Гл. 8. Памятование о дыхании - метод достижения умственной поглощённости

Опубликовано khantibalo от 19 ноября, 2016 - 22:05

Конспект:

Первая четвёрка является объектом для начинающих. Остальные предназначены для тех, кто достиг джханы на первой четвёрке.

Чтобы достичь архатства, основой которого является 4 джхана на памятовании о дыхании, практикующий должен очистить нравственность и изучить предмет медитации от учителя.
Усвоив предмет медитации, практикующий должен удалиться одно из описанных ранее мест, сесть как было описано и вдохновить свой ум воспоминанием о трёх драгоценностях.

Внимание направляется согласно 8 этапам: (1) счёт, (2) соединение, (3) касание, (4) фиксация, (5) наблюдение , (6) отворачивание, (7) очищение, (8) пересмотр пройденного.

Первый этап практики состоит в использовании счёта дыханий. Не следует считать меньше 5, заходить выше 10 или делать разрывы.
Сначала следует считать медленно, т.е. поздно. Нужно выбрать вдох или выдох, в зависимости от того, что более заметно практикующему. После того, как вдох (или выдох) произошёл, следует отметить "один, один", после следующего "два, два" и т.д. до десяти.
Затем можно перейти к быстрому счёту, когда счёт ведётся не после, а во время события. (Прим. khantibalo: современные учителя также предлагают разные варианты счёта)
Благодаря этому ум собирается.
На этом этапе следует держать ум на месте касания воздуха, не отслеживая воздух внутри или вне тела.
Счёт следует использовать до момента, когда памятование удерживается на вдохах и выдохах без счёта.

Второй этап состоит в направлении внимания путём соединения.
Соединение - это непрерывное следование с памятованием за вдохом и выдохом после того, как счёт был отброшен.
Это не является следованием за началом, серединой и концом (как было объяснено в 1 части).

Третий этап состоит в направлении внимания путём (3) касания и (4) фиксации.
Здесь дыхания соединяются путём памятования в том месте, где они касаются, и фиксации ума путём поглощённости (джханы). Это и есть направление внимания путём соединения, касания и фиксации.
Практикующий садится с памятованием о образе (образом является кончик носа или верхняя губа) в том самом месте и с памятованием следует за началом, серединой и концом вдохов и выдохов в том месте, где они касаются по мере прихода и ухода. Удерживая ум зафиксированным в том месте, он затем видит их без ухода со своего места, чтобы разглядеть их. Также ему нет дела до уже законченных вдохов и ещё не начавшихся выдохов.

При направлении ума на этот предмет медитации у практикующего через некоторое время появляется образ и тогда достигается  фиксация, т.е. джхана с её факторами.

Может наступить момент, когда дыхание утеряно и не становится всё более ясным. В этом его отличие от других объектов медитации, которые со временем становятся всё более ясными. Практикующий в этом случае не должен прекращать практику или идти за консультацией. Следует продолжать направлять внимание на то место, где дыхания обычно касаются тела - это кончик носа у человека с длинным носом или верхняя губа у человека с коротким носом. Со временем дыхание проявится снова на том же самом месте.

В этой медитации образ может быть разным у разных практикующих. Приводится перечень возможных образов, о котором подкомментарий говорит, что образ, проявляющийся с лёгким ощущением, подобным хлопку, шёлку или сквозняку, является образом обучения. Перечисленные здесь образы охватывают как образ обучения, так и образ-двойник.
Следует зафиксировать ум на этом образе, с этого момента медитация продолжается путём только фиксации.

При возникновении образа подавляются помехи, памятование устанавливается, ум собран в сосредоточении доступа. Практикующий не должен направлять внимание на цвет или рассматривать конкретную характеристику. Следует тщательно охранять образ, избегая непододящего жилища и прочего. Путём многократного внимания он должен способствовать росту и развитию образа, развивая десятифакторный навык. Так он приходит к четырёх- или пятичастной поглощённости ума и достигает в ней совершенства пятью способами.

Эту поглощённость он может использовать для практики прозрения, соответствующей (5) наблюдению. Выйдя из джханы он видит, что вдохи и выдохи имеют своим источником физическое тело и ум. Вдохи, выдохи и тело он определяет как материальное, а ум и умственные процессы - как умственное. Затем он приписывает им три характеристики и путём отслеживания возникновения и исчезновения становится бесстрастным ко всему конструированному. Страсть затухает и он становится освобождённым через достижение 4 путей и плодов, соответствующих (6) отворачиванию и (7) очищению. Он обретает 19 знаний (8) пересмотра и этот пересмотр является последним шагом в практике.

