjhanti. Вот точно так же, государь, Татхагата, пробуждая зреломыслящих существ, проповедует беспристрастно и непредубежденно. Кто, слушая его проповедь, истинно ей следуют – пробудятся,
Ye pana micchāpaṭipannā, te tiṇāni viya maranti. ¶ те же, кто неистинно следуют,– погибнут, как травинки. ¶
"Yathā vā pana, mahārāja, manussā rasahetu yantena ucchuṃ pīḷayanti, tesaṃ ucchuṃ pīḷayamānānaṃ ye tattha yantamukhagatā kimayo, te pīḷiyanti. Или, скажем, государь, когда люди отжимают в давильне сахарный тростник, чтобы получить из него сироп, то вместе с выжимаемым тростником раздавливаются и гибнут попавшие в давильню черви.
Evameva kho, mahārāja, tathāgato paripakkamānase satte bodhento dhammayantamabhipīḷayati [dhammayantamatipīḷayati (ka.)], ye tattha micchāpaṭipannā, te kimī viya marantī"ti. ¶ Вот точно так же, государь, Татхагата, пробуждая зреломыслящих существ, выжимает их в давильне Учения; те же, кто неистинно ему следуют, мрут, как черви. ¶
"Nanu, bhante nāgasena, te bhikkhū tāya dhammadesanāya patitā"ti? – Так разве, почтенный Нагасена, монахи не из-за той самой проповеди сорвались?
"Api nu kho, mahārāja, tacchako rukkhaṃ tacchanto [rakkhanto (sī. pī.] ujukaṃ parisuddhaṃ karotī"ti? – Что же, государь, разве может плотник и оставить бревно в неприкосновенности, и зачистить его и спрямить?
"Na hi, bhante, vajjanīyaṃ apanetvā tacchako rukkhaṃ ujukaṃ parisuddhaṃ karotī"ti. ¶ – Нет, почтенный. Зачистить и спрямить бревно плотник сможет, только если удалит с него все лишнее. ¶
"Evameva kho, mahārāja, tathāgato parisaṃ rakkhanto na sakkoti bodhaneyye [abodhanīye (syā.)] satte bodhetuṃ, micchāpaṭipanne pana satte apanetvā bodhaneyye satte bodheti, attakatena pana te, mahārāja, micchāpaṭipannā patanti. ¶ – Вот точно так же, государь, Татхагата не может и оставить общину в неприкосновенности, и пробудить созревших к пробуждению. Лишь удаляя тех, кто следует Учению неистинно, пробуждает он созревших к пробуждению. Неистинно же следующие Учению срываются из-за своих собственных действий. ¶
"Yathā, mahārāja, kadalī veḷu assatarī attajena [attajena phalena (sī.)] haññati, evameva kho, mahārāja, ye te micchāpaṭipannā, te attakatena haññanti patanti. ¶ Как банан, бамбук и самка мула гибнут, государь, из-за своих собственных порождений480, точно так же, государь, неистинно следующие Учению срываются и гибнут из-за своих собственных действий. ¶
"Yathā, mahārāja, corā attakatena cakkhuppāṭanaṃ sūlāropanaṃ sīsacchedanaṃ pāpuṇanti, evameva kho, mahārāja, ye te micchāpaṭipannā, te attakatena haññanti patanti [jinasāsanā patanti (sī. pī.)]. Как разбойников, государь, ослепляют, сажают на кол, обезглавливают из-за их собственных действий, точно так же, государь, неистинно следующие срываются с Учения Победителя и гибнут.
Yesaṃ, mahārāja, saṭṭhimattānaṃ bhikkhūnaṃ uṇhaṃ lohitaṃ mukhato uggataṃ, tesaṃ taṃ neva bhagavato katena, na paresaṃ katena, atha kho attano yeva katena. ¶ Если у тех шестидесяти монахов горлом пошла горячая кровь, государь, то не из-за действий Татхагаты, не из-за действий еще кого-либо, но только из-за их собственных действий. ¶
"Yathā, mahārāja, puriso sabbajanassa amataṃ dadeyya, te taṃ amataṃ asitvā arogā dīghāyukā sabbītito [sabbītiyā (sī.)] parimucceyyuṃ, athaññataro puriso durupacārena taṃ asitvā maraṇaṃ pāpuṇeyya, api nu kho so, mahārāja, amatadāyako puriso tatonidānaṃ kiñci apuññaṃ āpajjeyyā"ti? Представь, государь, что некто раздал народу нектар. Вкусив нектара, каждый будет здоров, проживет долго, избегнет всяческих болезней. А кто-то злоупотребит им и, вкусив его, скончается. Скажи, государь, разве повинен в чем-либо из-за этого тот человек, что раздавал нектар?
"Na hi, bhante"ti. – Нет, почтенный.
"Evameva kho, mahārāja, tathāgato dasasahassiyā lokadhātuyā devamanussānaṃ amataṃ dhammadānaṃ deti, ye te sattā bhabbā, te dhammāmatena bujjhanti. – Вот точно так же, государь, Татхагата раздает богам и людям десятитысячной мировой сферы нектар проповеди. Те живые, кто способен,– те пробуждаются нектаром проповеди.
Ye pana te sattā abhabbā, te dhammāmatena haññanti patanti. Те живые, кто не способен,– те нектаром проповеди губятся и падают.
Bhojanaṃ, mahārāja, sabbasattānaṃ jīvitaṃ rakkhati, tamekacce bhuñjitvā visūcikāya maranti, api nu kho so, mahārāja, bhojanadāyako puriso tatonidānaṃ kiñci apuññaṃ āpajjeyyā"ti? Пища, государь, всем живым поддерживает жизнь, но иные поедят и умирают от холеры. Скажи, государь, разве повинен в чем-либо из-за этого тот человек, что раздавал пищу?
"Na hi, bhante"ti. – Нет, почтенный.
"Evameva kho, mahārāja, tathāgato dasasahassiyā lokadhātuyā devamanussānaṃ amataṃ dhammadānaṃ deti, ye te sattā bhabbā, te dhammāmatena bujjhanti. – Вот точно так же, государь, Татхагата раздает богам и людям десятитысячной мировой сферы нектар проповеди. Те живые, кто способен,– те пробуждаются нектаром проповеди.
Ye pana te sattā abhabbā, te dhammāmatena haññanti patantī"ti. Те живые, кто не способен,– те нектаром проповеди губятся и падают.
"Sādhu, bhante nāgasena, evametaṃ tathā sampaṭicchāmī"ti. ¶ – Отлично, почтенный Нагасена. Да, это так, я с этим согласен481. ¶
Sabbasattahitapharaṇapañho dutiyo. ¶
3. Vatthaguyhanidassanapañho ¶ Вопрос 3 (21) ¶
3. "Bhante nāgasena, bhāsitampetaṃ tathāgatena – ¶ Почтенный Нагасена, есть изречение Блаженного: ¶
"'Kāyena saṃvaro sādhu [dha. pa. 361], sādhu vācāya saṃvaro; ¶ «Телесная сдержанность – благо, Благо – сдержанность речи. ¶
Manasā saṃvaro sādhu, sādhu sabbattha saṃvaro'ti. ¶ Сдержанность в мыслях – благо. Благо – всякая сдержанность»482. ¶
"Puna ca tathāgato catunnaṃ parisānaṃ majjhe nisīditvā purato devamanussānaṃ selassa brāhmaṇassa kosohitaṃ vatthaguyhaṃ dassesi. И, однако, Татхагата, сидя в четверояком собрании последователей483, перед богами и людьми, показал брахману Шайле скрытые срамные части тела484.
Yadi, bhante nāgasena, bhagavatā bhaṇitaṃ 'kāyena saṃvaro sādhū'ti, tena hi selassa brāhmaṇassa kosohitaṃ vatthaguyhaṃ dassesīti yaṃ vacanaṃ, taṃ micchā. Если, почтенный Нагасена, Блаженный сказал: «Телесная сдержанность – благо», то ложно утверждать, что он показал брахману Шайле скрытые срамные части тела.
Yadi selassa brāhmaṇassa kosohitaṃ vatthaguyhaṃ dasseti, tena hi 'kāyena saṃvaro sādhū'ti tampi vacanaṃ micchā. Если же показал он брахману Шайле скрытые срамные части тела, то ложно утверждать, что «телесная сдержанность – благо».
Ayampi ubhato koṭiko pañho tavānuppatto, so tayā nibbāhitabbo"ti. ¶ Вот еще вопрос обоюдоострый тебе поставлен, тебе его и решать. ¶
"Bhāsitampetaṃ, mahārāja, bhagavatā 'kāyena saṃvaro sādhū'ti, selassa ca brāhmaṇassa kosohitaṃ vatthaguyhaṃ dassitaṃ. – Есть, государь, изречение Блаженного: «Телесная сдержанность – благо». И действительно показал он брахману Шайле скрытые срамные части.
Yassa kho, mahārāja, tathāgate kaṅkhā uppannā, tassa bodhanatthāya bhagavā iddhiyā tappaṭibhāgaṃ kāyaṃ dasseti, so yeva taṃ pāṭihāriyaṃ passatī"ti. ¶ У того возникли сомнения касательно этой части тела Татхагаты. Пользуясь сверхобычной силой, Блаженный чудом показал ему эту часть тела, чтобы тот пробудился. Притом никто, кроме брахмана, того не видел. ¶
"Ko panetaṃ, bhante nāgasena, saddahissati, yaṃ parisagato eko yeva taṃ guyhaṃ passati, avasesā tattheva vasantā na passantīti. – Кто же поверит, почтенный Нагасена, чтобы из всего народа один он срам видел, а остальные, находясь там же, не видели?
Iṅgha me tvaṃ tattha kāraṇaṃ upadisa, kāraṇena maṃ saññāpehī"ti. Ну-ка, изволь это обосновать, приведи мне вразумительный довод.
"Diṭṭhapubbo pana tayā, mahārāja, koci byādhito puriso parikiṇṇo ñātimittehī"ti. – Видел ты когда-либо, государь, больного, окруженного родственниками и друзьями?
"Āma bhante"ti. – Да, почтенный.
"Api nu kho sā, mahārāja, parisā passatetaṃ vedanaṃ, yāya so puriso vedanāya vedayatī"ti. – Так скажи, государь, видно ли окружающим ту боль, которую испытывает больной?
"Na hi bhante, attanā yeva so, bhante, puriso vedayatī"ti. – Нет, почтенный. Эту боль испытывает только он сам, почтенный.
"Evameva kho, mahārāja, yasseva tathāgate kaṅkhā uppannā, tasseva tathāgato bodhanatthāya iddhiyā tappaṭibhāgaṃ kāyaṃ dasseti, so yeva taṃ pāṭihāriyaṃ passati. ¶ – Вот точно так же, государь, только у брахмана возникло сомнение касательно той части тела Татхагаты. Пользуясь сверхобычной силой, Блаженный чудом показал ему эту часть тела, чтобы тот пробудился. Притом никто, кроме брахмана, этого не видел. ¶
"Yathā vā pana, mahārāja, kañcideva purisaṃ bhūto āviseyya, api nu kho sā, mahārāja, parisā passati taṃ bhūtāgamana"nti? Или, скажем, государь, если какого-то человека обуял бес, то разве тогда окружающие видят этого беса, государь?
"Na hi, bhante, so yeva āturo tassa bhūtassa āgamanaṃ passatī"ti. – Нет, почтенный. Только сам одержимый видит, что явился бес.