Отображение колонок
Английский Nyanamoli thera
Русский khantibalo
<<Назад
Гл. 8. памятование о дыхании - метод практики 1 четвёрки
Оглавление Далее>>
Гл. 8. памятование о дыхании - метод практики остальных четвёрок
Пали - CST Английский - Nyanamoli thera Русский - khantibalo Комментарии
222. Yasmā panettha idameva catukkaṃ ādikammikassa kammaṭṭhānavasena vuttaṃ. 186. The first tetrad is set forth as a meditation subject for a beginner;52 Первая четвёрка даётся в качестве объекта медитации для начинающих, 52.
Все комментарии (1)
Itarāni pana tīṇi catukkāni ettha pattajjhānassa vedanācittadhammānupassanāvasena vuttāni. but the other three tetrads are [respectively] set forth as the contemplations of feeling, of [the manner of] consciousness, and of mental objects, for one who has already attained jhāna in this tetrad. но остальные три четвёрки, представляющие собой отслеживание ощущений, ума и умственных процессов, предназначены для тех, кто достиг первой джханы в этой четвёрке.
Tasmā idaṃ kammaṭṭhānaṃ bhāvetvā ānāpānacatutthajjhānapadaṭṭhānāya vipassanāya saha paṭisambhidāhi arahattaṃ pāpuṇitukāmena ādikammikena kulaputtena pubbe vuttanayeneva sīlaparisodhanādīni sabbakiccāni katvā vuttappakārassa ācariyassa santike pañcasandhikaṃ kammaṭṭhānaṃ uggahetabbaṃ. ¶ So if a clansman who is a beginner wants to develop this meditation subject, and through insight based on the fourth jhāna produced in breathing, to reach Arahantship together with the discriminations, he should first do all the work connected with the purification of virtue, etc., in the way already described, after which he should learn the meditation subject in five stages from a teacher of the kind already described. ¶ Поэтому если начинающий практикующий желает развивать этот объект медитации и достичь архатства с толкующими знаниями через прозрение, основой которого является четвёртая джхана, порождённая памятованием о дыхании, он должен сначала выполнить всю работу, начиная с очищения нравственности, как это было описано ранее и он должен в 5 этапов изучить объект медитации от учителя описанного ранее вида. ¶
Tatrime pañca sandhayo uggaho, paripucchā, upaṭṭhānaṃ, appanā, lakkhaṇanti. 187. Here are the five stages: learning, questioning, establishing, absorption, characteristic. Здесь пять этапов: изучение, спрашивание, установка, поглощённость, характеристика.
Tattha uggaho nāma kammaṭṭhānassa uggaṇhanaṃ. Herein, learning is learning the meditation subject. Здесь изучение является изучением объекта медитации.
Paripucchā nāma kammaṭṭhānassa paripucchanā. Questioning is questioning about the meditation subject. Спрашивание - это задавание вопросов об объекте медитации.
Upaṭṭhānaṃ nāma kammaṭṭhānassa upaṭṭhānaṃ. Establishing is establishing the meditation subject. Установление - это установление объекта медитации.
Appanā nāma kammaṭṭhānassa appanā. Absorption [278] is the absorption of the meditation subject. Поглощённость - это поглощённость объектом медитации.
Lakkhaṇaṃ nāma kammaṭṭhānassa lakkhaṇaṃ. Characteristic is the characteristic of the meditation subject; Характеристика - это характеристика объекта медитации.
«Evaṃlakkhaṇamidaṃ kammaṭṭhāna»nti kammaṭṭhānasabhāvūpadhāraṇanti vuttaṃ hoti. ¶ what is meant is that it is the ascertaining of the meditation subject’s individual essence thus: “This meditation subject has such a characteristic. ” ¶ Это означает уточнение конкретной сущности объекта медитации следующим образом: "этот объект медитации имеет такую характеристику." ¶
Evaṃ pañcasandhikaṃ kammaṭṭhānaṃ uggaṇhanto attanāpi na kilamati, ācariyampi na viheseti. 188. Learning the meditation subject in the five stages in this way, he neither tires himself nor worries the teacher. Изучив таким образом объект медитации в пяти этапах он ни изнуряет себя ни беспокоит учителя.
Tasmā thokaṃ uddisāpetvā bahukālaṃ sajjhāyitvā evaṃ pañcasandhikaṃ kammaṭṭhānaṃ uggahetvā ācariyassa santike vā aññatra vā pubbe vuttappakāre senāsane vasantena upacchinnakhuddakapalibodhena katabhattakiccena bhattasammadaṃ paṭivinodetvā sukhanisinnena ratanattayaguṇānussaraṇena cittaṃ sampahaṃsetvā ācariyuggahato ekapadampi asammuyhantena idaṃ ānāpānassatikammaṭṭhānaṃ manasi kātabbaṃ. So in giving this meditation subject consisting in mindfulness of breathing attention, he can live either with the teacher or elsewhere in an abode of the kind already described, learning the meditation subject in the five stages thus, getting a little expounded at a time and taking a long time over reciting it. He should sever the minor impediments. After finishing the work connected with the meal and getting rid of any dizziness due to the meal, he should seat himself comfortably. Then, making sure he is not confused about even a single word of what he has learned from the teacher, he should cheer his mind by recollecting the special qualities of the Three Jewels. Уделяя внимание этому объекту медитации, состоящему в памятовании о дыхании, он может жить как вместе с учителем, так и где-либо в другом жилище описанного вида, изучая таким образом объект медитации по пяти этапам, когда ему объясняют понемногу за раз и он посвящает много времени устному воспроизведению услышанного. Он должен устранить малые препятствия. Завершив дела, связанные с приёмом пищи и устранив сонливость после еды, он должен удобно сесть. Затем, убедившись, что в нём отсутствует недопонимание в отношении всех слов, услышанных от учителя, он должен вдохновить свой ум воспоминанием благих качеств трёх драгоценностей.
Tatrāyaṃ manasikāravidhi : ¶ 189. Here are the stages in giving attention to it: ¶ Таковы этапы направления внимания: ¶
223. Gaṇanā anubandhanā, phusanā ṭhapanā sallakkhaṇā. (1) counting, (2) connection, (3) touching, (4) fixing, (5) observing, (1) счёт, (2) соединение, (3) касание, (4) фиксация, (5) наблюдение
Vivaṭṭanā pārisuddhi, tesañca paṭipassanāti. ¶ (6) turning away, (7) purification, and (8) looking back on these. ¶ (6) отворачивание, (7) очищение, (8) пересмотр пройденного. ¶
Tattha gaṇanāti gaṇanāyeva. Herein, counting is just counting, Здесь "счёт" - это просто счёт.
Anubandhanāti anuvahanā. connection is carrying on, Соединение - это продолжение.
Phusanāti phuṭṭhaṭṭhānaṃ. touching is the place touched [by the breaths], Касание - это место, с которым соприкасаются дыхания.
Ṭhapanāti appanā. fixing is absorption, Фиксация - это поглощённость.
Sallakkhaṇāti vipassanā. observing is insight, Наблюдение - это прозрение.
Vivaṭṭanāti maggo. turning away is the path, Отворачивание - это путь.
Pārisuddhīti phalaṃ. purification is fruition, Очищение - это плод.
Tesañca paṭipassanāti paccavekkhaṇā. ¶ looking back on these is reviewing. ¶ Пересмотр пройденного - это пересмотр. ¶
Tattha iminā ādikammikena kulaputtena paṭhamaṃ gaṇanāya idaṃ kammaṭṭhānaṃ manasi kātabbaṃ . 190. 1. Herein, this clansman who is a beginner should first give attention to this meditation subject by counting. Здесь выходец из [благородной] семьи, являющийся начинающим практикующим, сперва должен направить внимание на этот объект медитации путём счёта.
Gaṇentena ca pañcannaṃ heṭṭhā na ṭhapetabbaṃ. And when counting, he should not stop short of five И во время счёта, он не должен считать меньше пяти.
Dasannaṃ upari na netabbaṃ. or go beyond ten Выше десяти заходить также не следует.
Antarā khaṇḍaṃ na dassetabbaṃ. or make any break in the series. Не нужно делать разрывов в порядке счёта.
Pañcannaṃ heṭṭhā ṭhapentassa hi sambādhe okāse cittuppādo vipphandati sambādhe vaje sanniruddhagogaṇo viya. By stopping short of five his thoughts get excited in the cramped space, like a herd of cattle shut in a cramped pen. Останавливаясь на числе дыханий меньше пяти его мысли возбуждаются как в переполненном пространстве, подобно стаду домашних животных, запертых в переполненном загоне.
Dasannampi upari nentassa gaṇananissitako cittuppādo hoti. By going beyond ten his thoughts take the number [rather than the breaths] for their support. При превышении десяти мысли в качестве опоры принимают число (вместо дыханий).
Antarā khaṇḍaṃ dassentassa «sikhāppattaṃ nu kho me kammaṭṭhānaṃ, no»ti cittaṃ vikampati. By making a break in the series he wonders if the meditation subject has reached completion or not. Делая перерыв в порядке счёта он гадает достиг ли объект медитации завершения или нет.
Tasmā ete dose vajjetvā gaṇetabbaṃ. ¶ So he should do his counting without those faults. ¶ Он должен выполнять счёт без этих недостатков. ¶
Gaṇentena ca paṭhamaṃ dandhagaṇanāya dhaññamāpakagaṇanāya gaṇetabbaṃ. 191. When counting, he should at first do it slowly [that is, late] as a grain measurer does. В процессе счёта он сначала должен считать медленно (т.е. поздно) как это делает счетовод зерна.
Dhaññamāpako hi nāḷiṃ pūretvā «eka»nti vatvā okirati. For a grain measurer, having filled his measure, says “One,” and empties it, Потому что счетовод зерна, наполнив мерку, говорит "один" и опрокидывает её.
Puna pūrento kiñci kacavaraṃ disvā taṃ chaḍḍento «ekaṃ eka»nti vadati. and then refilling it, he goes on saying ‘”One, one” while removing any rubbish he may have noticed. Затем, наполняя её, он продолжает говорить "один, один", удаляя весь мусор, который он заметил.
Esa nayo dve dvetiādīsu. And the same with “Two, two” and so on. То же самое с "два, два" и т.д.
Evameva imināpi assāsapassāsesu yo upaṭṭhāti, taṃ gahetvā «ekaṃ eka»nti ādiṃ katvā yāva «dasa dasā»ti pavattamānaṃ pavattamānaṃ upalakkhetvāva gaṇetabbaṃ. So, taking the in-breath or the out-breath, whichever appears [most plainly], he should begin with “One, one” [279] and count up to “Ten, ten,” noting each as it occurs. Поэтому, взяв вдох или выдох, что из этого оказалось [наиболее явным], он должен начинать с "один, один" и дальше считать "десять, десять", отмечая каждый раз как происходит [выбранное событие]. В современной литературе это объясняется как просто отмечание один раз после события: (вдох закончился) "один", (следующий вдох закончился) "один". Ил...