"Evameva kho, mahārāja, yasseva tathāgate kaṅkhā uppannā, tasseva tathāgato bodhanatthāya iddhiyā tappaṭibhāgaṃ kāyaṃ dasseti, so yeva taṃ pāṭihāriyaṃ passatī"ti. ¶ – Вот точно так же, государь, только тот, у кого возникло сомнение в Татхагате, видел это чудо. ¶
"Dukkaraṃ, bhante nāgasena, bhagavatā kataṃ, yaṃ ekassapi adassanīyaṃ, taṃ dassentenā"ti. – Трудное же Блаженный сделал дело, почтенный Нагасена: пусть только одному, но показал все же то, что показывать не следует.
"Na, mahārāja, bhagavā guyhaṃ dassesi, iddhiyā pana chāyaṃ dassesī"ti. Блаженный показал не срам, государь. Пользуясь сверхобычной силой, он показал отражение.
"Chāyāyapi, bhante, diṭṭhāya diṭṭhaṃ yeva hoti guyhaṃ, yaṃ disvā niṭṭhaṃ gato"ti. Достаточно и отражения, почтенный. Все равно тот видел срам и удостоверился.
"Dukkarañcāpi, mahārāja, tathāgato karoti bodhaneyye satte bodhetuṃ. Так что же, государь! И трудные дела делает Блаженный, чтобы пробудить созревших к пробуждению.
Yadi, mahārāja, tathāgato kiriyaṃ hāpeyya, bodhaneyyā sattā na bujjheyyuṃ. Если бы Блаженный всякое дело откладывал485, созревшие к пробуждению не пробуждались бы, государь.
Yasmā ca kho, mahārāja, yogaññū tathāgato bodhaneyye satte bodhetuṃ, tasmā tathāgato yena yena yogena bodhaneyyā bujjhanti, tena tena yogena bodhaneyye bodheti. ¶ Ведь Татхагата – знаток средств, пробуждающих тех, кто созрел к пробуждению, государь, поэтому каждого, кто созрел к пробуждению, Татхагата пробуждает соответствующим средством. ¶
"Yathā, mahārāja, bhisakko sallakatto yena yena bhesajjena āturo arogo hoti, tena tena bhesajjena āturaṃ upasaṅkamati, vamanīyaṃ vameti, virecanīyaṃ vireceti, anulepanīyaṃ anulimpeti, anuvāsanīyaṃ anuvāseti. Как врач лечит каждого больного тем лекарством, государь, которое принесет ему здоровье: если нужно, чтобы больного вырвало, дает ему рвотное; если нужно, чтобы его прослабило, дает слабительное; кому нужны жирные мази, дает жирные мази; кому нужна масляная клизма, ставит масляную клизму.
Evameva kho, mahārāja, tathāgato yena yena yogena bodhaneyyā sattā bujjhanti, tena tena yogena bodheti. ¶ Вот точно так же, государь, каждого, кто созрел к пробуждению, Татхагата пробуждает соответствующим средством. ¶
"Yathā vā pana, mahārāja, itthī mūḷhagabbhā bhisakkassa adassanīyaṃ guyhaṃ dasseti, evameva kho, mahārāja, tathāgato bodhaneyye satte bodhetuṃ adassanīyaṃ guyhaṃ iddhiyā chāyaṃ dassesi. Как роженица во время трудных родов, государь, показывает врачу срам, который обычно показывать не следует, вот точно так же, государь, чтобы пробудить созревших к пробуждению, Татхагата показал, пользуясь сверхобычной силой, отражение срама, что обычно показывать не следует.
Natthi, mahārāja, adassanīyo nāma okāso puggalaṃ upādāya. Нет такого, что вообще не следовало бы показывать, это зависит от человека, государь.
Yadi, mahārāja, koci bhagavato hadayaṃ disvā bujjheyya, tassapi bhagavā yogena hadayaṃ dasseyya, yogaññū, mahārāja, tathāgato desanākusalo. ¶ Если бы кто-то мог пробудиться, увидев сердце Блаженного, государь, то Блаженный ему и сердце бы показал с помощью йоги. Ведь Татхагата – знаток средств, государь, и искусен в проповеди486. ¶
"Nanu, mahārāja, tathāgato therassa nandassa adhimuttiṃ jānitvā taṃ devabhavanaṃ netvā devakaññāyo dassesi 'imināyaṃ kulaputto bujjhissatī'ti, tena ca so kulaputto bujjhi. Например, государь, зная наклонности тхеры Нанды, Татхагата перенес его в обитель богов и показал ему небесных дев,– «так сей высокородный487 пробудится»,– и правда, пробудился так высокородный.
Iti kho, mahārāja, tathāgato anekapariyāyena subhanimittaṃ hīḷento garahanto jigucchanto tassa bodhanahetu kakuṭapādiniyo accharāyo dassesi. Татхагата тогда всячески хулил, принижал, осуждал и порицал внешнюю красоту, но, чтобы пробудить Нанду, показал ему сначала апсар, подкрасивших себе ноги488.
Evampi tathāgato yogaññū desanākusalo. ¶ Таков Татхагата – знаток средств, искусный в проповеди. ¶
"Puna caparaṃ, mahārāja, tathāgato therassa cūḷapanthakassa bhātarā nikkaḍḍhitassa dukkhitassa dummanassa upagantvā sukhumaṃ coḷakhaṇḍaṃ adāsi 'imināyaṃ kulaputto bujjhissatī'ti, so ca kulaputto tena kāraṇena jinasāsane vasībhāvaṃ pāpuṇi. В другой раз, государь, подойдя к несчастному, тоскующему, выгнанному из общины братом тхере Пантхаке Малому489, Татхагата дал ему маленькую тряпочку,– «так сей высокородный пробудится»,– и правда, достиг таким способом сей высокородный мастерства в Учении Победителя490.
Evampi, mahārāja, tathāgato yogaññū desanākusalo. ¶ Таков Татхагата – знаток средств, искусный в проповеди. ¶
"Puna caparaṃ, mahārāja, tathāgato brāhmaṇassa mogharājassa yāva tatiyaṃ pañhaṃ puṭṭho na byākāsi 'evamimassa kulaputtassa māno upasamissati, mānūpasamā abhisamayo bhavissatī'ti, tena ca tassa kulaputtassa māno upasami, mānūpasamā so brāhmaṇo chasu abhiññāsu vasībhāvaṃ pāpuṇi. В другой раз, государь, Татхагата три раза кряду оставил вопрос брахмана Могхараджи без ответа,– «так у сего высокородного гордыни убудет, а с убылью постижение ему удастся»,– и правда, убыло у сего высокородного гордыни, и с убылью гордыни достиг брахман мастерства в шести сверхзнаниях491.
Evampi, mahārāja, tathāgato yogaññū desanākusalo"ti. ¶ Таков Татхагата – знаток средств, искусный в проповеди. ¶
"Sādhu, bhante nāgasena, sunibbeṭhito pañho bahuvidhehi kāraṇehi, gahanaṃ agahanaṃ kataṃ, andhakāro āloko kato, gaṇṭhi bhinno, bhaggā paravādā, jinaputtānaṃ cakkhuṃ tayā uppāditaṃ, nippaṭibhānā titthiyā, tvaṃ gaṇivarapavaramāsajjā"ti. ¶ – Отлично, почтенный Нагасена! Поистине распутан вопрос многообразными доводами, прорежена чащоба, осветились потемки, разрублен узел, разбиты наветы, раскрылись глаза сынов Победителя благодаря тебе, сникли лжепроповедники рядом с тобою, о лучший из лучших наставников492! ¶
Vatthaguyhanidassanapañho tatiyo. ¶
4. Pharusavācābhāvapañho ¶ Вопрос 4 (22) ¶
4. "Bhante nāgasena, bhāsitampetaṃ therena sāriputtena dhammasenāpatinā 'parisuddhavacīsamācāro āvuso tathāgato, natthi tathāgatassa vacīduccaritaṃ, yaṃ tathāgato rakkheyya 'mā me idaṃ paro aññāsī'ti. Почтенный Нагасена, есть изречение тхеры Шарипутры, полководца Учения: «Татхагата в своих речах безукоризнен, любезные, нет у Татхагаты речевых проступков, нечего ему скрывать, чтобы другие не узнали»493.
Puna ca tathāgato therassa sudinnassa kalandaputtassa aparādhe pārājikaṃ paññapento pharusāhi vācāhi moghapurisavādena samudācari, tena ca so thero moghapurisavādena maṅkucittavasena rundhitattā vippaṭisārī nāsakkhi ariyamaggaṃ paṭivijjhituṃ. И, однако, Татхагата, объявляя тхере Судинне из рода Каландов об исключении его из общины за его проступок, грубо назвал его никчемным человеком494. Тхеру же тяжко потрясли слова «никчемный человек», и он, казня себя, не смог пройти арийскою стезей.
Yadi, bhante nāgasena, parisuddhavacīsamācāro tathāgato, natthi tathāgatassa vacīduccaritaṃ, tena hi tathāgatena therassa sudinnassa kalandaputtassa aparādhe moghapurisavādena samudāciṇṇanti yaṃ vacanaṃ, taṃ micchā. Если, почтенный Нагасена, «Татхагата в своих речах безукоризнен, нет у Татхагаты речевых проступков», то ложно утверждать, что Татхагата, объявляя тхере Судинне из рода Каландов об исключении его из общины за его проступок, назвал его никчемным человеком.
Yadi bhagavatā therassa sudinnassa kalandaputtassa aparādhe moghapurisavādena samudāciṇṇaṃ, tena hi parisuddhavacīsamācāro tathāgato, natthi tathāgatassa vacīduccaritanti tampi vacanaṃ micchā. Если же назвал Татхагата тхеру Судинну из рода Каландов никчемным человеком, объявляя ему об исключении его из общины за его проступок, то ложно утверждать, что «Татхагата в своих речах безукоризнен», что «нет у Татхагаты речевых проступков».
Ayampi ubhato koṭiko pañho tavānuppatto, so tayā nibbāhitabbo"ti. ¶ Вот еще вопрос обоюдоострый. Тебе он поставлен, тебе его и решать. ¶
"Bhāsitampetaṃ, mahārāja, therena sāriputtena dhammasenāpatinā 'parisuddhavacīsamācāro āvuso tathāgato, natthi tathāgatassa vacīduccaritaṃ, yaṃ tathāgato rakkheyya 'mā me idaṃ paro aññāsī'ti. – Есть, государь, изречение тхеры Шарипутры, полководца Учения: «Татхагата в своих речах безукоризнен, любезные, нет у Татхагаты речевых проступков, нечего ему скрывать, чтобы другие не узнали».
Āyasmato ca sudinnassa kalandaputtassa aparādhe pārājikaṃ paññapentena bhagavatā moghapurisavādena samudāciṇṇaṃ, tañca pana aduṭṭhacittena asārambhena yāthāvalakkhaṇena. А объявляя почтенному Судинне из рода Каландов об исключении его из общины за его проступок, Блаженный действительно назвал его никчемным человеком. Однако это было сказано без раздражения, неоскорбительно, отвечало положению дел.
Kiñca tattha yāthāvalakkhaṇaṃ, yassa, mahārāja, puggalassa imasmiṃ attabhāve catusaccābhisamayo na hoti, tassa purisattanaṃ moghaṃ aññaṃ kayiramānaṃ aññena sambhavati, tena vuccati 'moghapuriso'ti. А положению дел это отвечало вот почему: если, государь, человек в своей жизни не постигает четырех истин, то не к чему ему было рождаться человеком: остальное получается и не у людей495. Потому такого и называют никчемным человеком.