Все комментарии (2)
Tassa evaṃ gaṇayato nikkhamantā ca pavisantā ca assāsapassāsā pākaṭā honti. ¶ 192. As he does his counting in this way, the in-breaths and out-breaths become evident to him as they enter in and issue out. ¶ По мере того как он этим способом считает, вдохи и выдохи становятся для него заметны по мере того, как они входят и выходят. ¶ Выше сказано "выбрать вдох ИЛИ выдох", но здесь сказано, очевидны вдохи И выдохи. Следовательно тут речь о схеме (вдох закончился) "один", (выдох зако...
Все комментарии (1)
Athānena taṃ dandhagaṇanaṃ dhaññamāpakagaṇanaṃ pahāya sīghagaṇanāya gopālakagaṇanāya gaṇetabbaṃ. Then he can leave off counting slowly (late), like a grain measurer, and he can count quickly [that is, early] as a cowherd does. Затем он может оставить медленный (поздний счёт), подобно счетоводу зерна, и начать считать быстро (т.е. рано) как пастух.
Cheko hi gopālako sakkharādayo ucchaṅgena gahetvā rajjudaṇḍahattho pātova vajaṃ gantvā gāvo piṭṭhiyaṃ paharitvā palighatthambhamatthake nisinno dvārappattaṃ dvārappattaṃyeva gāviṃ ekā dveti sakkharaṃ khipitvā gaṇeti. For a skilled cowherd takes pebbles in his pocket and goes to the cow pen in the morning, whip in hand; sitting on the bar of the gate, prodding the cows in the back, he counts each one as it reaches the gate, saying “One, two,” dropping a pebble for each. Ведь умелый пастух наполняет карман камешками и поутру идёт в загон для коров с хлыстом в руке. Сидя на перекладине ворот, шлёпая коров по спине он считает каждую в момент, когда она доходит до ворот, говоря "один, два", бросая камушек по мере прохождения каждой.
Tiyāmarattiṃ sambādhe okāse dukkhaṃ vutthagogaṇo nikkhamanto nikkhamanto aññamaññaṃ upanighaṃsanto vegena vegena puñjapuñjo hutvā nikkhamati. And the cows of the herd, which have been spending the three watches of the night uncomfortably in the cramped space, come out quickly in parties, jostling each other as they escape. И коровы в стаде, проведшие три ночные стражи в неудобстве скученного пространства, быстро выходят группами, давясь друг с другом по мере выхода из загона.
So vegena vegena «tīṇi cattāri pañca dasā»ti gaṇetiyeva, evamimassāpi purimanayena gaṇayato assāsapassāsā pākaṭā hutvā sīghaṃ sīghaṃ punappunaṃ sañcaranti. So he counts quickly (early) “Three, four, five” and so up to ten. In this way the in-breaths and out-breaths, which had already become evident to him while he counted them in the former way, now keep moving along quickly. Поэтому он считает быстро (рано) "три, четыре, пять". Таким образом вдохи и выдохи, уже ставшие для него очевидными, когда он считал их первым способом, теперь продолжают идти быстро.
Tatonena «punappunaṃ sañcarantī»ti ñatvā anto ca bahi ca agahetvā dvārappattaṃ dvārappattaṃyeva gahetvā «eko dve tīṇi cattāri pañca cha. Eko dve tīṇi cattāri pañca cha satta - pe - aṭṭha, nava, dasā»ti sīghaṃ sīyaṃ gaṇetabbameva. 193. Then, knowing that they keep moving along quickly, not apprehending them either inside or outside [the body], but apprehending them just as they reach the [nostril] door, he can do his counting quickly (early): “One, two, three, four, five; one, two, three, four, five, six … seven … eight … nine … ten.” Затем, зная, что они идут быстро, не отслеживая их внутри или снаружи [тела], но отслеживая их как только они достигают врат [ноздрей], он может считать быстро (рано) "один, два, три, четыре, пять, один, два, три, четыре, пять, шесть... семь... восемь... девять... десять."
Gaṇanapaṭibaddhe hi kammaṭṭhāne gaṇanabaleneva cittaṃ ekaggaṃ hoti, arittupatthambhanavasena caṇḍasote nāvāṭṭhapanamiva. ¶ For as long as the meditation subject is connected with counting it is with the help of that very counting that the mind becomes unified, just as a boat in a swift current is steadied with the help of a rudder. ¶ Ведь по мере того как объект медитации связан со счётом, именно с помощью этого самого счёта ум собирается, подобно кораблю в быстром течении, который удерживают с помощью руля. ¶
Tassevaṃ sīghaṃ sīghaṃ gaṇayato kammaṭṭhānaṃ nirantaraṃ pavattaṃ viya hutvā upaṭṭhāti. 194. When he counts quickly, the meditation subject becomes apparent to him as an uninterrupted process. Когда он считает быстро, объект медитации становится для него очевидным как непрерывный процесс.
Atha nirantaraṃ pavattatīti ñatvā anto ca bahi ca vātaṃ apariggahetvā purimanayeneva vegena vegena gaṇetabbaṃ. Then, knowing that it is proceeding uninterruptedly, he can count quickly (early) in the way just described, not discerning the wind either inside or outside [the body]. Затем, зная, что он идёт непрерывно, он может считать быстро уже описанным способом, не отслеживая воздух вне или внутри [тела].
Anto pavisanavātena hi saddhiṃ cittaṃ pavesayato abbhantaraṃ vātabbhāhataṃ medapūritaṃ viya hoti. For by bringing his consciousness inside along with the incoming breath, it seems as if it were buffeted by the wind inside or filled with fat.53 Потому что привнося свой ум внутрь вместе с входящим дыханием, он выглядит как будто потрясаем ветром внутри или наполнен жиром. 53. Комм. NT: No further explanation is given.
Все комментарии (1)
Bahi nikkhamanavātena saddhiṃ cittaṃ nīharato bahiddhā puthuttārammaṇe cittaṃ vikkhipati. By taking his consciousness outside along with the outgoing breath, it gets distracted by the multiplicity of objects outside. Перенося свой ум наружу с выходящим дыханием, он страдает от отвлечений, создаваемых множеством внешних объектов.
Phuṭṭhaphuṭṭhokāse pana satiṃ ṭhapetvā bhāventasseva bhāvanā sampajjati. However, his development is successful when he fixes his mindfulness on the place touched [by the breaths]. Однако его практика достигает успеха, когда он фиксирует своё памятование на месте касания [дыханий с телом].
Tena vuttaṃ «anto ca bahi ca vātaṃ apariggahetvā purimanayeneva vegena vegena gaṇetabba»nti. ¶ That is why it was said above: “He can count quickly (early) in the way just described, not discerning the wind either inside or outside. ” ¶ Вот почему выше было сказано: "Он может считать быстро (рано) вышеописанным образом, не отслеживая воздух внутри или снаружи". ¶
Kīvaciraṃ panetaṃ gaṇetabbanti? 195. But how long is he to go on counting? Но как долго он должен продолжать счёт?
Yāva vinā gaṇanāya assāsapassāsārammaṇe sati santiṭṭhati. Until, without counting, [280] mindfulness remains settled on the in-breaths and out-breaths as its object. До момента, когда без счёта памятование удерживается на вдохах и выдохах как объекте.
Bahivisaṭavitakkavicchedaṃ katvā assāsapassāsārammaṇe satisaṇṭhāpanatthaṃyeva hi gaṇanāti. ¶ For counting is simply a device for setting mindfulness on the in-breaths and out- breaths as object by cutting off the external dissipation of applied thoughts. ¶ Ведь счёт является лишь средством для установления памятования на вдохах и выдохах как объекте, путём отсечения внешнего рассеивания рассуждений. ¶
224. Evaṃ gaṇanāya manasi katvā anubandhanāya manasi kātabbaṃ. 196. 2. Having given attention to it in this way by counting, he should now do so by connection. Направив на него внимание таким образом путём счёта, он теперь должен направлять внимание путём соединения.
Anubandhanā nāma gaṇanaṃ paṭisaṃharitvā satiyā nirantaraṃ assāsapassāsānaṃ anugamanaṃ. Connection is the uninterrupted following of the in-breaths and out-breaths with mindfulness after counting has been given up. Соединение - это непрерывное следование с памятованием за вдохами и выдохами после того, как счёт был отброшен.
Tañca kho na ādimajjhapariyosānānugamanavasena. And that is not by following after the beginning, the middle and the end. 54 И это не является следованием за началом, серединой и концом. 54. комментарий переведён
Все комментарии (1)
Bahinikkhamanavātassa hi nābhi ādi, hadayaṃ majjhaṃ, nāsikaggaṃ pariyosānaṃ. 197. The navel is the beginning of the wind issuing out, the heart is its middle and the nose-tip is its end. Пупок является началом исходящего воздуха, сердце является его серединой и кончик носа концом. Это вроде бы как и есть "тело дыхания", о котором речь на третьем шаге.
Все комментарии (1)
Abbhantaraṃ pavisanavātassa nāsikaggaṃ ādi, hadayaṃ majjhaṃ nābhi pariyosānaṃ. The nose-tip is the beginning of the wind entering in, the heart is its middle and the navel is its end. Кончик носа является началом входящего воздуха, сердце - серединой, а пупок - концом.
Tañcassa anugacchato vikkhepagataṃ cittaṃ sāraddhāya ceva hoti iñjanāya ca. And if he follows after that, his mind is distracted by disquiet and perturbation И если он следует за этим, его ум отвлекается беспокойством и волнением.
Yathāha : ¶ according as it is said: ¶
«Assāsādimajjhapariyosānaṃ satiyā anugacchato ajjhattaṃ vikkhepagatena cittena kāyopi cittampi sāraddhā ca honti iñjitā ca phanditā ca. “When he goes in with mindfulness after the beginning, middle, and end of the in- breath, his mind being distracted internally, both his body and his mind are disquieted and perturbed and shaky.
Passāsādimajjhapariyosānaṃ satiyā anugacchato bahiddhā vikkhepagatena cittena kāyopi cittampi sāraddhā ca honti iñjitā ca phanditā cā»ti (paṭi. ma. 1.157). ¶ When he goes out with mindfulness after the beginning, middle and end of the out-breath, his mind being distracted externally, both his body and his mind are disquieted and perturbed and shaky” (Paṭis I 165). ¶
Tasmā anubandhanāya manasikarontena ādimajjhapariyosānavasena na manasi kātabbaṃ. 3–4. So when he gives his attention to it by connection, he should do so not by the beginning, middle and end, Поэтому когда он направляет своё внимание них путём соединения, он не должен прибегать к началу, середине и концу.