Iti, mahārāja, bhagavatā āyasmato sudinnassa kalandaputtassa satāvavacanena samudāciṇṇaṃ, no abhūtavādenā"ti. ¶ Так что, государь, Блаженный сказал тхере Судинне из рода Каландов сущую правду, не небылицу. ¶
"Sabhāvampi, bhante nāgasena, yo akkosanto bhaṇati, tassa mayaṃ kahāpaṇaṃ daṇḍaṃ dhārema, aparādho yeva so vatthuṃ nissāya visuṃ vohāraṃ ācaranto akkosatī"ti. – Можно оскорбить и говоря сущую правду, почтенный Нагасена; мы на такого накладываем пеню в одну каршапану; это все же проступок. Если кто-то говорит дело, но в резких выражениях, он уже оскорбитель496.
"Atthi pana, mahārāja, sutapubbaṃ tayā khalitassa abhivādanaṃ vā paccuṭṭhānaṃ vā sakkāraṃ vā upāyanānuppadānaṃ vā"ti? – Скажи, государь, ты слышал когда-либо, чтобы злодея стоя и с почтением приветствовали, выказывали уважение к нему и одаривали наперебой?
"Na hi, bhante, yato kutoci yattha katthaci khalito, so paribhāsanāraho hoti tajjanāraho, uttamaṅgampissa chindanti hanantipi bandhantipi ghātentipi jhāpentipī"ti [jāpentipīti (sī. pī.)]. – Нет, почтенный. Где бы ни был злодей, откуда бы ни был, он заслуживает оскорблений и угроз. Ему и голову отрубить могут, и избить, и посадить в тюрьму, и убить, и обойтись с презрением.
"Tena hi, mahārāja, bhagavatā kiriyā yeva katā, no akiriyā"ti. ¶ – Значит, государь, Блаженный поступил вполне правильно? ¶
"Kiriyampi, bhante nāgasena, kurumānena patirūpena kātabbaṃ anucchavikena, savanenapi, bhante nāgasena, tathāgatassa sadevako loko ottappati hiriyati bhiyyo dassanena tatuttariṃ upasaṅkamanena payirupāsanenā"ti. – Даже тому, кто поступает правильно, почтенный Нагасена, следует действовать уместным и подобающим образом. Ведь достаточно уже услышать богам или людям о Татхагате, чтобы они устыдились и усовестились своих дурных поступков, тем более если они его увидят; а если приблизятся к нему и услышат его проповедь – и того вернее это будет.
"Api nu kho, mahārāja, tikicchako abhisanne kāye kupite dose sinehanīyāni bhesajjāni detī"ti? – А скажи, государь, какие лекарства прописывает врач, когда тело у больного раздуто497 и болезнетворные начала расстроили здоровье? Умягчающие разве?
"Na hi, bhante, tiṇhāni lekhanīyāni bhesajjāni detī"ti. Нет, почтенный. Стараясь исцелить больного, он тогда прописывает ему острые, едкие лекарства.
"Evameva kho, mahārāja, tathāgato sabbakilesabyādhivūpasamāya anusiṭṭhiṃ deti, pharusāpi, mahārāja, tathāgatassa vācā satte sinehayati, muduke karoti. Вот точно так же, государь, дает наставления Татхагата, для того чтобы все болезни-аффекты утихли. Даже грубые слова Татхагаты, государь, умягчают существ, делают их гибкими.
Yathā, mahārāja, uṇhampi udakaṃ yaṃ kiñci sinehanīyaṃ sinehayati, mudukaṃ karoti, evameva kho, mahārāja, pharusāpi tathāgatassa vācā atthavatī hoti karuṇāsahagatā. Скажем, государь, как вода, даже будучи горячей, размягчает то, что надо размягчить, и делает это гибким, вот точно так же, государь, даже грубые слова Татхагаты целенаправленны и проникнуты состраданием.
Yathā, mahārāja, pituvacanaṃ puttānaṃ atthavantaṃ hoti karuṇāsahagataṃ, evameva kho, mahārāja, pharusāpi tathāgatassa vācā atthavatī hoti karuṇāsahagatā. Как обращенный к сыновьям совет отца, государь, целенаправлен и проникнут состраданием, вот точно также, государь, даже грубые слова Татхагаты целенаправленны и проникнуты состраданием.
Pharusāpi, mahārāja, tathāgatassa vācā sattānaṃ kilesappahānā [kilesappahānāya (sī.)] hoti. Даже грубые слова Татхагаты, государь, гонят аффекты прочь.
Yathā, mahārāja, duggandhampi gomuttaṃ pītaṃ virasampi agadaṃ khāyitaṃ sattānaṃ byādhiṃ hanati, evameva kho, mahārāja, pharusāpi tathāgatassa vācā atthavatī karuṇāsahagatā. Как зловонная коровья моча, выпитая больным, или как съеденное им невкусное лекарство подавляют болезнь, вот точно так же, государь, даже грубые слова Татхагаты целенаправленны и проникнуты состраданием.
Yathā, mahārāja, mahantopi tūlapuñjo [tūlapicu (sī. syā.)] parassa kāye nipatitvā rujaṃ na karoti, evameva kho, mahārāja, pharusāpi tathāgatassa vācā na kassaci dukkhaṃ uppādetī"ti. И как кипа хлопка, даже большая, упав на тело, не ранит, вот точно так же, государь, даже грубые слова Татхагаты страдания никому не причиняют.
"Suvinicchito, bhante nāgasena, pañho bahūhi kāraṇehi, sādhu, bhante nāgasena, evametaṃ tathā sampaṭicchāmī"ti. ¶ – Поистине, почтенный Нагасена, разрешен вопрос многими доводами. Отлично, почтенный Нагасена; да, это так. Я с этим согласен498. ¶
Pharusavācābhāvapañho catuttho. ¶
5. Rukkhaacetanābhāvapañho ¶ Вопрос 5 (23) ¶
5. "Bhante nāgasena, bhāsitampetaṃ tathāgatena – ¶ Почтенный Нагасена, есть изречение Блаженного: ¶
"'Acetanaṃ brāhmaṇa assuṇantaṃ, jāno ajānantamimaṃ palāsaṃ; ¶ «Тебе не внемлющее и бездушное, К чему остролистое499 это дерево, ¶
Āraddhavīriyo dhuvaṃ appamatto, sukhaseyyaṃ pucchasi kissa hetū'ti [jā. 1.4.25]. ¶ Всегда прилежный, умный, бодрый брахман, Ты спрашиваешь, как ему живется500? » ¶
Puna ca bhaṇitaṃ – ¶ И, однако, говорится: ¶
"'Iti phandanarukkhopi, tāvade ajjhabhāsatha; ¶ «Вдруг остролистое заговорило дерево: ¶
Mayhampi vacanaṃ atthi, bhāradvāja suṇohi me'ti [jā. 1.13.20]. ¶ «Я тоже дам совет. Послушай, Бхарадваджа»501. ¶
"Yadi, bhante nāgasena, rukkho acetano, tena hi phandanena rukkhena bhāradvājena saha sallapitanti yaṃ vacanaṃ, taṃ micchā. Если, почтенный Нагасена, дерево неодушевленно, то ложны слова, что Бхарадваджа беседовал с остролистым деревом.
Yadi phandanena rukkhena bhāradvājena saddhiṃ sallapitaṃ, tena hi rukkho acetanoti tampi vacanaṃ micchā. Если же беседовал Бхарадваджа с остролистым деревом, то тогда ложны слова, будто дерево неодушевленно.
Ayampi ubhato koṭiko pañho tavānuppato, so tayā nibbāhitabbo"ti. ¶ Вот еще вопрос обоюдоострый. Тебе он поставлен, тебе его и решать. ¶
"Bhāsitampetaṃ, mahārāja, bhagavatā 'rukkho acetano'ti, phandanena ca rukkhena bhāradvājena saddhiṃ sallapitaṃ, tañca pana vacanaṃ lokasamaññāya bhaṇitaṃ. – Есть, государь, изречение Блаженного: «Дерево неодушевленно». А Бхарадваджа действительно беседовал с остролистым деревом. Правда, это выражение повседневного языка:
Natthi, mahārāja, acetanassa rukkhassa sallāpo nāma, api ca, mahārāja, tasmiṃ rukkhe adhivatthāya devatāyetaṃ adhivacanaṃ rukkhoti, rukkho sallapatīti cesā lokapaṇṇatti, yathā, mahārāja, sakaṭaṃ dhaññassa paripūritaṃ dhaññasakaṭanti jano voharati, na ca taṃ dhaññamayaṃ sakaṭaṃ, rukkhamayaṃ sakaṭaṃ, tasmiṃ sakaṭe dhaññassa pana ākiritattā dhaññasakaṭanti jano voharati, evameva kho, mahārāja, na rukkho sallapati, rukkho acetano, yā pana tasmiṃ rukkhe adhivatthā devatā, tassā yeva taṃ adhivacanaṃ rukkhoti, rukkho sallapatīti cesā lokapaṇṇatti. ¶ конечно, государь, беседовать с неодушевленным деревом невозможно. Деревом, государь, назван здесь обитавший на дереве дух, но в обиходном языке выходит, будто говорило дерево. Скажем, государь, про воз, полный зерна, в обиходе скажут «воз зерна», но ведь этот воз сделан не из зерна, воз сделан из дерева. Однако, оттого что в этот воз насыпано зерно, в обиходе про него скажут «воз зерна». Вот точно так же, государь, беседовало не дерево, дерево же неодушевленно. Деревом назван здесь обитавший на дереве дух, но в обиходном языке выходит, будто говорило дерево. ¶
"Yathā vā pana, mahārāja, dadhiṃ manthayamāno takkaṃ manthemīti voharati, na taṃ takkaṃ, yaṃ so mantheti, dadhiṃ yeva so manthento takkaṃ manthemīti voharati, evameva kho, mahārāja, na rukkho sallapati, rukkho acetano. Или, скажем, государь, тот, кто сбивает простоквашу, говорит сам, что он, мол, сбивает пахту. Но ведь то, что он сбивает, еще не пахта, сбивает он пока простоквашу, хотя и говорит, что сбивает пахту.
Yā pana tasmiṃ rukkhe adhivatthā devatā, tassāyeva taṃ adhivacanaṃ rukkhoti, rukkho sallapatīti cesā lokapaṇṇatti. ¶ Вот точно так же, государь, беседовало не дерево, дерево же неодушевленно. Деревом назван здесь обитавший на дереве дух, но в обиходном языке выходит, будто говорило дерево. ¶
"Yathā vā pana, mahārāja, asantaṃ sādhetukāmo santaṃ sādhemīti voharati, asiddhaṃ siddhanti voharati, evamesā lokasamaññā, evameva kho, mahārāja, na rukkho sallapati, rukkho acetano. Или, скажем, государь, если некто только собирается уходить, он говорит: «Я иду»; то, чего еще нет, он называет так, будто это уже есть502. Но таков повседневный язык. Вот точно так же, государь, беседовало не дерево, дерево же неодушевленно.
Yā pana tasmiṃ rukkhe adhivatthā devatā, tassāyeva taṃ adhivacanaṃ rukkhoti, rukkho sallapatīti cesā lokapaṇṇatti, yāya, mahārāja, lokasamaññāya jano voharati, tathāgatopi tāyeva lokasamaññāya sattānaṃ dhammaṃ desetī"ti. Деревом назван здесь обитавший на дереве дух, но в обиходном языке выходит, будто говорило дерево. А Татхагата, государь, проповедует Учение на том самом повседневном языке, на котором принято говорить.
"Sādhu, bhante nāgasena, evametaṃ tathā sampaṭicchāmī"ti. ¶ – Отлично, почтенный Нагасена; да, это так, я с этим согласен503. ¶
Rukkhaacetanābhāvapañho pañcamo. ¶
6. Piṇḍapātamahapphalapañho ¶ Вопрос 6 (24) ¶
6. "Bhante nāgasena, bhāsitampetaṃ dhammasaṅgītikārakehi therehi – ¶ Почтенный Нагасена, есть изречение тхер – глашатаев Учения504: ¶
"'Cundassa bhattaṃ bhuñjitvā, kammārassāti me sutaṃ; ¶ «Отведав угощенья Чунды, Что кузнецом был, по преданью, ¶
Ābādhaṃ samphusī dhīro, pabāḷhaṃ māraṇantika'nti [dī. ni. 2.190]. ¶ Смертельно заболел мудрец»505. ¶
"Puna ca bhagavatā bhaṇitaṃ 'dveme, ānanda, piṇḍapātā samasamaphalā samavipākā ativiya aññehi piṇḍapātehi mahapphalatarā ca mahānisaṃsatarā ca. И, однако, Блаженный сказал: «Есть две трапезы, Ананда, равные величием. Одинаковы их плоды, одинаково их завершение. Они других трапез и премного плодотворнее, и премного превосходнее.
Katame dve? Вот эти две трапезы:
Yañca piṇḍapātaṃ paribhuñjitvā tathāgato anuttaraṃ sammāsambodhiṃ abhisambujjhi, yañca piṇḍapātaṃ paribhuñjitvā tathāgato anupādisesāya nibbānadhātuyā parinibbāyati. первую вкусив, Татхагата достиг высочайшего истинного всепросветления; вторую вкусив, уйдет в окончательный безостаточный покой.
Ime dve piṇḍapātā samasamaphalā samavipākā, ativiya aññehi piṇḍapātehi mahapphalatarā ca mahānisaṃsatarā cā'ti. Эти две трапезы равны величием. Одинаковы их плоды, одинаково их завершение. Они других трапез и премного плодотворнее, и премного превосходнее»506.
Yadi, bhante nāgasena, bhagavato cundassa bhattaṃ bhuttāvissa [bhuñjitvā (sī.)] kharo ābādho uppanno, pabāḷhā ca vedanā pavattā māraṇantikā, tena hi 'dveme, ānanda, piṇḍapātā samasamaphalā samavipākā ativiya aññehi piṇḍapātehi mahapphalatarā ca mahānisaṃsatarā cā'ti yaṃ vacanaṃ, taṃ micchā. Если, почтенный Нагасена, Блаженный после угощения Чунды разболелся, испытал тяжкие боли и скончался, то ложны слова: «Есть две трапезы, Ананда, равные величием. Одинаковы их плоды, одинаково их завершение. Они других трапез и премного плодотворнее, и премного превосходнее».
Yadi dveme piṇḍapātā samasamaphalā samavipākā ativiya aññehi piṇḍapātehi mahapphalatarā ca mahānisaṃsatarā ca, tena hi bhagavato cundassa bhattaṃ bhuttāvissa [bhuñjitvā (sī.)] kharo ābādho uppanno, pabāḷhā ca vedanā pavattā māraṇantikāti tampi vacanaṃ micchā. Если же действительно «есть две трапезы, равные величием, одинаковы их плоды, одинаково их завершение. Они других трапез и премного плодотворнее, и премного превосходнее», то тогда ложны слова, что Блаженный после угощения Чунды разболелся, испытал тяжкие боли и скончался.
Kiṃnu kho, bhante nāgasena, so piṇḍapāto visagatatāya mahapphalo, roguppādakatāya mahapphalo, āyuvināsakatāya mahapphalo, bhagavato jīvitaharaṇatāya mahapphalo? Что же, почтенный Нагасена, тем эта трапеза, что яду полна, плодотворна? Тем, что вызвала недуг, плодотворна? Тем, что унесла здоровье, плодотворна? Тем, что жизни Блаженного лишила, плодотворна?
Tattha me kāraṇaṃ brūhi paravādānaṃ niggahāya, etthāyaṃ jano sammūḷho lobhavasena atibahuṃ khāyitena lohitapakkhandikā uppannāti. Назови мне обоснование, опровергни наветы. На этом же люди помрачаются: объелся, говорят, по своей жадности, потому и заболел кровавым поносом507.
Ayampi ubhato koṭiko pañho tavānuppatto, so tayā nibbāhitabbo"ti. ¶ Вот еще вопрос обоюдоострый. Тебе он поставлен, тебе его и решать. ¶
"Bhāsitampetaṃ, mahārāja, dhammasaṅgītikārakehi therehi – ¶ – Есть, государь, изречение тхер – глашатаев Учения: ¶
"'Cundassa bhattaṃ bhuñjitvā, kammārassāti me sutaṃ; ¶ «Отведав угощенья Чунды, Что кузнецом был, по преданью, ¶
Ābādhaṃ samphusī dhīro, pabāḷhaṃ māraṇantika'nti. ¶ Смертельно заболел мудрец». ¶
"Bhagavatā ca bhaṇitaṃ 'dveme, ānanda, piṇḍapātā samasamaphalā samavipākā ativiya aññehi piṇḍapātehi mahapphalatarā ca mahānisaṃsatarā ca. И действительно, Блаженный сказал: «Есть две трапезы, Ананда, равные величием.
Katame dve?
Yañca piṇḍapātaṃ paribhuñjitvā tathāgato anuttaraṃ sammāsambodhiṃ abhisambujjhi, yañca piṇḍapātaṃ paribhuñjitvā tathāgato anupādisesāya nibbānadhātuyā parinibbāyati [parinibbāyi (sī.)], ime dve piṇḍapātā samasamaphalā samavipākā, ativiya aññehi piṇḍapātehi mahapphalatarā ca mahānisaṃsatarā cā'ti. ¶ ... Одинаковы их плоды, одинаково их завершение. Они других трапез и премного плодотворнее, и премного превосходнее». ¶
"So pana piṇḍapāto bahuguṇo anekānisaṃso. У той последней трапезы много достоинств, немало преимуществ.
Devatā, mahārāja, haṭṭhā pasannamānasā 'ayaṃ bhagavato pacchimo piṇḍapāto'ti dibbaṃ ojaṃ sūkaramaddave ākiriṃsu. Боги знали, государь, что это последняя трапеза Блаженного; на сердце у них тогда было радостно и светло; блюдо из свинины508, приготовленное Чундой, они окропили небесным питательным соком509.
Tañca pana sammāpākaṃ lahupākaṃ [bahupākaṃ (sī.)] manuññaṃ bahurasaṃ jaṭṭharaggitejassa hitaṃ. Было оно хорошо и легко усвояемым, вкусным, приятным, полезным для желудочного огня.
Na, mahārāja, tatonidānaṃ bhagavato koci anuppanno rogo uppanno, api ca, mahārāja, bhagavato pakatidubbale sarīre khīṇe āyusaṅkhāre uppanno rogo bhiyyo abhivaḍḍhi. ¶ Оно не вызвало у Блаженного, государь, никакого нового недуга. Но, государь, Блаженный и так уже был телом немощен, в нем иссякла жизненная сила, а от еды его старый недуг еще больше обострился. ¶
"Yathā, mahārāja, pakatiyā jalamāno aggi aññasmiṃ upādāne dinne bhiyyo pajjalati, evameva kho, mahārāja, bhagavato pakatidubbale sarīre khīṇe āyusaṅkhāre uppanno rogo bhiyyo abhivaḍḍhi. ¶ Ведь если, государь, в костер, который и так уже горит, подбавить еще топлива, то он разгорится еще больше. Вот точно так же, государь, Блаженный и так уже был телом немощен, в нем иссякла жизненная сила, а от еды старый его недуг еще больше обострился. ¶
"Yathā vā pana, mahārāja, soto pakatiyā sandamāno abhivuṭṭhe mahāmeghe bhiyyo mahogho udakavāhako hoti, evameva kho, mahārāja, bhagavato pakatidubbale sarīre khīṇe āyusaṅkhāre uppanno rogo bhiyyo abhivaḍḍhi. ¶ Или иначе, государь: если в реку, которая и так уже течет, прольется из большой тучи дождь, то она вздуется и станет еще полноводнее. Вот точно так же, государь, Блаженный и так уже был телом немощен, в нем иссякла жизненная сила, а от еды старый его недуг еще больше обострился. ¶
"Yathā vā pana, mahārāja, pakatiyā abhisannadhātu kucchi aññasmiṃ ajjhoharite bhiyyo āyameyya [āmayeyya (sī.)], evameva kho, mahārāja, bhagavato pakatidubbale sarīre khīṇe āyusaṅkhāre uppanno rogo bhiyyo abhivaḍḍhi, natthi, mahārāja, tasmiṃ piṇḍapāte doso, na ca tassa sakkā dosaṃ āropetu"nti. ¶ Или иначе, государь: если кто и так уже толстопузый, а потом еще раз наестся, то пузо у него выпятится еще больше. Вот точно так же, государь, Блаженный и так уже был телом немощен, в нем иссякла жизненная сила, а от еды старый его недуг еще больше обострился. Не было, государь, в том угощении ничего дурного, невозможно в нем усмотреть ничего дурного. ¶
"Bhante nāgasena, kena kāraṇena te dve piṇḍapātā samasamaphalā samavipākā ativiya aññehi piṇḍapātehi mahapphalatarā ca mahānisaṃsatarā cā"ti? – Почтенный Нагасена, почему те две трапезы равны величием, почему одинаковы их плоды, одинаково их завершение, а они прочих трапез и премного плодотворнее, и премного превосходнее?
"Dhammānumajjanasamāpattivasena, mahārāja, te dve piṇḍapātā samasamaphalā samavipākā ativiya aññehi piṇḍapātehi mahapphalatarā ca mahānisaṃsatarā cā"ti. ¶ – Благодаря овладениям-притиркам мыслью к дхармам510, государь, те две трапезы равны величием, одинаковы их плоды, одинаково их завершение, а они прочих трапез и премного плодотворнее, и премного превосходнее. ¶
"Bhante nāgasena, katamesaṃ dhammānaṃ anumajjanasamāpattivasena te dve piṇḍapātā samasamaphalā samavipākā ativiya aññehi piṇḍapātehi mahapphalatarā ca mahānisaṃsatarā cā"ti? – Благодаря овладениям-притиркам мыслью к каким дхармам, почтенный, те две трапезы равны величием и одинаковы их плоды, одинаково их завершение, а они прочих трапез и премного плодотворнее, и премного превосходнее?
"Navannaṃ, mahārāja, anupubbavihārasamāpattīnaṃ anulomappaṭilomasamāpajjanavasena te dve piṇḍapātā samasamaphalā samavipākā ativiya aññehi piṇḍapātehi mahapphalatarā ca mahānisaṃsatarā cā"ti. ¶ – Благодаря притирке мыслью к погруженности в девять последовательных состояний-овладений в прямом и обратном порядке511, государь, те две трапезы равны величием и одинаковы их плоды, одинаково их завершение, а они прочих трапез и премного плодотворнее, и премного превосходнее. ¶
"Bhante nāgasena, dvīsu yeva divasesu adhimattaṃ tathāgato navānupubbavihārasamāpattiyo anulomappaṭilomaṃ samāpajjī"ti? – Почтенный Нагасена, именно в те два дня Татхагата больше обычного в прямом и обратном порядке погружался в девять последовательных состояний-овладений?
"Āma, mahārājā"ti. – Да, государь512.