Apica kho phusanāvasena ca ṭhapanāvasena ca manasi kātabbaṃ. but rather by touching and by fixing. Он должен направлять внимание посредством касания и фиксации.
Gaṇanānubandhanāvasena viya hi phusanāṭhapanāvasena visuṃ manasikāro natthi. 198. There is no attention to be given to it by touching separate from fixing as there is by counting separate from connection. Не следует направлять на него внимание путём касания отдельного от фиксации, как практикуется счёт отдельно от соединения.
Phuṭṭhaphuṭṭhaṭṭhāneyeva pana gaṇento gaṇanāya ca phusanāya ca manasi karoti. But when he is counting the breaths in the place touched by each, he is giving attention to them by counting and touching. Но когда он считает дыхания в месте, где касаются оба, он направляет внимание на них путём счёта и касания.
Tattheva gaṇanaṃ paṭisaṃharitvā te satiyā anubandhanto, appanāvasena ca cittaṃ ṭhapento anubandhanāya ca phusanāya ca ṭhapanāya ca manasi karotīti vuccati. When he has given up counting and is connecting them by means of mindfulness in that same place and fixing consciousness by means of absorption, then he is said to be giving his attention to them by connection, touching and fixing. Когда он оставил счёт и соединяет их путём памятования в том же месте и фиксации ума путём поглощённости, тогда он называется практикующим, направляющим внимание на них путём соединения, касания и фиксации.
Svāyamattho aṭṭhakathāsu vuttapaṅguḷadovārikūpamāhi paṭisambhidāyaṃ vuttakakacūpamāya ca veditabbo. ¶ And the meaning of this may be understood through the similes of the man who cannot walk and the gatekeeper given in the commentaries, and through the simile of the saw given in the Paṭisambhidā. ¶ И смысл этого можно понять с помощью метафор о человеке, не способном ходить, и привратнике, даваемом в комментариях, а также с помощью метафоры с пилой, даваемой в Патисамбхидамагге. ¶
225. Tatrāyaṃ paṅguḷopamā : seyyathāpi paṅguḷo dolāya kīḷataṃ mātāputtānaṃ dolaṃ khipitvā tattheva dolāthambhamūle nisinno kamena āgacchantassa ca gacchantassa ca dolāphalakassa ubho koṭiyo majjhañca passati, na ca ubhokoṭimajjhānaṃ dassanatthaṃ byāvaṭo hoti, evamevāyaṃ bhikkhu sativasena upanibandhanathambhamūle ṭhatvā assāsapassāsadolaṃ khipitvā tattheva nimitte satiyā nisīdanto kamena āgacchantānañca gacchantānañca phuṭṭhaṭṭhāne assāsapassāsānaṃ ādimajjhapariyosānaṃ satiyā anugacchanto tattha ca cittaṃ ṭhapento passati, na ca tesaṃ dassanatthaṃ byāvaṭo hoti, ayaṃ paṅguḷopamā. ¶ 199. Here is the simile of the man who cannot walk: Just as a man unable to walk, who is rocking a swing for the amusement of his children and their mother, sits at the foot of the swing post and sees both ends and the middle of the swing plank successively coming and going, [281] yet does not move from his place in order to see both ends and the middle, so too, when a bhikkhu places himself with mindfulness, as it were, at the foot of the post for anchoring [mindfulness] and rocks the swing of the in-breaths and out-breaths; he sits down with mindfulness on the sign at that same place, and follows with mindfulness the beginning, middle and end of the in-breaths and out-breaths at the place touched by them as they come and go; keeping his mind fixed there, he then sees them without moving from his place in order to see them. This is the simile of the man who cannot walk. ¶ Вот что представляет собой метафора с человеком, не способным ходить: Подобно человеку, не способному ходить, раскачивающему качели для развлечения своих детей и их матери, который сидит у подножия столба качелей и видит оба края и середину сиденья качелей, последовательно уходящего и приходящего, при всём при этом не сходя со своего места, чтобы увидеть оба конца и середину, так и монах, ставит себя с памятованием к подножию столба для закрепления памятования и раскачивает качели вдохов и выдохов. Он садится с памятованием об образе в том самом месте и с памятованием следует за началом, серединой и концом вдохов и выдохов в том месте, где они касаются по мере прихода и ухода. Удерживая ум зафиксированным в том месте, он затем видит их без ухода со своего места, чтобы разглядеть их. Такова метафора с человеком, не способным ходить. ¶ Здесь не совсем понятно. Выше на этапе "соединение" сказано, что за началом, серединой и концом следовать не нужно. А здесь нужно. Получается, это нек...
Все комментарии (1)
226. Ayaṃ pana dovārikūpamā : seyyathāpi dovāriko nagarassa anto ca bahi ca purise «ko tvaṃ, kuto vā āgato, kuhiṃ vā gacchasi, kiṃ vā te hatthe»ti na vīmaṃsati. 200. This is the simile of the gatekeeper: Just as a gatekeeper does not examine people inside and outside the town, asking, “Who are you? Where have you come from? Where are you going? What have you got in your hand?” Такова метафора с привратником: подобно тому, как привратник не допрашивает людей внутри и вне города вопросами "Ты кто? Ты откуда? Куда идёшь? Что у тебя в руке?".
Na hi tassa te bhārā, dvārappattaṃ dvārappattaṃyeva pana vīmaṃsati, evameva imassa bhikkhuno antopaviṭṭhavātā ca bahinikkhantavātā ca na bhārā honti, dvārappattā dvārappattāyeva bhārāti ayaṃ dovārikūpamā. ¶ —for those people are not his concern—but he does examine each man as he arrives at the gate, so too, the incoming breaths that have gone inside and the outgoing breaths that have gone outside are not this bhikkhu’s concern, but they are his concern each time they arrive at the [nostril] gate itself. ¶ Ведь до этих людей ему нет дела, но он допрашивает каждого человека, когда он входит в ворота. Так и здесь, вдохи, вошедшие внутрь и выдохи, вышедшие наружу, не являются предметом заботы монаха, но монаху есть до них дело каждый раз, когда они приходят к вратам [ноздрей]. ¶
227. Kakacūpamā pana ādito paṭṭhāya evaṃ veditabbā. 201. Then the simile of the saw should be understood from its beginning. Затем метафору с пилой следует понимать с самого начала.
Vuttañhetaṃ : ¶ For this is said: ¶ Ведь сказано так: ¶
«Nimittaṃ assāsapassāsā, anārammaṇamekacittassa. ¶ “Sign, in-breath, out-breath, are not object Of a single consciousness; ¶
Ajānato ca tayo dhamme, bhāvanā nupalabbhati. ¶ By one who knows not these three things Development is not obtained. ¶
«Nimittaṃ assāsapassāsā, anārammaṇamekacittassa. ¶ “Sign, in-breath, out-breath, are not object Of a single consciousness; ¶
Jānato ca tayo dhamme, bhāvanā upalabbhatī»ti. By one who does know these three things Development can be obtained. ”
(Paṭi. ma. 1.159). ¶
«Kathaṃ ime tayo dhammā ekacittassa ārammaṇā na honti, na cime tayo dhammā aviditā honti, na ca cittaṃ vikkhepaṃ gacchati, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhi gacchati? 202. “How is it that these three things are not the object of a single consciousness, that they are nevertheless not unknown, that the mind does not become distracted, that he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect?“ "Как так может быть, что та тройка не является объектом одного момента ума, и тем не менее они не являются неизвестными, ум не рассеивается, он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата? Тройка: соединение, касание и фиксация. Всё это объяснение можно опустить.
Все комментарии (1)
Seyyathāpi rukkho same bhūmibhāge nikkhitto, tamenaṃ puriso kakacena chindeyya. Suppose there were a tree trunk placed on a level piece of ground, and a man cut it with a saw. Представим, что есть ствол дерева, положенный на ровную землю, и человек пилит его пилой.
Rukkhe phuṭṭhakakacadantānaṃ vasena purisassa sati upaṭṭhitā hoti, na āgate vā gate vā kakacadante manasi karoti, na āgatā vā gatā vā kakacadantā aviditā honti, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhigacchati. ¶ The man’s mindfulness is established by the saw’s teeth where they touch the tree trunk, without his giving attention to the saw’s teeth as they approach and recede, though they are not unknown to him as they do so; and he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect. ¶ Памятование человека установлено на зубья пилы, где они касаются ствола, он не уделяет внимание зубьям пилы как они приближаются и уходят, хотя такое их движение не является для него неизвестным. Он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата. ¶
«Yathā rukkho same bhūmibhāge nikkhitto, evaṃ upanibandhanānimittaṃ. As the tree trunk placed on the level piece of ground, so the sign for the anchoring of mindfulness. Как ствол дерева лежит на ровной поверхности земли, так и образ для закрепления памятования.
Yathā kakacadantā, evaṃ assāsapassāsā. As the saw’s teeth, so the in-breaths and out-breaths. Как у пилы есть зубья, так и вдохи и выдохи.
Yathā rukkhe phuṭṭhakakacadantānaṃ vasena purisassa sati upaṭṭhitā hoti, na āgate vā gate vā kakacadante manasi karoti, na āgatā vā gatā vā kakacadantā aviditā honti, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhigacchati, evameva bhikkhu nāsikagge vā mukhanimitte vā satiṃ upaṭṭhapetvā nisinno hoti, na āgate vā gate vā assāsapassāse manasi karoti, na ca āgatā vā gatā vā assāsapassāsā aviditā honti, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhigacchati. ¶ As the man’s mindfulness, established by the saw’s teeth where they touch the tree trunk, without his giving attention to the saw’s teeth as they approach and recede, though they are not unknown to him as they do so, and so he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect, [282] so too, the bhikkhu sits, having established mindfulness at the nose tip or on the upper lip, without giving attention to the in-breaths and out-breaths as they approach and recede, though they are not unknown to him as they do so, and he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect. ¶ Как у человека памятование, установленное у зубьев пилы, где они касаются ствола дерева, не направляя внимание на зубья пилы, как они подходят и уходят, хотя такие их движение не является для него неизвестным, и так он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата. Так и монах садится, устанавливает памятование на кончике носа или верхней губе, не направляя внимание на вдохи и выдохи, как они подходят и уходят, хотя такое их движение не является для него неизвестным, и так он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата. ¶