"Acchariyaṃ, bhante nāgasena, abbhutaṃ bhante nāgasena. – Необычайно, почтенный Нагасена, чудесно, почтенный Нагасена!
Yaṃ imasmiṃ buddhakkhette asadisaṃ paramadānaṃ, tampi imehi dvīhi piṇḍapātehi agaṇitaṃ. Даже бесподобному, высшему даянию во всем поле проповеди513 Просветленного и то с этими двумя даяниями не сравниться.
Acchariyaṃ, bhante nāgasena, abbhutaṃ, bhante nāgasena. Необычайно, почтенный Нагасена, чудесно, почтенный Нагасена!
Yāva mahantā navānupubbavihārasamāpattiyo, yatra hi nāma navānupubbavihārasamāpattivasena dānaṃ mahapphalataraṃ hoti mahānisaṃsatarañca. Сколь же велики погруженности в девять последовательных состояний-овладений и насколько же благодаря погруженности в девять последовательных состояний-овладений сделались эти даяния всех прочих и премного плодотворнее, и премного превосходнее!
Sādhu, bhante nāgasena, evametaṃ tathā sampaṭicchāmī"ti. ¶ Отлично, почтенный Нагасена. Да, это так, я с этим согласен. ¶
Piṇḍapātamahapphalapañho chaṭṭho. ¶
7. Buddhapūjanapañho ¶ Вопрос 7 (25) ¶
7. "Bhante nāgasena, bhāsitampetaṃ tathāgatena 'abyāvaṭā tumhe, ānanda, hotha tathāgatassa sarīrapūjāyā'ti. Почтенный Нагасена, есть изречение Блаженного: «Не путайте себя, Ананда, культом мощей Татхагаты»514.
Puna ca bhaṇitaṃ – ¶ И еще сказано: ¶
"'Pūjetha naṃ pūjaniyassa dhātuṃ; ¶ «Поклоняйтесь мощам, поклоненья достойным. ¶
Evaṃ karā saggamito gamissathā'ti. ¶ Поступая так, на небеса попадете»515. ¶
"Yadi, bhante nāgasena, tathāgatena bhaṇitaṃ 'abyāvaṭā tumhe, ānanda, hotha tathāgatassa sarīrapūjāyā'ti, tena hi 'pūjetha naṃ pūjaniyassa dhātuṃ, evaṃ karā saggamito gamissathā'ti yaṃ vacanaṃ, taṃ micchā. Если, почтенный Нагасена, Татхагата сказал: «Не путайте себя, Ананда, культом мощей Татхагаты», то ложны слова: «Поклоняйтесь мощам, поклоненья достойным. Поступая так, на небеса попадете».
Yadi tathāgatena bhaṇitaṃ 'pūjetha naṃ pūjaniyassa dhātuṃ, evaṃ karā saggamito gamissathā'ti, tena hi 'abyāvaṭā tumhe ānanda, hotha tathāgatassa sarīrapūjāyā'ti tampi vacanaṃ micchā. Если же Татхагата сказал: «Поклоняйтесь мощам, поклоненья достойным: Поступая так, на небеса попадете», то ложны слова: «Не путайте себя, Ананда, культом мощей Татхагаты».
Ayampi ubhato koṭiko pañho tavānuppatto, so tayā nibbāhitabbo"ti. ¶ Вот еще вопрос обоюдоострый. Тебе он поставлен, тебе его и решать. ¶
"Bhāsitampetaṃ, mahārāja, bhagavatā 'abyāvaṭā tumhe, ānanda, hotha tathāgatassa sarīrapūjāyā'ti, puna ca bhaṇitaṃ 'pūjetha naṃ pūjaniyassa dhātuṃ, evaṃ karā saggamito gamissathā'ti, tañca pana na sabbesaṃ jinaputtānaṃ yeva ārabbha bhaṇitaṃ 'abyāvaṭā tumhe, ānanda, hotha tathāgatassa sarīrapūjāyā'ti. – Есть, государь, изречение Блаженного: «Не путайте себя, Ананда, культом мощей Татхагаты». И еще сказано: «Поклоняйтесь мощам, поклоненья достойным. Поступая так, на небеса попадете». Слова «Не путайте себя, Ананда, культом мощей Татхагаты» сказаны не для всех, а только для сынов Победителя.
Akammaṃ hetaṃ, mahārāja, jinaputtānaṃ yadidaṃ pūjā, sammasanaṃ saṅkhārānaṃ, yoniso manasikāro, satipaṭṭhānānupassanā, ārammaṇasāraggāho, kilesayuddhaṃ, sadatthamanuyuñjanā, etaṃ jinaputtānaṃ karaṇīyaṃ, avasesānaṃ devamanussānaṃ pūjā karaṇīyā. ¶ Не дело, государь, сынам Победителя заниматься культом. Потрогать слагаемые516, быть правильно внимательным, поставить себе памятование517, схватывать суть предмета созерцания, разить аффекты, следовать к своей цели – вот что должны делать сыны Победителя, а прочие боги и люди пусть занимаются культом. ¶
"Yathā, mahārāja, mahiyā rājaputtānaṃ hatthiassarathadhanutharulekhamuddāsikkhākhaggamantasuti- sammutiyuddhayujjhāpanakiriyā karaṇīyā, avasesānaṃ puthuvessasuddānaṃ kasi vaṇijjā gorakkhā karaṇīyā, evameva kho, mahārāja, akammaṃ hetaṃ jinaputtānaṃ yadidaṃ pūjā, sammasanaṃ saṅkhārānaṃ, yoniso manasikāro, satipaṭṭhānānupassanā, ārammaṇasāraggāho, kilesayuddhaṃ, sadatthamanuyuñjanā, etaṃ jinaputtānaṃ karaṇīyaṃ, avasesānaṃ devamanussānaṃ pūjā karaṇīyā. ¶ Скажем, государь, сыновья царей земли должны учиться обращению со слоном, с конем, с колесницей, с луком, с мечом, учиться письму, печатям518, должны заниматься кшатрийскими мантрами, ведами, преданием519, воинским и полководческим искусством, а прочее множество вайшьев и шудр пусть занимается торговлей, скотоводством, земледелием. Вот точно так же, государь, не дело сынам Победителя заниматься культом. Потрогать слагаемые, быть правильно внимательным, поставить себе памятование, схватывать суть предмета созерцания, разить аффекты, следовать к своей цели – вот что должны делать сыны Победителя, а прочие боги и люди пусть занимаются культом. ¶
"Yathā vā pana, mahārāja, brāhmaṇamāṇavakānaṃ iruvedaṃ yajuvedaṃ sāmavedaṃ athabbaṇavedaṃ lakkhaṇaṃ itihāsaṃ purāṇaṃ nighaṇḍu keṭubhaṃ akkharappabhedaṃ padaṃ veyyākaraṇaṃ bhāsamaggaṃ uppātaṃ supinaṃ nimittaṃ chaḷaṅgaṃ candaggāhaṃ sūriyaggāhaṃ sukkarāhucaritaṃ uḷuggahayuddhaṃ [oḷuggahayuddhaṃ (ka.)] devadundubhissaraṃ okkanti ukkāpātaṃ bhūmikammaṃ [bhūmikampaṃ (sī. pī.)] disādāhaṃ bhummantalikkhaṃ jotisaṃ lokāyatikaṃ sācakkaṃ migacakkaṃ antaracakkaṃ missakuppādaṃ sakuṇarutaravitaṃ [sakuṇarutaṃ (sī.)] sikkhā karaṇīyā, avasesānaṃ puthuvessasuddānaṃ kasi vaṇijjā gorakkhā karaṇīyā, evameva kho, mahārāja, akammaṃ hetaṃ jinaputtānaṃ yadidaṃ pūjā, sammasanaṃ saṅkhārānaṃ, yoniso manasikāro, satipaṭṭhānānupassanā, ārammaṇasāraggāho, kilesayuddhaṃ, sadatthamanuyuñjanā, etaṃ jinaputtānaṃ karaṇīyaṃ, avasesānaṃ devamanussānaṃ pūjā karaṇīyā, tasmā, mahārāja, tathāgato 'mā ime akamme yuñjantu, kamme ime yuñjantū'ti āha 'abyāvaṭā tumhe, ānanda, hotha tathāgatassa sarīrapūjāyā'ti. Или, скажем, государь, отпрыски брахманских родов должны изучать Ригведу, Яджурведу, Самаведу, Атхарваведу, приметы на теле, древние были и сказания, словари, ритуал, членение на слоги, разделение на слова, грамматику, способы толкования, словопроизводство, толкование сновидений и примет, шесть вспомогательных добавлений к ведам, лунные затмения, солнечные затмения, борьбу влияния планет и созвездий лунного зодиака, орбиты светил и Раху, звуки небесных барабанов, заход звезд, падучие звезды, землетрясения, покраснение небес в какой-то стороне света, земные и воздушные знамения, астрономию, искусство спора, круг собак, круг зверей, внутренний круг, смешанное возникновение, птичий крик и щебет520, а прочее множество вайшьев и шудр пусть занимается торговлей, скотоводством, земледелием. Вот точно так же, государь, не дело сынам Победителя заниматься культом. Потрогать слагаемые, быть правильно внимательным, поставить себе памятование, схватывать суть предмета созерцания, разить аффекты, следовать к своей цели – вот что должны делать сыны Победителя, а прочие боги и люди пусть занимаются культом. Поэтому, государь, Татхагата решил: «Нечего им бездельем заниматься, пусть занимаются делом» – и сказал: «Не путайте себя, Ананда, культом мощей Татхагаты».
Yadetaṃ, mahārāja, tathāgato na bhaṇeyya, pattacīvarampi attano pariyādāpetvā bhikkhū buddhapūjaṃ yeva kareyyu"nti. А если бы не сказал так Татхагата, монахи бы, государь, даже миске и одежде Просветленного стали бы поклоняться521.
"Sādhu, bhante nāgasena, evametaṃ tathā sampaṭicchāmī"ti. ¶ – Отлично, почтенный Нагасена; да, это так, я с этим согласен. ¶
Buddhapūjanapañho sattamo. ¶
8. Pādasakalikāhatapañho ¶ Вопрос 8 (26) ¶
8. "Bhante nāgasena, tumhe bhaṇatha 'bhagavato gacchantassa ayaṃ acetanā mahāpathavī ninnaṃ unnamati, unnataṃ onamatī'ti, puna ca bhaṇatha 'bhagavato pādo sakalikāya khato'ti. Почтенный Нагасена, вы утверждаете: «Под ногою Блаженного неодушевленная земная твердь заполняет ямы и ровняет бугры»522. И еще утверждаете: «Блаженному обломком скалы поранило ногу»523.
Yā sā sakalikā bhagavato pāde patitā, kissa pana sā sakalikā bhagavato pādā na nivattā. Почему же вбок не свернул тот обломок скалы, что попал Блаженному по ноге?
Yadi, bhante nāgasena, bhagavato gacchantassa ayaṃ acetanā mahāpathavī ninnaṃ unnamati, unnataṃ onamati, tena hi 'bhagavato pādo sakalikāya khato'ti yaṃ vacanaṃ, taṃ micchā. Если, почтенный Нагасена, «под ногою Блаженного неодушевленная земная твердь заполняет ямы и ровняет бугры», то ложны слова, будто Блаженному поранило ногу осколком скалы.
Yadi bhagavato pādo sakalikāya khato, tena hi 'bhagavato gacchantassa ayaṃ acetanā mahāpathavī ninnaṃ unnamati unnataṃ onamatī'ti tampi vacanaṃ micchā. Если же поранило Блаженному ногу осколком скалы, то ложны слова, будто «под ногою Блаженного неодушевленная земная твердь заполняет ямы и ровняет бугры».
Ayampi ubhato koṭiko pañho tavānuppatto, so tayā nibbāhitabbo"ti. ¶ Вот еще вопрос обоюдоострый. Тебе он поставлен, тебе его и решать. ¶
"Saccaṃ, mahārāja, atthetaṃ bhagavato gacchantassa ayaṃ acetanā mahāpathavī ninnaṃ unnamati unnataṃ onamati, bhagavato ca pādo sakalikāya khato, na ca pana sā sakalikā attano dhammatāya patitā, devadattassa upakkamena patitā. – Правда, государь, что «под ногою Блаженного неодушевленная земная твердь заполняет ямы и ровняет бугры». И действительно поранило ногу Блаженному обломком скалы. Однако этот обломок скалы свалился не сам по себе, его свалил Девадатта во время покушения.
Devadatto, mahārāja, bahūni jātisatasahassāni bhagavati āghātaṃ bandhi, so tena āghātena 'mahantaṃ kūṭāgārappamāṇaṃ pāsāṇaṃ bhagavato upari pātessāmī'ti muñci. Девадатта, государь, многие сотни тысяч рождений копил злобу на Блаженного. Охваченный этой злобой, он скинул с горы огромный камень, величиной с дом, целя им в Блаженного.
Atha dve selā pathavito uṭṭhahitvā taṃ pāsāṇaṃ sampaṭicchiṃsu, atha nesaṃ sampahārena pāsāṇato papaṭikā bhijjitvā yena vā tena vā patantī bhagavato pāde patitā"ti. ¶ Но тут из-под земли выросли две скалы и задержали камень. При ударе от камня откололся осколок, он отлетел куда-то в сторону и попал Блаженному по ноге. ¶
"Yathā ca, bhante nāgasena, dve selā pāsāṇaṃ sampaṭicchiṃsu, tatheva papaṭikāpi sampaṭicchitabbā"ti? – Следовало бы и осколок задержать, почтенный Нагасена; задержали же камень те две скалы.
"Sampaṭicchitampi, mahārāja, idhekaccaṃ paggharati pasavati na ṭhānamupagacchati, yathā, mahārāja, udakaṃ pāṇinā gahitaṃ aṅgulantarikāhi paggharati pasavati na ṭhānamupagacchati, khīraṃ takkaṃ madhuṃ sappi tesaṃ maccharasaṃ maṃsarasaṃ pāṇinā gahitaṃ aṅgulantarikāhi paggharati pasavati na ṭhānamupagacchati, evameva kho, mahārāja, sampaṭicchanatthaṃ upagatānaṃ dvinnaṃ selānaṃ sampahārena pāsāṇato papaṭikā bhijjitvā yena vā tena vā patantī bhagavato pāde patitā. ¶ – Даже если задержишь, государь, иное все же протечет, просочится и ускользнет прочь. Наберешь пригоршню воды, государь, а она промеж пальцев протечет, просочится и ускользнет прочь; или молоко, пахту, мед, топленое масло, растительное масло, рыбий или мясной сок: наберешь пригоршню, а они промеж пальцев протекут, просочатся и ускользнут прочь. Вот точно так же, государь, при ударе о две скалы, появившиеся, чтобы задержать камень, от него откололся осколок. Он отлетел куда-то в сторону и попал Блаженному по ноге. ¶
"Yathā vā pana, mahārāja, saṇhasukhumaaṇurajasamaṃ puḷinaṃ muṭṭhinā gahitaṃ aṅgulantarikāhi paggharati pasavati na ṭhānamupagacchati, evameva kho, mahārāja, sampaṭicchanatthaṃ upagatānaṃ dvinnaṃ selānaṃ sampahārena pāsāṇato papaṭikā bhijjitvā yena vā tena vā patantī bhagavato pāde patitā. ¶
"Yathā vā pana, mahārāja, kabaḷo mukhena gahito idhekaccassa mukhato muccitvā paggharati pasavati na ṭhānamupagacchati, evameva kho, mahārāja, sampaṭicchanatthaṃ upagatānaṃ dvinnaṃ selānaṃ sampahārena pāsāṇato papaṭikā bhijjitvā yena vā tena vā patantī bhagavato pāde patitā"ti. ¶
"Hotu, bhante nāgasena, selehi pāsāṇo sampaṭicchito, atha papaṭikāyapi apaciti kātabbā yatheva mahāpathaviyā"ti? – Хорошо, почтенный Нагасена, пусть те две скалы задержали камень. Но ведь должен был бы осколок тоже выказать должное внимание, как и сама земная твердь?
"Dvādasime, mahārāja, apacitiṃ na karonti. – Есть двенадцать разновидностей людей, государь, что не выказывают должного внимания.
Katame dvādasa? Вот они:
Ratto rāgavasena apacitiṃ na karoti, duṭṭho dosavasena, mūḷho mohavasena, unnato mānavasena, nigguṇo avisesatāya, atithaddho anisedhanatāya, hīno hīnasabhāvatāya, vacanakaro anissaratāya, pāpo kadariyatāya, dukkhāpito paṭidukkhāpanatāya, luddho lobhābhibhūtatāya, āyūhito atthasādhanatāya [atthasādhanena (syā. pī. ka.)] apacitiṃ na karoti. страстный из страсти должного внимания не выказывает, злой – по злобе, глупый – по глупости, спесивый – из гордости, посредственный – по своей заурядности, чрезмерно упрямый – по неуступчивости, ничтожный – по ничтожеству своей природы, послушный – потому что себе не хозяин, негодяй – по подлости, тот, кому навредили,– желая отомстить, жадный – потому, что жадность одолела, поглощенный делом – стремясь к цели, должного внимания не выказывает.
Ime kho mahārāja dvādasa apacitiṃ na karonti. Вот такие двенадцать разновидностей людей, государь, не выказывают должного внимания524.
Sā ca pana papaṭikā pāsāṇasampahārena bhijjitvā animittakatadisā yena vā tena vā patamānā bhagavato pāde patitā. ¶ Что же до того осколка, то он просто откололся при ударе камня о скалы, отлетел невесть куда, в сторону и попал Блаженному по ноге. ¶
"Yathā vā pana, mahārāja, saṇhasukhumaaṇurajo anilabalasamāhato animittakatadiso yena vā tena vā abhikirati, evameva kho, mahārāja, sā papaṭikā pāsāṇasampahārena bhijjitvā animittakatadisā yena vā tena vā patamānā bhagavato pāde patitā. Как мельчайшая, тончайшая цветочная пыльца, государь, летит невесть куда, поднятая порывом ветра, и оседает где придется, вот точно так же, государь, осколок тот откололся при ударе камня о скалы, отлетел невесть куда, в сторону и попал Блаженному по ноге.
Yadi pana, mahārāja, sā papaṭikā pāsāṇato visuṃ na bhaveyya, tampi te selā pāsāṇapapaṭikaṃ uppatitvā gaṇheyyuṃ. Если бы не отделился осколок от камня, государь, то выросшие две скалы и его бы захватили вместе с камнем.
Esā pana, mahārāja, papaṭikā na bhūmaṭṭhā na ākāsaṭṭhā, pāsāṇasampahāravegena bhijjitvā animittakatadisā yena vā tena vā patamānā bhagavato pāde patitā. ¶ Но этот осколок, государь, не находился ни на земле, ни в воздухе, он откололся при ударе камня, отлетел невесть куда, в сторону и попал Блаженному по ноге. ¶
"Yathā vā pana, mahārāja, vātamaṇḍalikāya ukkhittaṃ purāṇapaṇṇaṃ animittakatadisaṃ yena vā tena vā patati, evameva kho, mahārāja, esā papaṭikā pāsāṇasampahāravegena animittakatadisā yena vā tena vā patamānā bhagavato pāde patitā. Как опавшая листва, государь, летит невесть куда, взметенная в воздух смерчем, и падает где придется, вот точно так же, государь, осколок тот оторвался при ударе камня о скалы, отлетел невесть куда, в сторону и попал Блаженному по ноге.
Api ca, mahārāja, akataññussa kadariyassa devadattassa dukkhānubhavanāya papaṭikā bhagavato pāde patitā"ti. Только неблагодарный, подлый Девадатта пострадал оттого, что этот осколок попал Блаженному по ноге.
"Sādhu, bhante nāgasena, evametaṃ tathā sampaṭicchāmī"ti. ¶ – Отлично, почтенный Нагасена. Да, это так. Я с этим согласен. ¶
Pādasakalikāhatapañho aṭṭhamo. ¶
9. Aggaggasamaṇapañho ¶ Вопрос 9 (27) ¶
9. "Bhante nāgasena, bhāsitampetaṃ bhagavatā 'āsavānaṃ khayā samaṇo hotī'ti. – Почтенный Нагасена, есть изречение Блаженного: «Шраманом становится тот, у кого тяга иссякла»525.
Puna ca bhaṇitaṃ – ¶ И еще сказано: ¶
"'Catubbhi dhammehi samaṅgibhūtaṃ, taṃ ve naraṃ samaṇaṃ āhu loke'ti. ¶ «Того называют шраманом в мире, Кому четыре свойства присущи»526. ¶
Tatrime cattāro dhammā khanti appāhāratā rativippahānaṃ ākiñcaññaṃ. Вот эти четыре свойства: терпение, умеренность в еде, воздержание, нищета527.
Sabbāni panetāni aparikkhīṇāsavassa sakilesasseva honti. Однако всеми ими может обладать и имеющий аффекты человек, чья тяга пока не иссякла.
Yadi, bhante nāgasena, āsavānaṃ khayā samaṇo hoti, tena hi 'catubbhi dhammehi samaṅgibhūtaṃ, taṃ ve naraṃ samaṇaṃ āhu loke'ti yaṃ vacanaṃ, taṃ micchā. Если, почтенный Нагасена, «шраманом становится тот, у кого тяга иссякла», то ложны слова: «Того называют шраманом в мире, Кому четыре свойства присущи».
Yadi catubbhi dhammehi samaṅgibhūto samaṇo hoti, tena hi 'āsavānaṃ khayā samaṇo hotī'ti tampi vacanaṃ micchā, ayampi ubhato koṭiko pañho tavānuppatto, so tayā nibbāhitabbo"ti. ¶ Если же шраман – это тот, «кому четыре свойства присущи», то тогда ложны слова: «Шраманом становится тот, у кого тяга иссякла». Вот еще вопрос обоюдоострый. Тебе он поставлен, тебе его и решать. ¶
"Bhāsitampetaṃ, mahārāja, bhagavatā 'āsavānaṃ khayā samaṇo hotī'ti. – Есть, государь, изречение Блаженного: «Шраманом становится тот, у кого тяга иссякла».
Puna ca bhaṇitaṃ 'catubbhi dhammehi samaṅgibhūtaṃ, taṃ ve naraṃ samaṇaṃ āhu loke'ti. И сказано также: «Того называют шраманом в мире, Кому четыре свойства присущи».
Tadidaṃ, mahārāja, vacanaṃ tesaṃ tesaṃ puggalānaṃ guṇavasena bhaṇitaṃ 'catubbhi dhammehi samaṅgibhūtaṃ, taṃ ve naraṃ samaṇaṃ āhu loke'ti, idaṃ pana niravasesavacanaṃ 'āsavānaṃ khayā samaṇo hotī'ti. ¶ Вторые слова – «Того называют шраманам в мире, кому четыре свойства присущи» – суть высказывание о качествах тех или иных людей. Первые же слова – «Шраманом становится тот, у кого тяга иссякла» – безусловны528. ¶
"Api ca, mahārāja, ye keci kilesūpasamāya paṭipannā, te sabbe upādāyupādāya samaṇo khīṇāsavo aggamakkhāyati. И среди всех тех, государь, кто стремится успокоить аффекты, первым считается шраман, чья тяга уже иссякла.