«Padhānanti katamaṃ padhānaṃ? 203.“‘Effort’: what is the effort? "Усилие" - что это за усилие?
Āraddhavīriyassa kāyopi cittampi kammaniyaṃ hoti, idaṃ padhānaṃ. The body and the mind of one who is energetic become wieldy—this is the effort. Тело и ум того, кто обладает безустанным усердием, становится податливым, об этом усилии речь.
Katamo payogo? What is the task? Что за задача?
Āraddhavīriyassa upakkilesā pahīyanti, vitakkā vūpasamanti, ayaṃ payogo. Imperfections come to be abandoned in one who is energetic, and his applied thoughts are stilled—this is the task. В том, кто обладает безустанным усердием, загрязнения устраняются и его рассуждение успокаивается - такова задача.
Katamo viseso? What is the effect? Каков результат?
Āraddhavīriyassa saṃyojanā pahīyanti, anusayā byantī honti, ayaṃ viseso. Fetters come to be abandoned in one who is energetic, and his inherent tendencies come to be done away with—this is the effect. В том, кто обладает безустанным усердием, устраняются оковы и с его предрасположенностями становится покончено - таков результат.
Evaṃ ime tayo dhammā ekacittassa ārammaṇā na honti, na cime tayo dhammā aviditā honti, na ca cittaṃ vikkhepaṃ gacchati, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhigacchati (paṭi. ma. 1.159). ¶ “So these three things are not the object of a single consciousness, and they are nevertheless not unknown, and the mind does not become distracted, and he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect. ¶ "Поэтому эти три вещи не являются объектом одного момента ума и они тем не менее не являются неизвестными и ум не рассеивается и он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата. ¶
«Ānāpānassati yassa, paripuṇṇā subhāvitā. ¶ “Whose mindfulness of breathing in And out is perfect, well developed, ¶
Anupubbaṃ paricitā, yathā buddhena desitā. ¶ And gradually brought to growth According as the Buddha taught, ¶
So imaṃ lokaṃ pabhāseti, abbhā muttova candimā»ti. ’Tis he illuminates the world Just like the full moon free from cloud”55 NT: 55. Paṭis I 170–72; last line Dhp 172; whole verse Th 548.
Все комментарии (1)
(Paṭi. ma. 1.160). ¶
Ayaṃ kakacūpamā. This is the simile of the saw. Такова метафора с пилой. Отсюда продолжаем.
Все комментарии (1)
Idha panassa āgatāgatavasena amanasikāramattameva payojananti veditabbaṃ. ¶ But here it is precisely his not giving attention [to the breaths] as [yet to] come and [already] gone56 that should be understood as the purpose. ¶ Но здесь целью следует понимать именно то, что он не направляет внимание на те [дыхания], которые ещё не пришли и уже ушли. ¶ NT: 56. Reading āgata-gata-vasena with Vism-mhṭ 271.
Все комментарии (1)
228. Idaṃ kammaṭṭhānaṃ manasikaroto kassaci na cireneva nimittañca uppajjati, avasesajhānaṅgapaṭimaṇḍitā appanāsaṅkhātā ṭhapanā ca sampajjati. 204. When someone gives his attention to this meditation subject, sometimes it is not long before the sign arises in him, and then the fixing, in other words, absorption adorned with the rest of the jhāna factors, is achieved. Когда некто направляет своё внимание на объект медитации иногда через недолгий период времени у него появляется образ и тогда достигается фиксация, другими словами поглощённость с остальными её факторами.
Kassaci pana gaṇanāvaseneva manasikārakālato pabhuti anukkamato oḷārikaassāsapassāsanirodhavasena kāyadarathe vūpasante kāyopi cittampi lahukaṃ hoti, sarīraṃ ākāse laṅghanākārappattaṃ viya hoti. 205. After someone has given his attention to counting, both body and mind become light as though the body would leap up into the air. После того, как некто направил внимание на счёт, тело и ум становятся лёгкими как будто тело готово взлететь в воздух. В Висуддхимагге дост. Нянамоли часть этого предложения опущена. Я дополнил недостающее из книги "памятование о дыхании" того же автора.
Все комментарии (1)
Yathā sāraddhakāyassa mañce vā pīṭhe vā nisīdato mañcapīṭhaṃ onamati, vikūjati, paccattharaṇaṃ valiṃ gaṇhāti. Just as when a body that is disturbed sits down on a bed or chair, the bed or chair sags down and creaks and the cover gets rumpled, Подобно тому, как возбуждённое тело садится на кровать или стул и кровать или стул сгибаются вниз, скрипят и покрывало сминается
Asāraddhakāyassa pana nisīdato neva mañcapīṭhaṃ onamati, na vikūjati, na paccattharaṇaṃ valiṃ gaṇhāti, tūlapicupūritaṃ viya mañcapīṭhaṃ hoti. but when a body that is not disturbed sits down, the bed or chair neither sags down nor creaks, the cover does not get rumpled, and it is as though filled with cotton wool— но когда невозбуждённое тело садится, кровать или стул ни сгибаются ни скрипят, покрывало не сминается и это как будто оно (тело) наполнено хлопковой пряжей.
Kasmā? why? Почему?
Yasmā asāraddho kāyo lahuko hoti. because a body that is not disturbed is light— Потому что невозбуждённое тело - лёгкое.
Evameva gaṇanāvasena manasikārakālato pabhuti anukkamato oḷārikaassāsapassāsanirodhavasena kāyadarathe vūpasante kāyopi cittampi lahukaṃ hoti, sarīraṃ ākāse laṅghanākārappattaṃ viya hoti. ¶ so too, after he has given his attention to counting, when the bodily disturbance has been stilled by the gradual cessation of gross in-breaths and out-breaths, then both the body and the mind become light: the physical body is as though it were ready to leap up into the air. [283] ¶ Поэтому когда он направил внимание на счёт, когда телесное возбуждение успокоено постепенным прекращением грубых вдохов и выдохов, тело и ум становятся лёгкими, физическое тело становится как будто оно готово взлететь в воздух. ¶
Tassa oḷārike assāsapassāse niruddhe sukhumassāsapassāsanimittārammaṇaṃ cittaṃ pavattati. 206. When his gross in-breaths and out breaths have ceased, his consciousness occurs with the sign of the subtle in-breaths and out-breaths as its object. Когда грубые вдохи выдохи прекратились, возникает момент ума с образом тонких вдохов и выдохов в качестве опоры.
Tasmimpi niruddhe aparāparaṃ tato sukhumataraṃ sukhumataraṃ nimittārammaṇaṃ pavattatiyeva. And when that has ceased, it goes on occurring with the successively subtler signs as its object. И когда они прекратились, он продолжает возникать с постепенно более тонкими образами в качестве опоры.
Kathaṃ? How? Как?
Yathā puriso mahatiyā lohasalākāya kaṃsathālaṃ ākoṭeyya, ekappahārena mahāsaddo uppajjeyya, tassa oḷārikasaddārammaṇaṃ cittaṃ pavatteyya. 207. Suppose a man stuck a bronze bell with a big iron bar and at once a loud sound arose, his consciousness would occur with the gross sound as its object; Как человек ударил бронзовый колокол большой железной палкой и сразу возник громкий звук, его момент ума возникнет вместе с грубым звуком в качестве опоры.
Niruddhe oḷārike sadde atha pacchā sukhumasaddanimittārammaṇaṃ, tasmimpi niruddhe aparāparaṃ tato sukhumataraṃ sukhumataraṃ saddanimittārammaṇaṃ pavattateva, evanti veditabbaṃ. then, when the gross sound had ceased, it would occur afterwards with the sign of the subtle sound as its object; and when that had ceased, it would go on occurring with the sign of the successively subtler sounds as its object. This is how it should be understood. Затем, когда грубый звук прекратился, он возникнет в дальнейшем с образом утончённого звука в качестве опоры, а когда и тот прекратился, он будет возникать с образом постепенно более тонких звуков в качестве опоры.
Vuttampicetaṃ : «seyyathāpi kaṃse ākoṭite»ti (paṭi. ma. 1.171) vitthāro. ¶ And this is given in detail in the passage beginning, “Just as when a metal gong is struck” (§184). ¶ И это подробно объясняется во фрагменте, начинающемся с "подобно тому, как ударили по железному гонгу". ¶
229. Yathā hi aññāni kammaṭṭhānāni uparūpari vibhūtāni honti, na tathā idaṃ. 208.For while other meditation subjects become clearer at each higher stage, this one does not: Ведь хотя остальные объекты медитации становятся яснее на каждой более высокой стадии, этот не становится.
Idaṃ pana uparūpari bhāventassa sukhumattaṃ gacchati, upaṭṭhānampi na upagacchati, evaṃ anupaṭṭhahante pana tasmiṃ tena bhikkhunā uṭṭhāyāsanā cammakhaṇḍaṃ papphoṭetvā na gantabbaṃ. in fact, as he goes on developing it, it becomes more subtle for him at each higher stage, and it even comes to the point at which it is no longer manifest. However, when it becomes unmanifest in this way, the bhikkhu should not get up from his seat, shake out his leather mat, and go away. Фактически, по мере совершенствования он становится для него всё более утончённым на каждой последующей стадии и даже доходит до момента, когда более не проявляется. Однако когда он становится непроявленным таким образом, монах не должен вставать со своего места, трясти свой кожаный коврик и уходить.
Kiṃ kātabbaṃ? What should be done? Что нужно делать?
«Ācariyaṃ pucchissāmī»ti vā, «naṭṭhaṃ dāni me kammaṭṭhāna»nti vā na vuṭṭhātabbaṃ. He should not get up with the idea “Shall I ask the teacher? ” or “Is my meditation subject lost?”; Он не должен вставать с места с мыслью "Пойду-ка я спрошу учителя" или "Мой объект медитации утерян".