Yathā, mahārāja, yāni kānici jalajathalajapupphāni, vassikaṃ tesaṃ aggamakkhāyati, avasesāni yāni kānici vividhāni pupphajātāni, sabbāni tāni pupphāni yeva, upādāyupādāya pana vassikaṃ yeva pupphaṃ janassa patthitaṃ pihayitaṃ. Как среди всех цветов, государь, растут ли они в воде или на суше, первой считается варшика529, все же другие виды цветов, сколько их ни есть, цветы, и только; цветок же варшики всем людям особенно приятен и дорог;
Evameva kho, mahārāja, ye keci kilesūpasamāya paṭipannā, te sabbe upādāyupādāya samaṇo khīṇāsavo aggamakkhāyati. ¶ вот точно так же, государь, среди всех тех, кто стремится успокоить аффекты, первым считается шраман, чья тяга уже иссякла. ¶
"Yathā vā pana, mahārāja, sabbadhaññānaṃ sāli aggamakkhāyati, yā kāci avasesā vividhā dhaññajātiyo, tā sabbā upādāyupādāya bhojanāni sarīrayāpanāya, sāli yeva tesaṃ aggamakkhāyati. Или, государь, как рис считается первым среди всех злаков. И все другие виды злаков, сколько их ни есть, тоже идут в пищу и укрепляют тело, но рис считается среди них первым.
Evameva kho, mahārāja, ye keci kilesūpasamāya paṭipannā, te sabbe upādāyupādāya samaṇo khīṇāsavo aggamakkhāyatī"ti. Вот точно так же, государь, среди всех тех, кто стремится успокоить аффекты, первым считается шраман, чья тяга уже иссякла530.
"Sādhu, bhante nāgasena, evametaṃ tathā sampaṭicchāmī"ti. ¶ – Отлично, почтенный Нагасена. Да, это так, я с этим согласен. ¶
Aggaggasamaṇapañho navamo. ¶
10. Vaṇṇabhaṇanapañho ¶ Вопрос 10 (28) ¶
10. "Bhante nāgasena, bhāsitampetaṃ bhagavatā 'mamaṃ vā, bhikkhave, pare vaṇṇaṃ bhāseyyuṃ, dhammassa vā, saṅghassa vā vaṇṇaṃ bhāseyyuṃ, tatra tumhehi na ānando, na somanassaṃ, na cetaso uppilāvitattaṃ karaṇīya'nti puna ca tathāgato selassa brāhmaṇassa yathābhucce vaṇṇe bhaññamāne ānandito sumano uppilāvito bhiyyo uttariṃ sakaguṇaṃ pakittesi – ¶ – Почтенный Нагасена, есть изречение Блаженного: «Мне ли чужие воздадут хвалу, Учению ли, общине ли – вы, монахи, не должны радоваться, ликовать и приходить в восторг»531. И, однако, Татхагата, слыша заслуженные похвалы себе от брахмана Шайлы, обрадовался, возликовал, пришел в восторг и сам стал прославлять себя все больше: ¶
"'Rājāhamasmi selāti, dhammarājā anuttaro; ¶ «Я царь во дхарме, Шайла, Царей превосходящий. ¶
Dhammena cakkaṃ vattemi, cakkaṃ appaṭivattiya'nti [ma. ni. 2.399]. ¶ Я неостановимо Качу колесо дхармы»532. ¶
"Yadi, bhante nāgasena, bhagavatā bhaṇitaṃ 'mamaṃ vā, bhikkhave, pare vaṇṇaṃ bhāseyyuṃ, dhammassa vā saṅghassa vā vaṇṇaṃ bhāseyyuṃ, tatra tumhehi na ānando, na somanassaṃ, na cetaso uppilāvitattaṃ karaṇīya'nti, tena hi selassa brāhmaṇassa yathābhucce vaṇṇe bhaññamāne ānandito sumano uppilāvito bhiyyo uttariṃ sakaguṇaṃ pakittesīti yaṃ vacanaṃ, taṃ micchā. Если, почтенный Нагасена, Блаженный сказал: «Мне ли чужие воздадут хвалу, Учению ли, общине ли – вы, монахи, не должны радоваться, ликовать и приходить в восторг», то ложны слова, что он, слыша заслуженные похвалы себе от брахмана Шайлы, обрадовался, возликовал, пришел в восторг и сам стал прославлять себя все больше.
Yadi selassa brāhmaṇassa yathābhucce vaṇṇe bhaññamāne ānandito sumano uppilāvito bhiyyo uttariṃ sakaguṇaṃ pakittesi, tena hi 'mamaṃ vā, bhikkhave, pare vaṇṇaṃ bhāseyyuṃ, dhammassa vā saṅghassa vā vaṇṇaṃ bhāseyyuṃ, tatra tumhehi na ānando, na somanassaṃ, na cetaso uppilāvitattaṃ karaṇīya'nti tampi vacanaṃ micchā. Если же верно, что он, слыша заслуженные похвалы себе от брахмана Шайлы, обрадовался, возликовал, пришел в восторг и сам стал прославлять себя еще больше, то ложны слова: «Мне ли чужие воздадут хвалу, Учению ли, общине ли – вы, монахи, не должны радоваться, ликовать и приходить в восторг».
Ayampi ubhato koṭiko pañho tavānuppatto, so tayā nibbāhitabbo"ti. ¶ Вот еще вопрос обоюдоострый. Тебе он поставлен, тебе его и решать. ¶
"Bhāsitampetaṃ, mahārāja, bhagavatā 'mamaṃ vā, bhikkhave, pare vaṇṇaṃ bhāseyyuṃ, dhammassa vā saṅghassa vā vaṇṇaṃ bhāseyyuṃ, tatra tumhehi na ānando, na somanassaṃ, na cetaso uppilāvitattaṃ karaṇīya'nti. – Есть, государь, изречение Блаженного: «Мне ли чужие воздадут хвалу, Учению ли, общине ли – вы, монахи, не должны радоваться, ликовать и приходить в восторг».
Selassa ca brāhmaṇassa yathābhucce vaṇṇe bhaññamāne bhiyyo uttariṃ sakaguṇaṃ pakittitaṃ – ¶ И действительно, он, слыша заслуженные похвалы Шайлы, сам стал прославлять себя еще больше: ¶
"'Rājāhamasmi selāti, dhammarājā anuttaro; ¶ «Я царь во дхарме, Шайла, Царей превосходящий. ¶
Dhammena cakkaṃ vattemi, cakkaṃ appaṭivattiya'nti. ¶ Я неостановимо Качу колесо дхармы». ¶
"Paṭhamaṃ, mahārāja, bhagavatā dhammassa sabhāvasarasalakkhaṇaṃ sabhāvaṃ avitathaṃ bhūtaṃ tacchaṃ tathatthaṃ paridīpayamānena bhaṇitaṃ 'mamaṃ vā bhikkhave, pare vaṇṇaṃ bhāseyyuṃ, dhammassa vā saṅghassa vā vaṇṇaṃ bhāseyyuṃ, tatra tumhehi na ānando, na somanassaṃ, na cetaso uppilāvitattaṃ karaṇīya'nti. В первом высказывании, государь, Блаженный проявляет природу, сущность, суть Учения, и это верно, истинно, правильно и неискаженно: «Мне ли чужие воздадут хвалу, Учению ли, общине ли – вы, монахи, не должны радоваться, ликовать и приходить в восторг».
Yaṃ pana bhagavatā selassa brāhmaṇassa yathābhucce vaṇṇe bhaññamāne bhiyyo uttariṃ sakaguṇaṃ pakittitaṃ 'rājāhamasmi selāti, dhammarājā anuttaro'ti taṃ na lābhahetu, na yasahetu, na attahetu, na pakkhahetu, na antevāsikamyatāya, atha kho anukampāya kāruññena hitavasena evaṃ imassa dhammābhisamayo bhavissati tiṇṇañca māṇavakasatānanti, evaṃ bhiyyo uttariṃ sakaguṇaṃ bhaṇitaṃ 'rājāhamasmi selāti, dhammarājā anuttaro'ti. Если же, слыша заслуженные похвалы брахмана Шайлы, Блаженный стал прославлять себя еще больше: «Я царь во дхарме, Шайла, царей превосходящий», то это, государь, не ради выгоды, не ради славы, не из пристрастия, не из желания получить учеников, но только из милосердия, из сострадания, из стремления к благу: «Так и он сможет постичь Учение, и триста брахманских юношей вместе с ним». Вот почему он сам прославил себя еще больше: «Я царь во дхарме, Шайла, царей превосходящий».
"Sādhu, bhante nāgasena, evametaṃ tathā sampaṭicchāmī"ti. ¶ – Отлично, почтенный Нагасена. Да, это так, я с этим согласен. ¶
Vaṇṇabhaṇanapañho dasamo. ¶
11. Ahiṃsāniggahapañho ¶ Вопрос 11 (29) ¶
11. "Bhante nāgasena, bhāsitampetaṃ bhagavatā 'ahiṃsayaṃ paraṃ loke, piyo hohisi māmako'ti. Почтенный Нагасена, есть изречение Блаженного: «Не причиняй никому вреда, всем будь мил и приятен»533.
Puna ca bhaṇitaṃ 'niggaṇhe niggahārahaṃ, paggaṇhe paggahāraha'nti. И еще говорится: «Если надо подавить – подави, если надо поддержать – поддержи»534.
Niggaho nāma, bhante nāgasena, hatthacchedo pādacchedo vadho bandhanaṃ kāraṇā māraṇaṃ santativikopanaṃ, na etaṃ vacanaṃ bhagavato yuttaṃ, na ca bhagavā arahati etaṃ vacanaṃ vattuṃ. Но, почтенный Нагасена, подавление – это ведь усекновение рук, усекновение ног, причинение увечий, заключение в тюрьму, пытки, умерщвление, искоренение рода. Подобные слова недостойны Блаженного; не пристало Блаженному говорить эти слова.
Yadi, bhante nāgasena, bhagavatā bhaṇitaṃ 'ahiṃsayaṃ paraṃ loke, piyo hohisi māmako"ti, tena hi "niggaṇhe niggahārahaṃ, paggaṇhe paggahāraha"nti yaṃ vacanaṃ, taṃ micchā. Если, почтенный Нагасена, Блаженный сказал: «Не причиняй никому вреда, всем будь мил и приятен», то ложны слова: «Если надо подавить – подави, если надо поддержать – поддержи».
Yadi tathāgatena bhaṇitaṃ "niggaṇhe niggahārahaṃ, paggaṇhe paggahāraha"nti, tena hi "ahiṃsayaṃ paraṃ loke, piyo hohisi māmako"ti tampi vacanaṃ micchā. Если Татхагата сказал: «Если надо подавить – подави, если надо поддержать – поддержи», то ложны слова: «Не причиняй никому вреда, всем будь мил и приятен».
Ayampi ubhato koṭiko pañho tavānuppatto, so tayā nibbāhitabbo"ti. ¶ Вот еще вопрос обоюдоострый. Тебе он поставлен, тебе его и решать. ¶
"Bhāsitampetaṃ, mahārāja, bhagavatā 'ahiṃsayaṃ paraṃ loke, piyo hohisi māmako'ti, bhaṇitañca 'niggaṇhe niggahārahaṃ, paggaṇhe paggahāraha'nti. – Есть, государь, изречение Блаженного: «Не причиняй никому вреда, всем будь мил и приятен». И сказано также: «Если надо подавить – подави, если надо поддержать – поддержи».
'Ahiṃsayaṃ paraṃ loke, piyo hohisi māmako'ti sabbesaṃ, mahārāja, tathāgatānaṃ anumataṃ etaṃ, esā anusiṭṭhi, esā dhammadesanā, dhammo hi, mahārāja, ahiṃsālakkhaṇo, sabhāvavacanaṃ etaṃ. Первое высказывание – «Не причиняй никому вреда, всем будь мил и приятен» – признано всеми татхагатами, и это – сама наставление, сама проповедь дхармы, ибо непричинение вреда – признак дхармы, государь. Это – сущностное слово.
Yaṃ pana, mahārāja, tathāgato āha 'niggaṇhe niggahārahaṃ, paggaṇhe paggahāraha'nti, bhāsā esā, uddhataṃ, mahārāja, cittaṃ niggahetabbaṃ, līnaṃ cittaṃ paggahetabbaṃ. Когда же Татхагата сказал: «Если надо подавить – подави, если надо поддержать – поддержи», то это, государь, надо так понимать: спесивую мысль, государь, следует подавлять, скромную мысль – поддерживать,
Akusalaṃ cittaṃ niggahetabbaṃ, kusalaṃ cittaṃ paggahetabbaṃ. дурную мысль – подавлять, благую мысль – поддерживать,
Ayoniso manasikāro niggahetabbo, yoniso manasikāro paggahetabbo. неправильное внимание – подавлять, правильное внимание – поддерживать,
Micchāpaṭipanno niggahetabbo, sammāpaṭipanno paggahetabbo. неистинно следующего Учению – подавлять, истинно следующего Учению – поддерживать,
Anariyo niggahetabbo ariyo paggahetabbo. не-ария – подавлять, ария – поддерживать,
Coro niggahetabbo, acoro paggahetabbo"ti. ¶ разбойника – подавлять, неразбойника – поддерживать. ¶
"Hotu, bhante nāgasena, idāni tvaṃ paccāgatosi mama visayaṃ, yamahaṃ pucchāmi, so me attho upagato. – Вот-вот, почтенный Нагасена. Ты понял меня правильно и отвечаешь мне именно на мой вопрос.
Coro pana, bhante nāgasena, niggaṇhantena kathaṃ niggahetabbo"ti? Так как же должен «подавлять» разбойника тот, кто его подавляет?
"Coro, mahārāja, niggaṇhantena evaṃ niggahetabbo, paribhāsanīyo paribhāsitabbo, daṇḍanīyo daṇḍetabbo, pabbājanīyo pabbājetabbo, bandhanīyo bandhitabbo, ghātanīyo ghātetabbo"ti. – Подавляющий разбойника, государь, должен подавлять его вот как: заслуживающего порицания – подвергнуть порицанию, с заслуживающего пени – взыскать пеню, заслуживающего изгнания – изгнать из царства, заслуживающего заключения в тюрьме – заключить в тюрьму, заслуживающего смерти – предать смерти.
"Yaṃ pana, bhante nāgasena, corānaṃ ghātanaṃ, taṃ tathāgatānaṃ anumata"nti? – Скажи, почтенный Нагасена, а если казнят разбойников, то это с одобрения татхагат?
"Na hi, mahārājā"ti. – Нет, государь.
"Kissa pana coro anusāsanīyo anumato tathāgatāna"nti? – А как же одобряют татхагаты, чтобы наставляли разбойников?
"Yo so, mahārāja, ghātīyati, na so tathāgatānaṃ anumatiyā ghātīyati, sayaṃkatena so ghātīyati, api ca dhammānusiṭṭhiyā anusāsīyati, sakkā pana, mahārāja, tayā purisaṃ akārakaṃ anaparādhaṃ vīthiyaṃ carantaṃ gahetvā ghātayitu"nti? – Если какого-то человека предают смерти, государь, то его предают смерти отнюдь не с одобрения татхагат; его предают смерти вследствие его собственных действий. Но он мог получать наставления в дхарме. Видано ли, государь, чтобы кто-то, в здравом уме будучи, схватил посреди улицы ни в чем не повинного человека и предал его смерти?
"Na sakkā, bhante"ti. – Нет, почтенный.
"Kena kāraṇena, mahārājā"ti? – Отчего же, государь?
"Akārakattā, bhante"ti. – Но он ни в чем не повинен, почтенный.
"Evameva kho, mahārāja, na coro tathāgatānaṃ anumatiyā haññati, sayaṃkatena so haññati, kiṃ panettha anusāsako kiñci dosaṃ āpajjatī"ti? – Вот точно так же, государь, разбойника казнят не с одобрения татхагат, казнят его вследствие его собственных действий. Разве есть здесь вина наставлявшего его?
"Na hi bhante"ti. – Нет, почтенный.
"Tena hi, mahārāja, tathāgatānaṃ anusiṭṭhi sammānusiṭṭhi hotī"ti. – Вот и выходит, государь, что наставление татхагат – беспристрастное535 наставление.
"Sādhu, bhante nāgasena, evametaṃ tathā sampaṭicchāmī"ti. ¶ – Отлично, почтенный Нагасена. Да, это так, я с этим согласен. ¶
Ahiṃsāniggahapañho ekādasamo. ¶
12. Bhikkhupaṇāmitapañho ¶ Вопрос 12(30) ¶
12. "Bhante nāgasena, bhāsitampetaṃ bhagavatā 'akkodhano vigatakhilohamasmī'ti, puna ca tathāgato there sāriputtamoggallāne saparise paṇāmesi, kiṃ nu kho, bhante nāgasena, tathāgato kupito parisaṃ paṇāmesi, udāhu tuṭṭho paṇāmesi, etaṃ tāva jānāhi imaṃ nāmāti? Почтенный Нагасена, есть изречение Блаженного: «Безгневен я, нет во мне жёсткости»536. И, однако, Татхагата распустил общину тхер Шарипутры и Маудгальяяны вместе с ними, самими537. Что же, почтенный Нагасена, рассердился Татхагата и потому распустил общину или же распустил общину, будучи доволен: «Вот уж узнаете, каково без меня»538?
Yadi, bhante nāgasena, kupito parisaṃ paṇāmesi, tena hi tathāgatassa kodho appaṭivattito, yadi tuṭṭho paṇāmesi, tena hi avatthusmiṃ ajānantena paṇāmitā. Если, почтенный Нагасена, он распустил общину, потому что рассердился, то, значит, Татхагата не совладал с гневом. Если же распустил, будучи доволен, то напрасно, значит, прогнал, по неведению.
Ayampi ubhato koṭiko pañho tavānuppatto, so tayā nibbāhitabbo"ti. ¶ Вот еще вопрос обоюдоострый. Тебе он поставлен, тебе его и решать. ¶
"Bhāsitampetaṃ, mahārāja, bhagavatā 'akkodhano vigatakhilohamasmī'ti, paṇāmitā ca therā sāriputtamoggallānā saparisā, tañca pana na kopena, idha, mahārāja, kocideva puriso mahāpathaviyā mūle vā khāṇuke vā pāsāṇe vā kaṭhale vā visame vā bhūmibhāge khalitvā patati, api nu kho, mahārāja, mahāpathavī kupitā taṃ pātetī"ti? – Есть, государь, изречение Блаженного: «Безгневен я, нет во мне жёсткости». И действительно распустил он общину тхер Шарипутры и Маудгальяяны вместе с ними самими, но не потому, что разгневался. Представь, государь, что человек споткнулся о корень, или пень, или камень, или выступ, или бугорок на земле и упал. Что же, государь, разве это земная, твердь на него разгневалась и свалила с ног?
"Na hi, bhante, natthi mahāpathaviyā kopo vā pasādo vā, anunayappaṭighavippamuttā mahāpathavī, sayameva so alaso khalitvā patitoti. – Нет, почтенный. Земной тверди ни гнев, ни милость не свойственны, беспристрастна и непредубежденна земная твердь. Ротозей сам споткнулся, потому и упал.
Evameva kho, mahārāja, natthi tathāgatānaṃ kopo vā pasādo vā, anunayappaṭighavippamuttā tathāgatā arahanto sammāsambuddhā, atha kho sayaṃ kateneva te attano aparādhena paṇāmitā. ¶ – Вот точно так же, государь, татхагатам ни гнев, ни милость не свойственны; беспристрастны и непредубежденны татхагаты, святые, истинновсепросветленные; так что монахи были, распущены лишь вследствие их собственных действий, за их же проступок. ¶
"Idha pana, mahārāja, mahāsamuddo na matena kuṇapena saṃvasati, yaṃ hoti mahāsamudde mataṃ kuṇapaṃ, taṃ khippameva nicchubhati thalaṃ ussāreti. Известно, государь, что мертвое тело с океаном. несовместимо: если появится в океане мертвое тело, то он скоро его извергнет и выбросит на сушу.
Api nu kho, mahārāja, mahāsamuddo kupito taṃ kuṇapaṃ nicchubhatī"ti? Что же, гневается, океан разве на мертвое тело и потому его выбрасывает, государь? 539
"Na hi, bhante, natthi mahāsamuddassa kopo vā pasādo vā, anunayappaṭighavippamutto mahāsamuddo"ti. – Нет, почтенный. Океану ни гнев, ни милость не свойственны, беспристрастен и непредубежден океан.
"Evameva kho, mahārāja, natthi tathāgatānaṃ kopo vā pasādo vā, anunayappaṭighavippamuttā tathāgatā arahanto sammāsambuddhā, atha kho sayaṃ kateneva te attano aparādhena paṇāmitā. ¶ – Вот точно так же, государь, татхагатам ни гнев, ни милость не свойственны; беспристрастны и непредубежденны татхагаты, святые, истинновсепросветленные; так что монахи были распущены лишь вследствие их собственных действий, за их же проступок. ¶
"Yathā, mahārāja, pathaviyā khalito patīyati, evaṃ jinasāsanavare khalito paṇāmīyati. Как тот, государь, кто по земле идет: если оступился, то падает, так и тот, кто изысканному Учению Победителя следует: если оступился, то изгоняется;
Yathā, mahārāja, samudde mataṃ kuṇapaṃ nicchubhīyati, evaṃ jinasāsanavare khalito paṇāmīyati. как в океане мертвое тело не задерживается, так и тот, кто оступился, следуя изысканному Учению Победителя, изгоняется.
Yaṃ pana te, mahārāja, tathāgato paṇāmesi, tesaṃ atthakāmo hitakāmo sukhakāmo visuddhikāmo 'evaṃ ime jātijarābyādhimaraṇehi parimuccissantī'ti paṇāmesī"ti. И когда Татхагата распустил монахов, он сделал это, государь, для их пользы, для их блага, для их счастья, для их очищения. Он знал: «так они избавятся от рождения, старости, болезни и смерти», потому и распустил их.
"Sādhu, bhante nāgasena, evametaṃ tathā sampaṭicchāmī"ti. ¶ – Отлично, почтенный Нагасена. Да, это так, я с этим согласен. ¶
Bhikkhupaṇāmitapañho dvādasamo. ¶
Paṇāmitavaggo tatiyo. ¶ Третья глава закончена. ¶
Imasmiṃ vagge dvādasa pañhā.
<<Назад
Глава 2
Оглавление Далее>>
Глава 4

Редакция перевода от 27.02.2019 13:07