Iriyāpathaṃ vikopetvā gacchato hi kammaṭṭhānaṃ navanavameva hoti. for by going away, and so disturbing his posture, the meditation subject has to be started anew. Ведь из-за ухода и нарушения своей позы объект медитации придётся начинать развивать заново.
Tasmā yathānisinneneva desato āharitabbaṃ. ¶ So he should go on sitting as he was and [temporarily] substitute the place [normally touched for the actual breaths as the object of contemplation]. 57 ¶ Поэтому он должен продолжать сидеть как раньше и изменить место [обычно касаемое реальными дыханиями как объект медитации]. ¶ NT: 57. The point made here is that if the breaths themselves get temporarily too faint to be observed, he should carry on by observing the tip of the...
Все комментарии (1)
Tatrāyaṃ āharaṇūpāyo, tena hi bhikkhunā kammaṭṭhānassa anupaṭṭhānabhāvaṃ ñatvā iti paṭisañcikkhitabbaṃ, ime assāsapassāsā nāma kattha atthi, kattha natthi. 209. These are the means for doing it. The bhikkhu should recognize the unmanifest state of the meditation subject and consider thus: “Where do these in-breaths and out-breaths exist? Where do they not? Таков способ сделать это. Монах должен осознать непроявляющееся состояние объекта медитации и подумать: "Где присутствуют эти вдохи и выдохи? Где их нет?
Kassa vā atthi, kassa vā natthīti. In whom do they exist? In whom not?” В ком они присутствуют? В ком нет?
Athevaṃ paṭisañcikkhatā ime antomātukucchiyaṃ natthi, udake nimuggānaṃ natthi, tathā asaññībhūtānaṃ, matānaṃ, catutthajjhānasamāpannānaṃ, rūpārūpabhavasamaṅgīnaṃ, nirodhasamāpannānanti ñatvā evaṃ attanāva attā paṭicodetabbo «nanu tvaṃ, paṇḍita, neva mātukucchigato, na udake nimuggo, na asaññībhūto, na mato, na catutthajjhānasamāpanno, na rūpārūpabhavasamaṅgī, na nirodhasamāpanno. Then, as he considers thus, he finds that they do not exist in one inside the mother’s womb, or in those drowned in water, or likewise in unconscious beings,58 or in the dead, or in those attained to the fourth jhāna, or in those born into a fine-material or immaterial existence, or in those attained to cessation [of perception and feeling]. So he should apostrophize himself thus: “You with all your wisdom are certainly not inside a mother’s womb or drowned in water or in the unconscious existence or dead or attained to the fourth jhāna or born into the fine-material or immaterial existence or attained to cessation. Затем, когда он так думает, он обнаруживает, что они не существуют в утробе матери или у тех, кто погрузился в воду или также у существ, не имеющих распознавания, у мёртвых, у вошедших в четвёртый уровень поглощённости или у тех, кто родился в мире тонких форм или бесформенном мире, или у тех, кто вошёл в состояние прекращения [распознавания и ощущения]. Поэтому он должен себя подстегнуть: "Ты со своей мудростью уж точно не в чреве матери, не погрузился в воду, не находишься не уровне нераспознающих [брахм], не мёртв, ни вошёл в четвёртую поглощённость, ни родился в мире тонких форм или в бесформенном мире, не вошёл в состояние прекращения. NT: 58. Those born in the world of unconscious beings in the fine-material Brahmā world (D I 28).
Все комментарии (1)
Atthiyeva te assāsapassāsā, mandapaññatāya pana pariggahetuṃ na sakkosī»ti. Those in-breaths and out-breath are actually existent in you, only you are not able to discern them because your understanding is dull.” Эти вдохи и выдохи в реальности существуют в тебе, ты лишь только не способен различить, поскольку твоё понимание затемнено."
Athānena pakatiphuṭṭhavasena cittaṃ ṭhapetvā manasikāro pavattetabbo. Then, fixing his mind on the place normally touched [by the breaths], he should proceed to give his attention to that. Затем, фиксируя ум на месте, в котором обычно дыхания касаются [носа] он должен продолжать направлять на это внимание.
Ime hi dīghanāsikassa nāsāpuṭaṃ ghaṭṭentā pavattanti. 210. These in-breaths and out-breaths occur striking the tip of the nose in a long-nosed man [284] Эти вдохи и выдохи происходят ударяя кончик носа у человека с длинным носом
Rassanāsikassa uttaroṭṭhaṃ. and the upper lip in a short-nosed man. и верхнюю губу у человека с коротким носом.
Tasmānena imaṃ nāma ṭhānaṃ ghaṭṭentīti nimittaṃ ṭhapetabbaṃ. So he should fix the sign thus: “This is the place where they strike.” Поэтому он должен зафиксировать образ следующим образом: "Это место, где они ударяют". также см. тут https://tipitaka.theravada.su/view.php?ContentID=271108
Все комментарии (1)
Imameva hi atthavasaṃ paṭicca vuttaṃ bhagavatā : «nāhaṃ, bhikkhave, muṭṭhasatissa asampajānassa ānāpānassatibhāvanaṃ vadāmī»ti (ma. ni. 3.149 saṃ. ni. 5.992). ¶ This was why the Blessed One said: “Bhikkhus, I do not say of one who is forgetful, who is not fully aware, [that he practices] development of mindfulness of breathing” (M III 84). ¶ Вот почему Благословенный сказал: "Монахи, я не знаю ни одного забывчивого и не осознающего, который практикует развитие памятования о дыхании". ¶
230. Kiñcāpi hi yaṃkiñci kammaṭṭhānaṃ satassa sampajānasseva sampajjati. 211. Although any meditation subject, no matter what, is successful only in one who is mindful and fully aware, Хотя любой объект медитации, не важно какой, практикуется успешно только тем, кто памятующ и осознаёт.
Ito aññaṃ pana manasikarontassa pākaṭaṃ hoti. yet any meditation subject other than this one gets more evident as he goes on giving it his attention. Однако любой объект медитации помимо этого становится более очевиден по мере того, как практикующий продолжает направлять своё внимание.
Idaṃ pana ānāpānassatikammaṭṭhānaṃ garukaṃ garukabhāvanaṃ buddhapaccekabuddhabuddhaputtānaṃ mahāpurisānaṃyeva manasikārabhūmibhūtaṃ, na ceva ittaraṃ, na ca ittarasattasamāsevitaṃ. But this mindfulness of breathing is difficult, difficult to develop, a field in which only the minds of Buddhas, Paccekabuddhas, and Buddhas’ sons are at home. It is no trivial matter, nor can it be cultivated by trivial persons. Но это памятование о дыхании является трудным, трудным для развития, это сфера, в которой только ум Будд, Паччекабудд и сыновей Будд чувствует себя как дома. Это не простая вещь и обычные люди не могут её развивать.
Yathā yathā manasi karīyati, tathā tathā santañceva hoti sukhumañca. In proportion as continued attention is given to it, it becomes more peaceful and more subtle. В той мере, в которой на него направляется продолжительное внимание, оно становится более умиротворённым и утончённым.
Tasmā ettha balavatī sati ca paññā ca icchitabbā. ¶ So strong mindfulness and understanding are necessary here. ¶ Поэтому здесь необходимо сильное памятование и мудрость. ¶
Yathā hi maṭṭhasāṭakassa tunnakaraṇakāle sūcipi sukhumā icchitabbā. 212. Just as when doing needlework on a piece of fine cloth a fine needle is needed, Подобно тому как при шитье тонкой ткани нужна тонкая игла
Sūcipāsavedhanampi tato sukhumataraṃ, evameva maṭṭhasāṭakasadisassa imassa kammaṭṭhānassa bhāvanākāle sūcipaṭibhāgā satipi, sūcipāsavedhanapaṭibhāgā taṃsampayuttā paññāpi balavatī icchitabbā. and a still finer instrument for boring the needle’s eye, so too, when developing this meditation subject, which resembles fine cloth, both the mindfulness, which is the counterpart of the needle, and the understanding associated with it, which is the counterpart of the instrument for boring the needle’s eye, need to be strong. и ещё более тонкий инструмент для продевания в ушко иглы, так и при развитии этого объекта медитации, напоминающего тонкую ткань, требуется сильное памятование, соответствующее игле и сильная мудрость, соответствующая приспособлению для продеванию в ушко.
Tāhi ca pana satipaññāhi samannāgatena bhikkhunā na te assāsapassāsā aññatra pakatiphuṭṭhokāsā pariyesitabbā. ¶ A bhikkhu must have the necessary mindfulness and understanding and must look for the in-breaths and out-breaths nowhere else than the place normally touched by them. ¶ Монах должен обладать требуемым памятованием и мудростью и должен следить за вдохами и выдохами исключительно в том месте, где они обычно касаются тела. ¶
Yathā pana kassako kasiṃ kasitvā balībadde muñcitvā gocaramukhe katvā chāyāya nisinno vissameyya, athassa te balībaddā vegena aṭaviṃ paviseyyuṃ. 213.Suppose a ploughman, after doing some ploughing, sent his oxen free to graze and sat down to rest in the shade, then his oxen would soon go into the forest. Подобно пахарю, проделавшему часть пахотной работы и отпустившему своих волов пастись - если он сядет отдохнуть в тени, его волы вскоре зайдут в лес.
Yo hoti cheko kassako, so puna te gahetvā yojetukāmo na tesaṃ anupadaṃ gantvā aṭaviṃ āhiṇḍahi, atha kho rasmiñca patodañca gahetvā ujukameva tesaṃ nipātanatitthaṃ gantvā nisīdati vā nipajjati vā, atha te goṇe divasabhāgaṃ caritvā nipātanatitthaṃ otaritvā nhatvā ca pivitvā ca paccuttaritvā ṭhite disvā rasmiyā bandhitvā patodena vijjhanto ānetvā yojetvā puna kammaṃ karoti, evameva tena bhikkhunā na te assāsapassāsā aññatra pakatiphuṭṭhokāsā pariyesitabbā. Now, a skilled ploughman who wants to catch them and yoke them again does not wander through the forest following their tracks, but rather he takes his rope and goad and goes straight to the drinking place where they meet, and he sits or lies there. Then after the oxen have wandered about for a part of the day, they come to the drinking place where they meet and they bathe and drink, and when he sees that they have come out and are standing about, he secures them with the rope, and prodding them with the goad, he brings them back, yokes them, and goes on with his ploughing. So too, the bhikkhu should not look for the in-breaths and out- breaths anywhere else than the place normally touched by them. Тогда умелый пахарь, желающий поймать их и снова запрячь не бродит по лесу, следуя по их следам. Он берёт вожжи и хлыст и прямиком ижёт к водопою, где они собрались и садится там или ложится. Затем, после того, как волы побродили часть дня, они приходят к месту водопоя, где они встречаются, купаются и пьют. И когда он видит, что они вышли и стоят неподалёку, он привязывает их вожжами и погоняя их хлыстом, ведёт их обратно, запрягает их и продолжает пахать. Так и монах не должен искать вдохи и выдохи где-либо ещё помимо место, где они обычно касаются тела.
Satirasmiṃ pana paññāpatodañca gahetvā pakatiphuṭṭhokāse cittaṃ ṭhapetvā manasikāro pavattetabbo. And he should take the rope of mindfulness and the goad of understanding, and fixing his mind on the place normally touched by them, he should go on giving his attention to that.[285] И он должен взять вожжи памятования и хлыст мудрости и закрепляя свой ум на месте, где они обычно касаются тела, он должен продолжить направлять на них своё внимание.
Evañhissa manasikaroto na cirasseva te upaṭṭhahanti nipātanatitthe viya goṇā. For as he gives his attention in this way they reappear after no long time, as the oxen did at the drinking place where they met. Ведь по мере того, как он направляет на них своё внимание, то через небольшой период они появляются снова, подобно волам на водопое, где они встретились.
Tatonena satirasmiyā bandhitvā tasmiṃyeva ṭhāne yojetvā paññāpatodena vijjhantena punappunaṃ kammaṭṭhānaṃ anuyuñjitabbaṃ. ¶ So he can secure them with the rope of mindfulness, and yoking them in that same place and prodding them with the goad of understanding, he can keep on applying himself to the meditation subject. ¶ Поэтому он может привязать их вожжами памятования, запрячь их в том самом месте и погнать их хлыстом мудрости. Так он сможет продолжать развивать этот объект медитации. ¶
231. Tassevamanuyuñjato na cirasseva nimittaṃ upaṭṭhāti. 214. When he does so in this way, the sign59 soon appears to him. Когда он занимается этим, вскоре ему является образ. 59. переведено:
Все комментарии (1)
Taṃ panetaṃ na sabbesaṃ ekasadisaṃ hoti. But it is not the same for all; Но он не одинаков для всех.
Apica kho kassaci sukhasamphassaṃ uppādayamāno tūlapicu viya kappāsapicu viya vātadhārā viya ca upaṭṭhātīti ekacce āhu. ¶ on the contrary, some say that when it appears it does so to certain people producing a light touch like cotton or silk-cotton or a draught. ¶ Напротив, одни утверждают что для некоторых он проявляется с лёгким ощущением, подобным хлопку, шёлку или сквозняку. ¶
Ayaṃ pana aṭṭhakathāsu vinicchayo, idañhi kassaci tārakarūpaṃ viya maṇiguḷikā viya muttāguḷikā viya ca, kassaci kharasamphassaṃ hutvā kappāsaṭṭhi viya dārusārasūci viya ca, kassaci dīghapāmaṅgasuttaṃ viya kusumadāmaṃ viya dhūmasikhā viya ca, kassaci vitthataṃ makkaṭakasuttaṃ viya valāhakapaṭalaṃ viya padumapupphaṃ viya rathacakkaṃ viya candamaṇḍalaṃ viya sūriyamaṇḍalaṃ viya ca upaṭṭhāti. 215. But this is the exposition given in the commentaries: It appears to some like a star or a cluster of gems or a cluster of pearls, to others with a rough touch like that of silk-cotton seeds or a peg made of heartwood, to others like a long braid string or a wreath of flowers or a puff of smoke, to others like a stretched-out cobweb or a film of cloud or a lotus flower or a chariot wheel or the moon’s disk or the sun’s disk. Но таково объяснение, даваемое в комментариях: для некоторых он проявляется как звезда или горсть драгоценных камней или горсть жемчужин. Для некоторых как грубое ощущение, подобное семенам шёлкового хлопка или клина из сердцевины дерева. Для некоторых как тесьма или цветочный венок или клуб дыма. Для некоторых как развешенная паутина или плёнка из покрова или цветок лотоса или колесо повозки или диск луны или диск солнца.
Tañca panetaṃ yathā sambahulesu bhikkhūsu suttantaṃ sajjhāyitvā nisinnesu ekena bhikkhunā «tumhākaṃ kīdisaṃ hutvā idaṃ suttaṃ upaṭṭhātī»ti vutte eko «mayhaṃ mahatī pabbateyyā nadī viya hutvā upaṭṭhātī»ti āha. 216. In fact this resembles an occasion when a number of bhikkhus are sitting together reciting a suttanta. When a bhikkhu asks, “What does this sutta appear like to you?” one says, “It appears to me like a great mountain torrent,” Фактически это напоминает случай, когда множество монахов сидели вместе и декламировали сутту. Когда монах спросил: "На что эта сутта похоже в вашем понимании?" один сказал "Для меня это как огромная горная гряда"
Aparo «mayhaṃ ekā vanarāji viya». another “To me it is like a line of forest trees,” другой сказал "Для меня это как ряд лесных деревьев"
Añño «mayhaṃ eko sītacchāyo sākhāsampanno phalabhārabharitarukkho viyā»ti. another “To me it is like a spreading fruit tree giving cool shade.” другой сказал "Для меня это как раскидистое фруктовое дерево, дающее прохладную тень".
Tesaṃ hi taṃ ekameva suttaṃ saññānānatāya nānato upaṭṭhāti. For the one sutta appears to them differently because of the difference in their perception. Ведь они одну сутту представляют по-разному из-за различий в их восприятии.
Evaṃ ekameva kammaṭṭhānaṃ saññānānatāya nānato upaṭṭhāti. Similarly this single meditation subject appears differently because of difference in perception.60 Аналогично этому этот один объект оказывается разным из-за разницы в восприятии. 60.
Все комментарии (1)
Saññajañhi etaṃ saññānidānaṃ saññāpabhavaṃ. It is born of perception, its source is perception, it is produced by perception. Он порождён восприятием, восприятие является его источником, он порождён восприятием.
Tasmā saññānānatāya nānato upaṭṭhātīti veditabbaṃ. ¶ Therefore it should be understood that when it appears differently it is because of difference in perception. ¶ Поэтому следует понимать, что когда он проявляется по разному, это по причине различий в восприятии. ¶
Ettha ca aññameva assāsārammaṇaṃ cittaṃ, aññaṃ passāsārammaṇaṃ, aññaṃ nimittārammaṇaṃ. 217. And here, the consciousness that has in-breath as its object is one, the consciousness that has out-breath as its object is another, and the consciousness that has the sign as its object is another. И здесь момент ума, чьим объектом является вдох, - один, момент ума, чьим объектом является выдох - другой, и момент ума, чьим объектом является образ - третий.
Yassa hi ime tayo dhammā natthi, tassa kammaṭṭhānaṃ neva appanaṃ, na upacāraṃ pāpuṇāti. For the meditation subject reaches neither absorption nor even access in one who has not got these three things [clear]. Ведь объект медитации не доходит ни до поглощённости ни даже до сосредоточения доступа у того, кто не прояснил эти три вещи.
Yassa pana ime tayo dhammā atthi, tasseva kammaṭṭhānaṃ upacārañca appanañca pāpuṇāti. But it reaches access and also absorption in one who has got these three things [clear]. Но у того, кто прояснил эти три вещи, он приходит к сосредоточению доступа и поглощённости.
Vuttañhetaṃ : ¶ For this is said: ¶
«Nimittaṃ assāsapassāsā, anārammaṇamekacittassa. ¶ “Sign, in-breath, out-breath, are not object Of a single consciousness; ¶
Ajānato tayo dhamme, bhāvanā nupalabbhati. ¶ By one who knows not these three things Development is not obtained. ¶
«Nimittaṃ assāsapassāsā, anārammaṇamekacittassa. ¶ Sign, in-breath, out-breath, are not object Of a single consciousness; ¶
Jānatova tayo dhamme, bhāvanā upalabbhatī»ti. By one who does know these three things Development can be obtained”
(Pārā. aṭṭha. 2.165). ¶ (Paṭis I 170). [286] ¶
232. Evaṃ upaṭṭhite pana nimitte tena bhikkhunā ācariyassa santikaṃ gantvā ārocetabbaṃ «mayhaṃ, bhante, evarūpaṃ nāma upaṭṭhātī»ti. 218. And when the sign has appeared in this way, the bhikkhu should go to the teacher and tell him, “Venerable sir, such and such has appeared to me.” И когда образ таким образом появился, монах должен отправиться к учителю и сказать ему: "Почтенный, у меня возник такой-то образ". Руководство для учителя можно опустить.
Все комментарии (1)
Ācariyena pana etaṃ nimittanti vā na vā nimittanti na vattabbaṃ. But [say the Dīgha reciters] the teacher should say neither “This is the sign” nor “This is not the sign”; Но [по словам декламаторов Дигха Никаи] учитель не должен говорить "Это образ" или "это не образ".
«Evaṃ hoti, āvuso»ti vatvā punappunaṃ manasi karohīti vattabbo. after saying “It happens like this, friend,” he should tell him, “Go on giving it attention again and again;” Сказав "Друг, это происходит так" он должен сказать "Продолжай снова и снова направлять на него внимание".
Nimittanti hi vutte vosānaṃ āpajjeyya. for if he were told “It is the sign,” he might [become complacent and] stop short at that (see M I 193f.), Ведь если ему скажут "Это образ" он может [стать самодовольным и] остановится на этом.
Na nimittanti vutte nirāso visīdeyya. and if he were told “It is not the sign,” he might get discouraged and give up; А если ему скажут "Это не образ" - это может отбить у него охоту и он откажется от усилий.
Tasmā tadubhayampi avatvā manasikāreyeva niyojetabboti. so he should encourage him to keep giving it his attention without saying either. Поэтому учитель должен наставить его продолжать направлять своё внимание, не сказав ни того ни другого.
Evaṃ tāva dīghabhāṇakā. ¶ So the Dīgha reciters say, firstly. ¶ Так утверждают декламаторы Дигха Никаи. ¶
Majjhimabhāṇakā panāhu «nimittamidaṃ, āvuso, kammaṭṭhānaṃ punappunaṃ manasi karohi sappurisāti vattabbo»ti. But the Majjhima reciters say that he should be told, “This is the sign, friend. Well done. Keep giving attention to it again and again. ” Но декламаторы Маджджхима Ниаки утверждают, что ему следует сказать: "Друг, это и есть образ. Молодец. Продолжая направлять на него внимание снова и снова".
Athānena nimitteyeva cittaṃ ṭhapetabbaṃ . 219. Then he should fix his mind on that same sign; Затем он должен зафиксировать свой ум на том самом образе.
Evamassāyaṃ ito pabhuti ṭhapanāvasena bhāvanā hoti. and so from now on, his development proceeds by way of fixing. С этого момента его медитация продолжается путём фиксации.
Vuttañhetaṃ porāṇehi : ¶ For the Ancients said this: ¶
«Nimitte ṭhapayaṃ cittaṃ, nānākāraṃ vibhāvayaṃ. ¶ “Fixing his mind upon the sign And putting away61 extraneous aspects, ¶ NT: 61. Vibhāvayaṃ can mean “to do away with” or “to explain.” Either is applicable here according to Vism-mhṭ 274.
Все комментарии (1)
Dhīro assāsapassāse, sakaṃ cittaṃ nibandhatī»ti. The clever man anchors his mind Upon the breathings in and out. ”
(Pārā. aṭṭha. 2.165). ¶
Tassevaṃ nimittupaṭṭhānato pabhuti nīvaraṇāni vikkhambhitāneva honti, kilesā sannisinnāva. 220. So as soon as the sign appears, his hindrances are suppressed, his defilements subside, Поэтому как только возникает образ, его помехи [медитации] подавляются, его загрязнения стихают,
Sati upaṭṭhitāyeva. his mindfulness is established, памятование устанавливается и
Cittaṃ upacārasamādhinā samāhitameva. and his consciousness is concentrated in access concentration. его ум собран в сосредоточении доступа.
Athānena taṃ nimittaṃ neva vaṇṇato manasi kātabbaṃ, na lakkhaṇato paccavekkhitabbaṃ. 221. Then he should not give attention to the sign as to its colour, or review it as to its [specific] characteristic. Затем он не должен направлять внимание на образ в части его цвета или рассматривать его конкретную характеристику.
Apica kho khattiyamahesiyā cakkavattigabbho viya kassakena sāliyavagabbho viya ca āvāsādīni satta asappāyāni vajjetvā tāneva satta sappāyāni sevantena sādhukaṃ rakkhitabbaṃ. He should guard it as carefully as a king’s chief queen guards the child in her womb due to become a Wheel-turning Monarch,62 or as a farmer guards the ripening crops; and he should avoid the seven unsuitable things beginning with the unsuitable abode and cultivate the seven suitable things. Он должен защищать его столь тщательно как главная жена короля защищает ребёнка в своём чреве, который станет царём-миродержцем или как крестьянин защищает созревающие растения. И он должен избегать семи неподходящих объектов, начиная с неподходящего жилища и развивать семь подходящих аспектов. NT: 62. For the Wheel-turning Monarch (cakkavattin) see DN 26 and MN 129.
Все комментарии (1)
Atha naṃ evaṃ rakkhitvā punappunaṃ manasikāravasena vuddhiṃ virūḷhiṃ gamayitvā dasavidhaṃ appanākosallaṃ sampādetabbaṃ, vīriyasamatā yojetabbā. Then, guarding it thus, he should make it grow and improve with repeated attention, and he should practice the tenfold skill in absorption (IV.42) and bring about evenness of energy (IV.66). Затем, защищая его таким образом, он должен способствовать его росту и улучшению путём многократного внимания и должен развивать десятифакторный навык в поглощённости и прийти к равномерности усердия. (1) making the basis clean, (2) maintaining balanced faculties, (3) skill in the sign, (4) he exerts the mind on an occasion when it...
Все комментарии (1)
Tassevaṃ ghaṭentassa pathavīkasiṇe vuttānukkameneva tasmiṃ nimitte catukkapañcakajjhānāni nibbattanti. ¶ 222. As he strives thus, fourfold and fivefold jhāna is achieved by him on that same sign in the same way as described under the earth kasiṇa. ¶ По мере того, как он прилагает усилия таким образом, он достигает четырёхчастной и пятичастной поглощённости на том же образе, аналогично тому, как было описано для касины земли. ¶
233. Evaṃ nibbattacatukkapañcakajjhāno panettha bhikkhu sallakkhaṇāvivaṭṭanāvasena kammaṭṭhānaṃ vaḍḍhetvā pārisuddhiṃ pattukāmo tadeva jhānaṃ pañcahākārehi vasippattaṃ paguṇaṃ katvā nāmarūpaṃ vavatthapetvā vipassanaṃ paṭṭhapeti. 5–8. (See §189) However, when a bhikkhu has achieved the fourfold and fivefold jhāna and wants to reach purity by developing the meditation subject through observing and through turning away, he should make that jhāna familiar by attaining mastery in it in the five ways (IV.131), and then embark upon insight by defining mentality-materiality. Однако когда монах достиг четырёхчастной и пятичастной поглощённости и хочет достичь чистоты путём развития объекта медитации через наблюдение и отступление, он должен сделать эту поглощённость знакомой путём достижения совершенства в ней пятью способами и затем перейти к прозрению через определение умственно-материального. пять способов: mastery in adverting, mastery in attaining, mastery in resolving (steadying the duration), mastery in emerging, and maste...
Все комментарии (1)
Kathaṃ? How? Каким образом?
So hi samāpattito vuṭṭhāya assāsapassāsānaṃ samudayo karajakāyo ca cittañcāti passati. 223. On emerging from the attainment, [287] he sees that the in-breaths and out-breaths have the physical body and the mind as their origin; Выйдя из состояния он видит, что вдохи и выдохи имеют своим источником физическое тело и ум.
Yathā hi kammāragaggariyā dhamamānāya bhastañca purisassa ca tajjaṃ vāyāmaṃ paṭicca vāto sañcarati, evameva kāyañca cittañca paṭicca assāsapassāsāti. and that just as, when a blacksmith’s bellows are being blown, the wind moves owing to the bag and to the man’s appropriate effort, so too, in-breaths and out-breaths are due to the body and the mind. И это подобно тому, как при надувании мехов кузнеца воздух движется благодаря мешку и необходимому усилию со стороны человека, так и здесь вдохи и выдохи существуют благодаря телу и уму.
Tato assāsapassāse ca kāyañca rūpanti cittañca taṃsampayuttadhamme ca arūpanti vavatthapeti. Next, he defines the in-breaths and out-breaths and the body as “materiality,” and the consciousness and the states associated with the consciousness as “the immaterial [mind].” Затем он определяет вдохи, выдохи и тело как "материю", а ум и связанные с ним умственные процессы как "нематериальное" (умственное).
Ayamettha saṅkhepo. This is in brief (cf. M-a I 249); Таково краткое объяснение.
Vitthārato pana nāmarūpavavatthānaṃ parato āvibhavissati. ¶ but the details will be explained later in the defining of mentality-materiality (XVIII.3f.). ¶ Но подробное объяснение будет дано далее в описании умственно-материального. ¶
Evaṃ nāmarūpaṃ vavatthapetvā tassa paccayaṃ pariyesati. 224.Having defined mentality-materiality in this way, he seeks its condition. Определив умственно-материальное таким образом он ищет его условие.
Pariyesanto ca naṃ disvā tīsupi addhāsu nāmarūpassa pavattiṃ ārabbha kaṅkhaṃ vitarati. With search he finds it, and so overcomes his doubts about the way of mentality- materiality’s occurrence in the three divisions of time (Ch. XIX). Благодаря поиску он находит его и благодаря этому преодолевает свои сомнения о пути проявления умственно-материального в трёх делениях времени.
Vitiṇṇakaṅkho kalāpasammasanavasena tilakkhaṇaṃ āropetvā udayabbayānupassanāya pubbabhāge uppanne obhāsādayo dasa vipassanupakkilese pahāya upakkilesavimuttaṃ paṭipadāñāṇaṃ maggoti vavatthapetvā udayaṃ pahāya bhaṅgānupassanaṃ patvā nirantaraṃ bhaṅgānupassanena vayato upaṭṭhitesu sabbasaṅkhāresu nibbindanto virajjanto vimuccanto yathākkamena cattāro ariyamagge pāpuṇitvā arahattaphale patiṭṭhāya ekūnavīsatibhedassa paccavekkhaṇāñāṇassa pariyantaṃ patto sadevakassa lokassa aggadakkhiṇeyyo hoti. ¶ His doubts being overcome, he attributes the three characteristics [beginning with that of suffering to mentality and materiality], comprehending [them] by groups (XX.2f.); he abandons the ten imperfections of insight beginning with illumination, which arise in the first stages of the contemplation of rise and fall (XX.105f.), and he defines as “the path” the knowledge of the way that is free from these imperfections (XX.126f.). He reaches contemplation of dissolution by abandoning [attention to] arising. When all formations have appeared as terror owing to the contemplation of their incessant dissolution, he becomes dispassionate towards them (Ch. XXI), his greed for them fades away, and he is liberated from them (Ch. XXII). After he has [thus] reached the four noble paths in due succession and has become established in the fruition of Arahantship, he at last attains to the nineteen kinds of reviewing knowledge (XXII.19f.), and he becomes fit to receive the highest gifts from the world with its deities. ¶ Его сомнения преодолеваются, он приписывает три характеристики [изменчивость и т.д.] к умственному и материальному, постигая их по группам. Он отбрасывает десять загрязнений прозрения, начинающихся с освещения, которые возникают на первых стадиях отслеживания возникновения и исчезновения и он определяет как "путь" знание пути, свободное от этих загрязнений. Он достигает отслеживания разрушения путём прекращения [направления внимания на] возникновение. Когда всё конструированное проявилось как ужас из-за отслеживания его постоянного разрушения, он становится бесстрастным по отношению к ним. Страсть к нему затухает и он освобождён от них. Достигнув таким образом четырёх благородных путей в должном порядке и укрепившись в плоде архатства он наконец достигает 19 видов знаний пересмотра и становится подходящим для получения высших даров от мира с его божествами. ¶
Ettāvatā cassa gaṇanaṃ ādiṃ katvā vipassanāpariyosānā ānāpānassatisamādhibhāvanā samattā hotīti ayaṃ sabbākārato paṭhamacatukkavaṇṇanā. 225. At this point his development of concentration through mindfulness of breathing, beginning with counting and ending with looking back (§189) is completed. This is the commentary on the first tetrad in all aspects. На этот момент его развитие собранности посредством памятования о дыхании, начавшееся со счёта и закончившееся пересмотром, закончено. Таков комментарий к первой четвёрке во всех аспектах.
<<Назад
Гл. 8. памятование о дыхании - метод практики 1 четвёрки
Оглавление Далее>>
Гл. 8. памятование о дыхании - метод практики остальных четвёрок

Редакция перевода от 12.11.2019 21:31